Мы сможем провести несколько дней вдали от города, наедине. Мы сможем плавать, я буду готовить для нее, и никто не будет заставлять нас чувствовать, что мы делаем что-то не так. Возможно, это не решит всех наших проблем, но если это позволит мне провести с ней еще несколько дней, я сделаю это. Ради этого я готов на все.
— Вообще-то, да. — Я достаю чипсы и небрежно подношу их ко рту.
— Отличная идея! — Рич ухмыляется над своим пивом. — Мы все должны приехать на выходные.
Мои брови вскидываются.
— Кто ты такой и что ты сделал с моим другом? — Мой рот растягивается в издевательской улыбке. — Ты буквально только что вернулся из отпуска.
Он хихикает. — И это было гораздо веселее, чем в офисе, могу тебе сказать.
Я качаю головой, тихо смеясь. Это не тот Рич, которого я знаю, и это хорошо.
Но они не могут приехать на озеро. Это разрушит всю цель.
— Я бы с радостью пригласил вас остаться, но… — Я ломаю голову, что бы такое сказать, чтобы оттолкнуть их, и понимаю, что есть только один вариант.
— На самом деле я встретил кое-кого, — начинаю я, осторожно ступая. Я не хочу лгать, и это дает мне шанс быть в какой-то степени честной. — Я надеялся, что смогу провести с ней выходные там.
Лицо Дианы расплывается в ухмылке. — Это здорово, Кайл! Расскажи нам о ней.
Штопор вины закручивается в моем нутре. Я должен был это предвидеть.
— Ну… это что-то новенькое, и я пока не готов об этом говорить. — По крайней мере, это правда. — Но… — Я качаю головой, глядя в свою бутылку пива в попытке скрыть улыбку. — Она потрясающая. — Затем я сжимаю губы, чтобы не выдать себя словами, которые не смогу взять обратно. Такие слова, как «Она твоя дочь, и я думаю, что влюбляюсь в нее».
Диана тянется к моей руке и сжимает ее. — Я сразу почувствовала, что в тебе что-то изменилось. Это замечательно — видеть тебя счастливым.
— Спасибо, — бормочу я, не в силах встретиться с ней взглядом. Не знаю, почувствовала бы она то же самое, если бы знала, кого мы обсуждаем, но одна проблема за раз.
— Хорошо. — Рич посылает мне лукавую улыбку. — Мы можем провести праздничные выходные без тебя, если это означает, что ты наконец-то вернешься туда.
Он намазывает чипсы тортильи черным бобовым соусом, меняя тему разговора. Или, по крайней мере, думает, что меняет. — Как работается с Вай? Она доставляет тебе какие-нибудь проблемы?
Она доставляет мне много чего, но неприятности к ним не относятся.
Я чувствую жар на своей шее, когда качаю головой.
— Она была великолепна, — говорю я, изо всех сил стараясь сохранить ровный тон. Я вспоминаю, как она беспокоится о том, чтобы произвести впечатление на Рича, и добавляю: — Очень хороша в своем деле. Именно благодаря ей весь проект идет так гладко.
Это легко сказать, потому что это чистая правда.
Рич смотрит на меня. — Я знал, что она будет великолепна.
С гордым вздохом он берет Ди за руку. — Наша маленькая девочка выросла.
У меня в животе поднимается тошнота. Боже, как я ненавижу, когда он так ее называет.
Рич снова смотрит на меня с искренней улыбкой. — Спасибо, что присмотрел за ней в этом проекте.
Я опускаю взгляд к своему бокалу и туго киваю, меня одолевает такое чувство вины, что я не могу смотреть на него. Вместо этого я отставляю пиво и поднимаюсь из-за стола, нуждаясь в секунде, чтобы побарахтаться в своей ненависти к себе.
— Не могли бы вы извинить меня на минутку? Мне нужно… сделать быстрый звонок.
Я демонстративно достаю телефон, отхожу от столика и направляюсь в заднюю часть ресторана в поисках туалета. Он находится за углом и вдоль коридора, и я нахожу его как раз в тот момент, когда Вайолет выходит из него.
При виде ее у меня замирает сердце. Она так задумалась, склонив голову, что чуть не прошла мимо меня.
— Привет.
Я протягиваю руку, чтобы мягко коснуться ее руки, и она останавливается, глядя на меня грустными глазами, от которых у меня защемило в груди, а чувство вины испарилось. Главное — это она. Мы.
Она пытается слабо улыбнуться в ответ, а затем смотрит мимо меня, как бы продолжая идти. Я хватаю ее за руку и тащу обратно в уборную, закрывая за нами дверь.
— Что ты делаешь?
— Едем со мной в Мэн на длинные выходные, — торопливо говорю я.
Она моргает. — Что?
Я беру ее руки в свои. — Я хочу, чтобы ты провела праздничные выходные со мной в моем домике.
Ее глаза удивленно расширяются, а на губах появляется намек на улыбку. — Ты серьезно?
— Я чертовски серьезно. Я знаю, что мы договорились о двух неделях, но… — Я качаю головой. — Я не готов к тому, что все закончится, Вай.
Она долго смотрит на меня, и я думаю, не передумала ли она сама, но потом она поднимается на носочки и целует меня. Я обнимаю ее и прижимаю к себе, и от облегчения мое сердце сильно бьется в груди.
Это еще не конец. Это не должно закончиться.
— Звучит потрясающе, — шепчет она, зарываясь лицом в мою шею. Она отстраняется с огромной ухмылкой. — Не могу дождаться, когда увижу твою хижину. Но… — Ее ухмылка дрогнула. — Что мы скажем маме и папе?
Я сглатываю. — Я сказал им, что встретил одну девушку и проведу с ней выходные в Мэне.
Рот Вайолет раскрывается от удивления.
— Я был очень туманен, — быстро добавляю я. — Сказал, что это что-то новое и я не хочу об этом говорить.
Она кивает, пробегая взглядом по моему лицу. — Ты уверен… Слушай, я знаю, что это очень важно, но ты уверен, что мы не можем просто сказать им правду? Поначалу будет неловко, но…
Я вспоминаю, как Ричард называл Вайолет своей «маленькой девочкой», как он благодарил меня за заботу о ней, как сильно он мне доверяет.
— Я не могу… — Слова застревают у меня в горле. — Твой отец убьет меня.
Я вздыхаю, гладя ее по волосам. — Ты не единственная, кто беспокоится о том, чтобы не подвести его, милая.
Ее лицо опускается, и она кивает. — Да, я понимаю.
Я делаю глубокий вдох. — Если это означает, что ты не хочешь приезжать в Мэн, я понимаю.
— Я хочу, — уверяет она, беря меня за руку. — Правда хочу.
Я медленно выдыхаю и поднимаю ее руку, чтобы поцеловать в тыльную сторону. Слава Богу.
— Но что я
