было неотъемлемой частью создания артефакта.
Мысленно поблагодарив мастера Овражского за его науку, я с удовлетворением взглянул на результат. Да, до каменщика мне всё ещё далеко, но маска получилась великолепной. Я отполировал острые края, доведя до совершенства детали. И взялся за наложение нитей силы.
Основная сложность была в том, чтобы обеспечить подпитку извне. Не собирать ненужные крохи, как я, например, сделал с розой ветров. И не использовать разницу колебаний стихии, как в случае с маяком.
Базовый принцип я оставил изначальным. Чтобы раствориться в тенях, нужно брать теневую силу. Но не собственную, а из мира. Прогоняя через себя, чтобы не нарушать равновесие, тем самым себя выдавая. Любое изменение магического фона может быть замечено.
То есть ускорить процесс восстановления источника ещё до того, как его используешь. Взять извне и отдать наружу одновременно. И сделать это так быстро, чтобы не оставить отпечатка в мире.
Мой учитель был жадным. Кто-то даже называл его скупердяем. За глаза, конечно же, ибо иначе расправа была скорой и жестокой. Но суть в том, что прежде чем что-то тратить, он забирал. И меня учил тому же, поколачивая за авансы и даже мысль о работе до полной оплаты. Я так и не стал следовать его принципам, но сейчас они оказались очень полезными.
Я вложил в схему анализ и расчёт затрат, исходя из которого сила поглощалась и сразу же шла в дело, проходя через источник.
Не вечный двигатель, но похоже. Пока маг жив и находится в сознании, будет работать.
— А вот этим точно не стоит делиться, — сделал я вывод, когда закончил с плетениями и отложил маску.
Я слегка перешёл грань в своём стремлении создать требуемое. Побочный эффект мне стал ясен ещё до напитывания и укрепления составами. Маска могла сделать носителя невидимкой не только в тенях. Но и в реальном мире артефакт стал способен скрыть практически ото всех. Попади она в чужие руки…
Достав кинжал, подаренный мне кузнецом, я полоснул по ладони и щедро окропил камень своей кровью. Тем самым привязав маску к себе самой прочной магией, магией крови.
Тут же заживил рану и кивнул. Вот так никто не сможет воспользоваться, во вред или во благо. Порой разница лишь в точке зрения.
Солнце уже вовсю светило, когда я закончил. До кровати, ожидаемо, я не добрался. Прилёг на минуточку на топчан и мгновенно уснул. На лице моём была довольная улыбка. Я справился.
* * *
Проснулся я из-за того, что кто-то щекотал мой нос.
Дымок улёгся на груди, вальяжно развалившись и уложив свой пушистый хвост на моё лицо. Когда я попытался сдуть раздражитель, то получил недовольное рычание и удар хвостом. Кота я снял с себя аккуратно, всё же шерстяной наглец усиленно восстанавливал магию. Ну а манеры… Единственное, пожалуй, с чем я мог смириться в этой жизни.
— Ну ты и отъелся, — заметил я, ощущая, что кутлу-кеди прилично потяжелел. — Может, пора на диету?
Даже без знания кошачьего языка гневный мявк был мне понятен.
Прочие пушистые собратья нашлись неподалёку. Меня удивил лишь тигр, каким-то образом пробравшийся в лабораторию. Пусть он тоже был волшебным существом, но когда научился через защиту проходить? По очереди почесав всех за ушком, я взглянул на маску теней.
Артефакт маняще блестел, переливаясь магией. Рука сама потянулась к нему.
— Это как? — спросил я у пустоты, неожиданно поняв, что состав уже полностью впитался в камень.
Подозрительно осмотрел котов, но те ничем не выдали своего участия. Получалось, что не только мои силы они восстанавливали, но и значительно ускоряли процесс напитки.
Ладно, будут им царские угощения, пусть отъедаются вволю.
Но мне требовалась проверка. Подтверждение того, что маска работает именно так, как задумано. Я был уверен, что всё сделал правильно, но самонадеянность — худший враг мастера.
Тимофей нашёлся в саду. Сидел у пруда и читал какую-то книгу так увлечённо, что не заметил моего приближения.
— О, ваше сиятельство! — вздрогнул парень, когда я подошёл вплотную. — Доброго вам дня.
Потом домашним скажу про титул князя. Устроят же праздник, а пока вот вообще не до того. Князь Вознесенский, ну надо же. Я усмехнулся.
— И вам доброго дня, ваше сиятельство. Как насчёт прогулки в тенях?
— Это мы завсегда рады, — рыжий захлопнул книгу и положил её на столик.
Я взглянул на обложку. Этикет светских приёмов, конечно же. Молодой граф вовсю готовился к встрече с будущим тестем.
— Моя задача? — вытянулся в боевую стойку теневик.
Вот приятно же иметь дело с понимающими людьми. Я объяснил, что требуется лишь внимательно следить за окружающим. Для чистоты эксперимента говорить про артефакт я не стал.
Тимофей кивнул и ушёл в тени, я же подождал минуту и надел маску. Та будто слилась с лицом, а мир чуть потускнел. Ощущения были необычные — словно я оказался вне этого мира. Всё видел и чувствовал, но находился где-то далеко.
Сделав глубокий вдох, я погрузился в сумрачный мир.
— Ого.
Смутные силуэты стали чётче. Красок здесь по-прежнему не было, но очертания теней реального мира казались различимее. Да и перспектива вроде как открывалась дальше, чем обычно.
— Ого! — повторил я ещё изумлённее.
Я мог говорить. Это поразило больше, чем всё прочее. Даже чем то, что я видел Тимофея не как светлое пятно источника, а как человека. Мог рассмотреть его сосредоточенное лицо — парень вглядывался в тени, как я и просил.
Я сделал шаг к нему и попытался хлопнуть по плечу. Рука прошла насквозь, и я чуть не упал. Любопытно…
Обойдя теневика вокруг, я убедился, что он меня не видит. Теперь оставалось проверить на фантомах. Я обратил взор к горизонту. И заметил движение, довольно далеко. Есть!
Из теней мы вышли с Тимофеем одновременно.
— Ничего, — разочарованно сказал он.
— Это хорошо, — улыбнулся я. — У меня ещё одна просьба. В ближайшее время не ходи в тени. Хотя бы сутки.
— Вы что-то задумали, Александр Лукич?
— Как обычно, Тимофей Петрович. Ничего особенного.
По тому, как он сжал губы, было ясно — не поверил. Но выспрашивать не стал, всё же знал он меня хорошо. Но я не собирался в бой, только на разведку. Странное поведение фантомов, может, не несло угрозы, но лучше перестраховаться. Северянин вряд ли сунется в тени после произошедшего, Казаринов… Михаил был опытнее и сильнее рыжего, да и просить
