довериться мне. Не обещаю, что у меня получится. Но обещаю, что постараюсь.
Его улыбка действует на меня, точно солнечное тепло на спрятавшийся в траве цветок. Хочется поднять голову и гордо казать: мой мужчина в меня верит. И я ни за что его не подведу.
— Еще один вопрос, - говорю под конец. За окном уже светло и, как бы не было приятно валяться со своим законным мужем в постели, нужно возвращаться к делам. – Почему Пожиратель выбрал нас?
— Думаю, Лаэрт отдал ему часть своего сознания. Возможно, сейчас они – одно целое. Не знаю. Точно я не знаю.
«— И чего они все теперь ждут?
— Новую душу.»
Вспоминаю слова из нашего диалога с шаманом. Кажется, в своих выводах я слишком сильно понадеялась на рациональное решение проблемы. Не извержение. Не игры природы. Но нечто такое, что спало многие годы – и вот снова проснулось. Проснулось, чтобы забрать у меня дочь. И, понятное дело, истинные цели у неведомой мне твари наверняка куда более масштабны, но сейчас меня волнует только одна. Я не знаю пределов его сил, не знаю, на что он способен, но точно знаю, что огнестрельное оружие большой разрушительной мощи в любом конфликте не будет лишним. А это значит, что свою идею просто необходимо начать разрабатывать даже не завтра, а еще вчера.
Глава тридцать пятая: Анвиль
Глава тридцать пятая: Анвиль
Когда Изабелла с Амелией выходят из замка, у меня уже все готово. Мы выезжаем не в полной тайне, но и не афишируем свои планы. Ни к чему кому бы то ни было вокруг знать, что мы задумали. Для всех, кто нас увидит, мы просто отправились на вечернюю верховую прогулку. Ничего необычного. А когда вернемся - так и вовсе почти никто не увидит. Разве что несколько человек из стражи.
— Готовы? — спрашиваю я.
— Мы готовы? – Изабелла опускается перед Амелией на корточки. Ее Величество выглядит бледной и явно старается казаться куда более уверенной, чем есть на самом деле.
— Да, - кивает Ее Высочество, даже не задумываясь.
Тоже опускаюсь на корточки.
— Помни, в любой момент ты можешь отказаться, - говорю девочке. - Это не обязательно, ты все равно сможешь обращаться драконом. Просто для этого понадобится больше времени. К сожалению, для всех нас будет лучше, если маленьким драконом ты станешь уже сегодня.
— Я совсем не боюсь, - говорит Амелия. - Это мама боится.
— А вот и нет, - возмущается Изабелла, но не очень сильно.
— Я научу тебя летать, - беру маленькие ручки в свои ладони. - Покажу, насколько огромен этот мир.
— И вместе защитим маму от плохих снов, - неожиданно серьезно заявляет девочка.
Глаза Изабеллы расширяются, кажется, таких слов она услышать не ожидала.
— Обязательно защитим! — подытоживаю я.
Мы покидаем замок в сопровождении пятерых воинов и направляемся вдоль стены, через небольшую расщелину, к редкому лесу, о котором мне рассказывал шаман. Ехать не очень далеко, но достаточно, чтобы происходящее там не стало ни для кого откровением.
На подъезде к лесу нас встречает тишина. Ни искры, ни шороха. Как будто и нет никого.
Осматриваюсь по сторонам.
— Что-то не так? - шепотом спрашивает Изабелла.
— Не знаю...
Воины тянутся за оружием, слышится шелест извлекаемых из ножен мечей.
— Эка нервные, слышу знакомый угрюмый голос - и из тени деревьев вперед выходит долговязая фигура в длинной меховой куртке с капюшоном. - Уймитесь. Я один.
— Что за игры? - спешиваюсь и подхожу к шаману.
Обмениваемся крепкими рукопожатиями и обнимаемся.
— Духи молчат - дурной знак, - говорит Г’рах Тар. - Нынче следует быть настороже. Даже в собственных стенах.
— Духи придут? – спрашиваю я.
— О том не могу знать. Я позову. Увидим.
— Никого не подпускать, - оборачиваюсь к стражникам. - Все готово? - снова шаману.
— Да.
— Тогда идем.
Помогаю спешиться своим женщинам.
Освещая себе путь факелами, идем по едва различимой тропинке. Глубже в лес, на небольшую поляну, в центре которой в освобожденном из травы земляном круге уже разложены ритуальные подношения духам.
— Г’ия Длеар, - шаман задерживается возле Амелии.
— Меня зовут Амелия – и я дракон, - чуть отступает под его ростом она, но, надо отдать должное - не бежит и не прячется за мать.
— Г’ия Длеар, - повторяет шаман. – Маленькая Первая под небесами. Не бойся, дитя. Я сделаю, что должно.
Скидываю куртку и остаюсь в одной легкой рубахе.
— Ничего не делай, чтобы ни увидела, - на всякий случай предупреждаю Изабеллу. - Со стороны подобные обряды кажутся странными. Будет шумно и даже страшно. Но что бы ни случилось, не вступай в круг.
— Ты точно знаешь, что делаешь? - с волнением в голосе спрашивает она. - Знаешь, я уже и не знаю. Может...
— Я знаю, что Г’рах Тар сделает все, что необходимо, как и я. Мы должны, Би. Ради Амелии, ради ее безопасности.
Изабелла порывисто кивает, делает пару глубоких вдохов.
— Я буду держать себя в руках. Обещаю.
— Отлично.
— Встань в круг, дитя, - командует шаман.
Амелия делает шаг, но потом, ища поддержки, оборачивается на нас.
Жестом останавливаю Изабеллу, а сам протягиваю девочке руку. Та будто сомневается, смотрит на мать, а потом уверенно вкладывает свою ладошку в мою.
Вместе идем к кругу.
— Мы здесь. Мы с тобой. Все будет хорошо.
— Я знаю, - кивает Амелия и выпускает мою руку.
Засучиваю левый рукав.
Г’рах Тар уже ждет с глиняной чашей и длинным острым ножом.
