секунд оттуда примчался Прохор с охапкой пледов. Заботливо укутал каждого и пригласил внутрь, ринувшись на опережение — разжигать камин.
Поговорить нам удалось не сразу. Сначала слуга убедился, что никто не мёрзнет, для чего растопил очаг до жара Великой пустыни, затем подал горячие напитки, микстуры, а заодно и еду. Даже дух предка явился справиться обо мне, но быстро ушёл, увидев ошарашенные глаза северянина.
С ранами дело обстояло не так и плохо. Справились без вызова лекаря. Промыли, намазали целебными составами и перебинтовали. Я незаметно влил в теневиков магию жизни, чтобы зажило если не быстрее, то не так болезненно.
Когда мы, наконец, остались без лишних свидетелей, мне и спрашивать не пришлось, как они оказались в тенях. Тимофей тут же всё рассказал, вероятно переживая за то, что нарушил мой приказ не ходить в сумрак.
— Это всё ваш кот, — тут же сдал рыжий истинного виновника и потёр расцарапанную щеку. — Ему откажи…
В общем, после моего ухода Тимофей поехал в академию на практическое занятие по фехтованию, обязательное для всех. Занятие было больше вводное, потому что владеющих оружием на должном уровне оказалось меньше половины. Подобные навыки давно уже перешли из категории необходимых в раздел привилегированных. Хотя с точки зрения физической подготовки и владения телом до сих пор были крайне эффективны. Но молодые аристократы редко уделяли этому искусству должное внимание, поэтому и урок получился показательной поркой.
Теневики, которых сторонились, скучающе наблюдали за перепалками студентов и тем, как играючи расправлялся учитель с теми, кто вздумал хвастаться мастерством.
На перерыве они также вместе вышли в парк при академии, где на них и напал Дымок. Ну, по словам рыжего, напал. Волшебное существо выскочило прямо из воздуха, схватило его за штанину и настойчиво потянуло в тени. Тимофей воспротивился и неосмотрительно нагнулся, чтобы освободиться. Получил по щеке и всё понял.
— Я одним глазком заглянул только по ту сторону. А там такое творится…
Казаринов и Гарольд дружно закивали, подтверждая.
Кинулись молодцы в гущу событий без раздумий. Михаил провёл для них экстренный урок по созданию теневого оружия, которое они на бегу и соорудили. Я лишь слушал их восторженный рассказ, включился и северянин, с гордостью дополняя про славную заварушку. Слушал и поражался, как уцелели…
И правда ведь, удача любит храбрых.
В качестве награды они получили незабываемый опыт и кое-что ещё. Я видел, что каждый из них подошёл к новому рангу. Буквально одно использование дара, и они возьмут следующий уровень силы. Выложиться им пришлось до предела, а может, и чуть больше.
Пожалуй, на тёмной кафедре им зачёт автоматом нужно поставить. Ладно Казаринов, он не нуждался в академической оценке давно уже. Но вот рыжий и здоровяк заслуживали признания. Переговорю с Зотовой.
Адреналин сражения отпустил, но осталась некоторая тревога.
Олафссон видел меня. Там, на холме, с мечом света и закрывающим проход в другой мир. Помимо того, что я в принципе находился в тенях.
Да, рано или поздно обо мне узнают все. Но было очень удобно, пока никто не донимал вниманием. Никогда не понимал тяги к славе. Ведь оборотная сторона этого — ты никогда не остаёшься один. И не в хорошем смысле. Любой твой поступок становится общим достоянием, его обсуждают, анализируют, выводы стараются сделать… А потом ещё и приходят спросить, верно ли поняли. В общем, жить в центре внимания — удовольствие не для всех.
Да уж, могущество, как и деньги, любит тишину. И если с деньгами у меня проблем не было — нет денег, нет проблем, то универсальную силу уже никуда не деть. Да и не хотел я избавляться от такой возможности. Лишь от внимания.
Северянин будто прочитал мои мысли. Посерьёзнел, поднялся и с достоинством поклонился:
— Ваше сиятельство, я вам обязан жизнью. И клянусь, что буду молчать об увиденном даже пред судом богов. Ибо долг чести превыше всего прочего. Да будут мне духи предков свидетелями и судьями.
Так он это сказал, что я понял — клятва покрепче, чем силой или на крови.
Теневиков я отправил по домам. Глаза их уже слипались, всё же вымотались они по полной, хоть и храбрились. Пообещал официальное освобождение на сегодня от ректора, которому с этой просьбой сразу же и написал. Ряпушкин даже не спросил причину, просто согласился и сказал, чтобы парни потом зашли к нему в кабинет за бумагами.
Когда полусонная компания покинула гостиную, я откинулся в кресло и уставился на огонь.
Внутри меня искрилась новая магия.
Это было самым настоящим пробуждением, как в детстве происходит у каждого одарённого. У кого-то позже, но в основном первый раз дар ощущаешь, будучи ребёнком.
Это позабытое чувство удивляло. Прочие аспекты я ощущал и до взятия начального ранга. Моё пробуждение как универсала произошло в тот миг, когда я очнулся посреди пустоши в этом мире. Я уже знал, чем я владею.
Сейчас же я был немного растерян, как когда-то в прошлой жизни, узнав, что за аспект получил.
И я понятия не имел, как его развивать.
Там, на сумрачном холме, мне помогло само место. Соприкосновение миров подсказало своей магией, что и как делать.
Впереди меня ждал весьма увлекательный путь. Изучение чего-то совершенно неизвестного. Лишь два человека, точнее не человека, могли мне хоть что-то объяснить. Призрак джинна и призрак коменданта.
Но, прежде чем заниматься этим, нужно закончить с двумя делами, чтобы уже не отвлекаться. Хозяин рынка и алхимик. Конечно же, начать я планировал с последнего. Усач уж точно подождёт.
Среди вещей, скинутых сушиться около огня, я отыскал маску. И нахмурился.
Идеально отполированная поверхность покрылась сетью трещин. Артефакт не был разрушен, но буйство силы едва выдержал, втягивая в себя. Особенность схемы подпитки, которую я внедрил, сыграла свою роль. Маска теней получила критическое количество энергии. Но устояла.
Я тщательно проверил плетения. Всё в порядке. И стала мощнее.
Мне нужна была сумка. Расставаться с артефактом не хотелось, интуиция подсказывала мне, что он пригодится в скором времени. Да и накопителей хотел взять с собой побольше.
Стоит начать с духа общежития. Его умение хранить предметы буквально в воздухе мне ой как пригодится. Я бы туда и автомобиль, и походную лабораторию припрятал…
— Так, — встряхнул я головой, тепло камина убаюкивало меня. — Ещё одно дело и точно отдыхать.
Душ, чистая одежда и подходящий по размеру походный баул. К костюму он не очень подходил, ну да и я не на приём светский собирался.
