Видно было, что часть вражеских танков отошла – по траве тянулись свежие следы гусеничных траков, уходившие в начинающийся примерно через километр редкий лесок, где должны были находиться предполагаемые позиции противника, а значит, там могли сидеть гранатометчики или расчеты ПТУРов. Учитывая, что я повел роту вперед без пехотной поддержки, это могло нам дорого обойтись.
Интересно, что помимо редких трупов в военной форме кое-где среди кустарника валялись и убитые гражданские. Они что – все время боя находились на линии огня?! По мне, так это было совершенно непредставимо. В паре мест из-под наших гусениц разбежались какие-то совершенно ополоумевшие штатские бабы (а чего не сбрендить, если ты лежишь на земле, а вокруг тебя ездят и стреляют друг в друга танки?!), а один раз Черняев чуть не задавил какого-то длинноволосого бундесдойча в перемазанном землей и копотью джинсовом костюме, который, закрыв лицо руками, слепо-бессмысленно брел непонятно куда на явно плохо слушавшихся его ногах…
Кроме трупов гражданских, вокруг валялись какие-то чемоданы и баулы, в одном месте попалась опрокинутая легковушка. Похоже, весь этот народец шел и ехал по шоссе, а потом, когда натовцы начали нас атаковать, стал резво разбегаться в стороны от дороги, ища укрытие, – вот тут их и намолотило шальным огнем с обеих сторон. Интересно, почему противник пускает проблему беженцев на самотек? Либо дела у НАТО настолько плохи, что им уже не до бегущего на запад гражданского населения, либо они специально прикрываются беженцами, чтобы мы не смогли использовать, к примеру, тактическое ядерное оружие?
Черт его знает…
В общем, мы шли на относительно небольшой скорости и гражданские по-любому успевали убежать, разве что кто-нибудь из наших случайно на труп наехал…
Надо сказать, огонь по нам вели какой-то вялый и с очень дальней дистанции – такое впечатление, что противник был не в леске, а уже отошел довольно далеко за него. В стороне пролетела всего пара болванок, но те, кто их выпустил, целились явно на звук идущих танков, совершенно не видя нас.
У самого леска, там, где кустарник переходил в аккуратные деревья, многочисленные битые и горелые вражеские танки заканчивались. Дальше, по идее, должен был начаться их передний край – место, которое мы перед этим четко не видели при стрельбе прямой наводкой.
– Внимание всем! – передал я экипажам, когда мой танк въехал в этот самый лесок. – Впереди может быть оборона противника!
Далее я обозрел местность в свою командирскую оптику, а затем открыл люк и без особой опаски высунулся наружу.
Ни фига тут не было обороны. Даже худо-бедно отрытых окопов не просматривалось.
Отходившие вражеские танки изрядно проредили и без того негустой лесок, переломав деревья по направлению своего движения. Местами виднелись свежие воронки – то ли от ночного артналета нашей артиллерии, то ли от авиабомб, – мы-то стреляли в основном бронебойными, а от них получаются не воронки, а так – одна видимость.
В глубине леса горели несколько грузовиков и БМП «Мардер». Чем их зацепило, интересно знать? Шальными снарядами? А может, и сами подожгли или подорвали при отходе…
Ближе, справа от нас, стоял БТР «М-113» с бундесдойчевскими черно-белыми крестами, с большой пробоиной в борту. Правда, он не горел. Дальше торчала еще пара точно таких же «М-113», только в замысловатом трехцветном камуфляже и маркировкой армии США, покрытых маскировочными сетками. Судя по открытым настежь люкам и опущенным кормовым бронеплитам, экипажи просто утекли, по какой-то причине бросив не имевшие видимых повреждений машины. В кустах поодаль лежало с десяток трупов в камуфлированном американском и темно-зеленом немецком обмундировании и какие-то ящики.
Далее мы проехали мимо стоящего к нам кормой танка «М1» с открытыми люками и размотанной левой гусеницей и нескольких брошенных джипов «М-151» – один из них сгорел до красно-ржавого состояния и еще дымился, еще один валялся на боку. Похоже, тут драпали со всех ног.
Метров через пятьсот на опушке леска я заметил еще какие-то машины и насыпи из мешков с песком или землей. Когда наш танк подъехал ближе, я увидел за насыпями и возле них многочисленные установки ПТУР – наверное, тут было десятка полтора «Тоу» и «Миланов». Штук пять из них были в изготовленном к бою состоянии, но с зачехленными прицелами, а остальные стояли или лежали вообще в неразвернутом виде. И везде вокруг них – прямо на земле, в ящиках, в кузовах трех стоявших открытыми задними бортами к нам грузовиков лежали аккуратные ракеты для этих ПТУРов, в укупорке и без. Наверное, здесь было не меньше сотни ракет, а может, и больше. Но вокруг них не было видно даже ни одного трупа – похоже, этими ракетами так и не собрались стрелять.
Вот тебе и хваленая натовская ПТО с разрекламированными сверхсовременными и сверхбронебойными ПТУРами… Они тут что – по-прежнему столь эмоционально реагируют на фразы типа «русские танки прорвались»?!
Хотя ежику понятно, что ко всякой противотанковой ракете, и не только к ней, нужен еще и хладнокровный стрелок, способный подпустить вражеский танк на прямую наводку. Голова стрелка всегда играет не последнюю роль, а вот разные корявые понты – вовсе даже наоборот. Вон, в моем родном Краснобельске на нашей улице Мира до недавнего времени жил один крутой охотник. Точнее, он себя полагал таковым. Небедный, пузатый, краснорожий и очень наглый. Работал главбухом в тресте БНЗС и имел аж четыре разных охотничьих ружья, в том числе какой-то редкий коллекционный экземпляр, прежним владельцем которого был чуть ли не престарелый император Франц-Иосиф (эту позолоченную ружбайку стырил, а может, и купил, в конце 1940-х где-то в Австрии главбухов папаша, служивший там в наших оккупационных войсках то ли замполитом, то ли особистом). Самомнение этот главбух имел невероятное – по любому поводу и без повода тыкал всем в лицо свой охотничий билет, на людях демонстративно разговаривал только про охоту и оружие и все свободное от своей бухгалтерии время на кого-то охотился, то на уток, то на кабанов, то еще бог знает на кого. И кончилось все это для него весьма своеобразно. В один не очень приятный летний день дверь его квартиры вскрыли трое слегка поддатых пэтэушников, надеявшихся при случае стибрить что-нибудь, что плохо лежит, – следаку они потом рассказали, что искали в основном деньги и бухло. Воры-самоучки думали, что хозяин на даче, а на самом деле главбух мирно дрых на диване в соседней комнате, даже не слыша, что в его квартиру залезли. В общем, никто уже не узнает, что у них там произошло, но главбуху проломили голову прикладом одного из его любимых ружей, причем оно, как оказалось, было заряжено, о чем воры, разумеется, не знали. Вот тебе и охотник-профессионал…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
