Заметив трунсомцев, владыка поднял руку и остановился. Тотчас замерла вся колонна. Почтительно склонив голову, Салмир с уважением в голосе произнес:
— Мы рады приветствовать вас, Инхам.
— Представь мне своих спутников, Салмир, — вымолвил гаран, узнавший фессалийца.
— Славный рыцарь Конан, — указал на киммерийца командир полка. — Он соотечественник королевы. Именно ему Селена доверила командовать всеми войсками, и не ошиблась. Битва при Трунсоме была блестяще выиграна, а данвилцы позорно отступили.
— Наслышан, — усмехнулся корнирстонец. — Как я понимаю, юноша, стоящий позади тебя — твой племянник Алгар?
— Совершенно верно, господин, — кивнул головой рыцарь.
Выдержав небольшую паузу, трунсомец добавил:
— Не могу не сказать о вожде альвов Уфтине. Именно он привел лучников в Фессалию. К сожалению, речь валвилцев тяжела в понимании, и освоил ее только Конан.
Инхам с интересом посмотрел на невысокого союзника. Большого впечатления фигура Уфтина не производила, а огромные торчащие уши вызывали улыбку. Но правитель умел сдерживать эмоции, да и время было неподходящим для веселья.
— Своих вассалов я представлю позже, проговорил гаран. — Они идут во главе полков. Проводите нас к лагерю. Мои люди очень устали — мы вымотаны долгим ночным переходом
— Если позволите, я хочу уточнить: сколько воинов вы привели? — вмешался северянин. — Это не простое любопытство…
— Четыре тысячи, — с некоторым раздражением сказал корнирстонец.
— Великолепно, — с холодной бесстрастностью вымолвил варвар. — Показываться до утра перед Хусортом не стоит. Альвы подготовили несколько отличных полян для ночлега. Лучники Уфтина проводят вас.
— Хорошо, — согласился Инхам. — В свою очередь, я хотел бы выразить почтение королеве. Ее храбрость и мужество восхитили всю Фессалию.
— Селены здесь нет, — ответил Конан. — Правительница страны осталась в Трунсоме. Это необходимо для осуществления нашего замысла. Ксатлин даже не подозревает об осаде замка Валена.
— В таком случае, вам придется объяснить весь свой план в мельчайших подробностях, — жестко произнес гаран. — Участвовать в безумных авантюрах я не намерен. Мне дороги мои солдаты.
— Как пожелаете, — спокойно отреагировал киммериец.
Разговор получился несколько натянутым. Впрочем, этого следовало ожидать: Конан — чужестранец, а Салмир и Алгар происходят из менее знатных родов, чем гаран Инхам. Корнирстонец ожидал встретить здесь королеву, именно к ее словам он бы прислушался. Но ситуация складывалась иначе: без сомнения, гаран возглавит осаду замка, и подчиняться варвару правитель провинции не будет ни при каких обстоятельствах.
Северянину предстояли трудные дни. Убеждать высокомерных упрямцев — неблагодарное занятие. Но другого выбора у Конана не было. В его распоряжении оставалось чуть больше трех суток.
Ночью охотники поймали еще троих разведчиков врага — защитники крепости явно нервничали. Даран являлся опытным военачальником и прекрасно сознавал, что со столь малой армией трунсомцы на штурм не пойдут. Значит, неприятель ждет подкрепления. Откуда оно придет — догадаться было не сложно.
Ночь опустилась на Фессалию, и поле около замка озарилось огнями костров и факелов. Сегодня киммерийцу не спалось. За сутки безделья северянин отлично отдохнул. Понемногу заживали полученные в сражении раны.
Ранним утром колонны корнирстонцев вышли к крепости. Тотчас тревожно зазвучал рог. Защитники Хусорта подумали, что начинается штурм. Киммериец с улыбкой следил, как лучники занимают свои места на стенах и в башнях.
Неторопливо, с гордо поднятой головой, к трунсомцам приблизился Инхам. За ними шли пять рыцарей. Знакомство не заняло много времени, а имена воинов северянин даже не старался запоминать. Скоро Конан покинет Воланию.
— И так, каков ваш план? — подчеркнуто вежливо спросил гаран.
— Он очень прост, — вымолвил киммериец. — Валена в замке нет. Он вместе с данвилцами блокирует города Мидлэйма на Полуночи. Там много солдат, не подчиняющихся предателю Холону. До границы около десяти лиг. Гонцы, посланные два дня назад, должны были сообщить гарану о нападении. Мы их перехватили, но враг об этом не знает. В полдень мы начнем штурм. Если повезет, то овладеем несколькими башнями. Солдат будет прикрывать тысяча лучников-альвов. Однако упорствовать мы не станем. Если потери окажутся велики, тотчас отстпим. Ближе к вечеру, пять сотен воинов переодетых в данвилские и хусортские цвета прорвутся через заслон на дороге и устремятся к замку. Всё должно выглядеть правдоподобно. Люди обязаны сражаться по-настоящему, не жалея ни себя, ни друзей. У вала отряд немного оторвется от преследователей. Защитники откроют ворота и опустят мост, а дальше мы захватим ворота.
— Разумный план, — согласно кивнул корнирстонский владыка. — Но вдруг Даран не поверит и не впустит переодетых солдат в крепость?
— Это возможно, — согласился северянин. — Но на войне приходится рисковать. Если обман удастся, мы сохраним тысячи жизней.
— Кто возглавит отряд? — уточнил Инхам.
— Я, — мгновенно произнес варвар.
На устах гарана появилась снисходительная улыбка. Именно этот ответ фессалиец и ожидал услышать. Соглашаться сразу Инхам не стал, и чуть подумав, заметил:
— Вы узнаете мое решение к полудню.
Конан, однако, уже понял, что его замысел устраивает могущественного союзника. Только этикет и гордость заставляли гарана взять время на размышление. Вскоре полки корнирстонцев начали занимать боевые позиции. Воины торопливо готовили мостки и лестницы. Атаковать замок армия Инахма будет сразу с четырех сторон.
По сигналу киммерийца из леса появились валвилцы. Необходимые распоряжения Уфтин получил еще накануне. Тысяча альвов встанет у стены крепости со стороны Полуночного Восхода, а трунсомцы двинутся с Восхода.
Пятьсот своих лучших солдат гаран оставил по дороге на Полдень. Они участия в сражении не примут. На поле выстроились почти пять с половиной тысяч бойцов. Ровно в полдень Инхам подошел к киммерийцу и с безразличным видом проговорил:
— Пора начинать штурм.
Окрестности Хусорта огласились боевыми кличами фессалийцев. Полки корнирстонцев и трусомцев устремились к крепостным стенам. Их встречали камнями, копьями, стрелами. Теряя людей, союзники быстро достигли замка. Мостки, переброшены через ров, лестницы уперлись в зубцы, лучники не дают защитникам высунуться из бойниц. С каждым мгновением схватка становилась все ожесточеннее. Стрелы валвилцев буквально сметали врагов со стены.
