убить, хотя я действительно был близок к смерти. А дальше ты уже знаешь. Мне удалось выбраться из-под камней и даже хватило сил завалить медведя, что собирался откусить голову глупому варвару. Он и дотащил меня до своего племени. Там я и жил. Прокручиваю в голове все услышанное. Я очень благодарно дракону за искренность, за то, что не пытается казаться лучше, чем есть.
— Что сейчас с твоими землями? – понимаю, что мы никогда не поднимали этот вопрос. А ведь каждая провинция королевства – это очень важно. И важно, чтобы ни один кусок земли не пропадал без дела. Пусть даже там нет сверх доходных золотых шахт.
«Медь и олово, медь и олово… в сплаве дают бронзу».
Медная шахта лорда Страда уже работает на нас. Оловянную шахту Анвиля можно и нужно открыть снова.
Я точно видела в замке бронзовые вещи, значит, этот сплав здесь известен. Это очень хорошо… потенциально. Отмечаю себе не забыть узнать о селитре и сере. С серой точно не должно быть проблем. А вот с селитрой - не факт. Из меня никакой химик, но прошлое реконструктора толкало сунуть нос в разные области древности. И уж как тут пройти мимо и не поинтересоваться изготовлением первого пороха.
— Почти безлюдны, - отвечает Анвиль. – Я могу сколь угодно сильно ненавидеть Лаэрта, но, так же как в смелости, так же ему нельзя отказать в умении держать слово. Даже после смерти. Мой замок был разрушен, а окрестные земли засыпаны солью. Крестьяне, которым удалось спастись от солдат короля, разбежались кто куда. По чести, ту схватку я проиграл, даже несмотря на гибель Лаэрта.
— Мы можем снова заселить твои земли, - говорю порывисто. – А потом, когда справимся с Магистром, отстроим и замок.
Анвиль отрицательно мотает головой.
— Что не так? Почему? – не пойму я.
— Ты знаешь, как на языке местных племен звучит гора, которую мы называем Глоткой Арташа?
— Шаман что-то такое говорил, но я, честно говоря, не запомнила.
— Они называют ее: Гуур Дхар.
— Да, точно. И что?
— У этого названия есть перевод. И оно примерно звучит, как: Пожиратель снов.
Чувствую, как по спине стальными когтями скребет холод.
Анвиль смотрит мне в глаза, и в их глубине я вижу хорошо скрываемую обеспокоенность.
— Ты осмотрела Амелию? На предмет метки.
— Да! Конечно! Метка действительно есть. На шее, под волосами.
— Мы должны провести обряд и тем самым помочь ей овладеть силой. Ждать нельзя. Боюсь, времени у нас осталось совсем мало. Если вообще осталось.
— Да что случилось-то? – невольно повышаю голос. – Я не против обряда. Но ты не говоришь о самом главном.
— Великая сила требует великую жертву, - повторяет он мои собственные слова, которые прочитала в дневнике Лаэрта. – Думаю, этой жертвой должен был стать я. Лаэрт пришел не за местью, он пришел за жертвой. Теперь я понимаю, что возле Глотки Арташа мы оказались не случайно. Он постоянно, пока мы сражались, туда меня затягивал. И если бы верх взял он, то в темноту проклятой горы упал бы я.
Меня словно ледяной водой окатили – все тело покрывается мурашками, а через какую-то минуту, напротив, становится очень жарко. На лбу и груди выступают капли пота.
— Но туда упал он, - проговариваю очевидное.
Анвиль кивает.
— Замок Фарвурда сжег кто-то очень сильный. Невероятно сильный. Сначала я думал, что это дракон. Причину так и не понял, возможно, какая-то месть. А теперь… Би, - драконе переводит дыхание, точно для следующей фразы особенно тщательно подбирает слова. – Пожиратель снов – не выдумка. Легенда о Глотке Арташа – не сказка, в основе которой извержение вулкана. Нечто проснулось. И уже сделало первый шаг. Смертельный для многих, кто оказался у него на пути.
— Мои кошмары – это он? Пожиратель?
Мне так хочется, чтобы он обманул, сказал, что не знает.
— Думаю – да.
— Зачем он приходит ко мне?
— Боюсь, ему нужна Амелия.
— Нет! – не ощущаю, с какой силой сжимаю кулаки – и короткие ногти все равно больно впиваются в кожу.
— Поэтому мы должны обеспечить ей защиту. И прежде всего, чтобы она сама могла за себя постоять.
Пытаюсь открыть рот и сказать, что никому и никогда не позволю причинить моей дочери вред, но Анвиль просто подносит к моим губам палец – и я замолкаю, даже не попытавшись.
— Я умру за вас, - говорит так легко и просто, словно речь идет об утренней прогулке. Но я знаю, уверена, что именно так он и сделает. – Но этого может быть мало. Или я могу не успеть.
— Я понимаю.
Мне очень не нравятся его слова и та простота, с которой он рассуждает, но у меня совсем нет аргументов спорить. Кроме одного…
— Мы должны возобновить разработку шахт на твоей земле. Нам будут нужно олово.
Анвиль хмурится.
— Зачем? Оно не столь уж и ценно
— Олово с твоих земель и медь с земель лорда Страда. У нас будет вдоволь бронзы.
Дракон продолжает хмуриться.
— Я действительно не понимаю, - говорит немного растерянно. – Ты хочешь торговать?
Вкладываю свои ладони к в его – и он тут же их сжимает.
— Я хочу обеспечить наших воинов оружием, которого они еще не знают. И я не сошла с ума. Ты способен извергать пламя. И Амелия, если все получится, тоже сможет это делать. А я хочу, чтобы извергать пламя мог любой из наших воинов.
— Би? – смотрит на меня с недоверием.
— Ты много раз хвалил меня. За дело или чтобы сделать приятно?
— Я бы не стал делать тебе приятно лестью, - хмурится дракон.
— Тогда и я прошу
