— Опустить мост! — с отчаянием в голове закричал северянин.
— Кто вы такие? — последовал вопрос.
— Здесь, что все ослепли! — раздраженно сказал варвар. — Мы воины короля Фессалии Ксатлина! Пришли к вам на помощь!
— А где Вален? — спросил Даран, поднявшийся на башню.
— Он дожидается подкрепления, — ответил Конан, — нам чудом удалось прорваться… Завтра к полудню подойдут основные силы.
В это время со стороны Полуночи показался отряд альвов. Валвилцы остановились примерно в четырех сотнях шагов от ворот и дружно натянули луки. На корнирстонцев обрушился град стрел. Солдаты старались закрываться щитами, но удавалось это плохо. Раненых и убитых становилось все больше. В это время с Полуденной стороны надвигался полк пехотинцев. Еще немного, и…
— Хотите, чтобы нас всех перебили? — гневно воскликнул киммериец.
— Открыть ворота, опустить мост! — скомандовал хусортец.
Зазвенели цепи, раскрылись массивные, обитые медью створки.
— Торопитесь! — донеслось сверху.
Северянин первым рванулся в замок. Лавина воинов быстро втягивалась в крепость. Охрана не устояла под ударами мечей и начала в панике отступать.
— Это ловушка! — завопил один из защитников крепости.
— Поднять мост!
Выполнить приказ Дарана было уже некому. Альвы тотчас изменили направление стрельбы. Пронзенные стрелами, воины Хусорта повалились со стены, корнирстонцы поспешно срывали с себя накидки с вражескими гербами. Во внутреннем дворике разгорелась отчаянная схватка. Сотни две хусортцев попытались выдавить вторгшегося противника из замка. Глупцы! Они еще не знали, с кем имеют дело! Варвар отбросил в сторону неудобный шлем и с боевым кличем врубился в гущу неприятеля. Его клинок мгновенно обагрился кровью. Усилили натиск и корнирстонцы. Со стороны ворот подошел полк пехотинцев. Осажденные попытались обстрелять воинов из луков, но альвы быстро заставили их спрятаться за зубцы.
Чаша весов окончательно склонилась в пользу союзников. Вскоре армия Конана захватила уже половину крепости. Даран успел отступить в главное здание и запереться. Несколько воинов начали ломать дверь, но Конан остановил солдат. Прорываться внутрь пока не следовало. Главное сейчас — захватить весь дворик, стены и башни.
Хусортцы, надо отдать им должное, сражались до последнего. В плен сдавались единицы. На земле лежали сотни раненых и убитых. Слышался звон мечей, корнирстонцы и трунсомцы подавляли последние очаги сопротивления. Лучи заходящего Солара окрасили крепость в кровавые цвета.
Перешагивая через трупы погибших, в замок вошли Инхам и Салмир. Воздух распорол характерный свист, и у ног гарана в землю воткнулась стрела.
— Стреляют сверху, — спокойно пояснил киммериец. — Ворота и стены простреливаются оттуда неплохо. Не стоит понапрасну рисковать…
Гаран провинции усмехнулся и, ни слова не говоря, покинул опасное место. Инхам приблизился к северянину и одобрительно заметил:
— Отличная работа. Признаться честно, я не очень верил, что Даран опустит мост. Хусортцы осмотрительны и недоверчивы.
— Когда у тебя на глазах убивают людей, любые сомнения исчезают, — вымолвил варвар. — На валу альвы уложили человек тридцать.
— Жестоко, но оправдано, — кивнул головой фессалиец. — О подобном захвате крепости я еще не слышал. Для Валена это будет неприятное известие.
Между тем, бой во внутреннем дворике затих. Корнирстонцы захватили все башни и постройки. Трупы лежали на стенах, между зубцами, на лестницах. Их никто не убирал: мешали лучники хусортцев. Воины передвигались только вдоль здания, в так называемом «мертвом» пространстве.
— Надо штурмовать, — произнес Конан. — К утру Хусорт будет наш.
— Зачем такая спешка? — возразил Салмир, — скоро окончательно стемнеет. Сражаться во мраке, в узких коридорах замка, очень тяжело. Мы потеряем много хороших воинов. У Дарана осталось от силы три сотни бойцов. Их участь решена.
— Как знаете… — пожал плечами киммериец. — Однако с восходом Солара я покину вас и вернусь в Трунсом. Мне необходимо попрощаться с королевой перед дальней дорогой.
— Ты уходишь из Фессалии? — уточнил Инхам.
— Да, — кивнул головой северянин. — Селена теперь в безопасности. Пора возвращаться домой.
— Что ж, — улыбнулся гаран. — У тебя, в отличие от нас, есть право выбора.
Корнирстонец отошел от стены здания шагов на десять и громко крикнул:
— Даран, с тобой говорит Инхам. У меня есть предложение.
— Если ты о сдаче в плен — то можешь не утруждать себя разговором, — донеслось сверху.
— Не сомневался в таком ответе, — произнес правитель. — Я наслышан о твоей храбрости. Но предложение совсем иное. Давай заключим перемирие до рассвета. Десятки фессалийцев сейчас умирают от ран. Обещаю, что ночной атаки не будет, а вы прекратите стрелять. Души мертвых взывают о погребальном костре…
Воцарилась тягостная тишина. Военачальник обдумывал слова Инхама. В честности гарана хусортец не сомневался. Свое обещание рыцарь никогда не нарушит. Но выгодна ли эта передышка защитникам?
После долгих колебаний гаран согласился на условия союзников. Время в данном случае играло в его пользу. Надежды на гонцов мало, их наверняка перехватили, но может быть Вален и сам догадается о вторжении неприятеля?
Как только перемирие было заключено, замок сразу осветился сотнями факелов. Лекари бросились на поиски раненых. Многие солдаты уже находились без сознания от большой потери крови. Корнирстонцы и трунсомцы неторопливо выносили мертвые тела за ворота, где уже сооружалось несколько огромных помостов. Около полуночи вспыхнул первый костер. Густой, удушливый дым потянулся на юго-запад. По полю распространился тошнотворный запах горелой плоти. Трупов оказалось чересчур много. И самое страшное было в том, что все убитые воины — фессалийцы.
Страна погружалась в пучину кровавых, безжалостных распрей…
* * *
Ранним утром варвар покинул Хусорт. Вместе с ним к Трунсому уходила тысяча валвилцев. Пятьсот лесных охотников оставались возле захваченной крепости — в их задачу входила разведка и нападение на мелкие отряды противника.
Конан попрощался с рыцарями и отправился к лесной дороге. Он не успел пересечь поле, как позади послышался звук рога. Перемирие закончилось. Корнирстонцы выломали дверь и ворвались в главное здание. Бой будет вестись за каждую комнату, за каждый ярус, за каждую ступеньку. Впрочем, защитники обречены, силы были слишком неравны.
На опушке леса киммерийца дожидался Уфтин. Валвилец с интересом разглядывал Хусорт. Каменных крепостей альвы никогда не строили и немного побаивались их.
