чтобы это, в первую очередь, понравилось тебе самой… и Мику. А что уж там подумают остальные… почему это тебя так волнует?
— А тебя не волнует? Кто только что боялся опозориться и плакался по этому поводу?
— Перед Мику опозориться! И ей испортить… всю малину я боюсь… Но вообще ты права, да. Но я и не претендую на роль исполнителя хитов и звезду эстрады.
— Ха, значит, ты с нами выступаешь?
— Почему это? Я-то зачем?
— Будешь показывать нам, неразумным, как бороться с собой и побеждать, идти и не сдаваться, выступать и не бояться… выглядеть глупо, — Алиса улыбалась. Было видно, что она меня подначивает.
— Ну, допустим… я тоже выйду, тогда ты с нами?
— Если песню будем исполнять, которая мне понравится, то… Я готова подумать.
— А какие тебе нравятся?
— Вот пришёл бы ко мне на сцену, когда я тебя звала, знал бы… Хотя, чего уж теперь, понятно, почему не пришёл… — она грустно улыбнулась и посмотрела на так и не проснувшуюся Мику.
Некоторое время Алиса молчала, полностью уйдя в себя. Потом столь же неожиданно ожила, улыбнулась и закончила мысль:
— Ладно, не будем о былом. И о грустном. Вечером я к вам зайду в музклуб. Посмотрим, сможете ли вы меня чем-то заинтересовать!
— А я думал, ты уже заинтересована и согласилась! После моей вдохновляющей речи. Вступить, репетировать и выступать!
— Но я же девушка! Сначала согласилась, потом настроение изменилось — отказалась. Ветреная особа, что поделать, — Алиса изобразила смущение. — И вообще… я не могу вот так сразу… это слишком серьёзный шаг… для нас двоих — тебя и меня… мне нужно подумать!
Алиса, поддразнивая меня, показала кончик розового язычка.
— А речь и правда была убедительна! Я даже зауважала тебя после неё… слегка. Можешь ведь! Когда захочешь. Молодец — хвалю!
Затем Алиса опять неуловимо изменилась и, наклонившись к столу, зашептала:
— Таблеточек мне ещё отсыпь, не жадничай только, ты же хочешь, чтоб я была добрая, ласковая… на всё согласная?
…
Вскоре в медпункте мы с Мику вновь остались наедине.
«Зачем вообще рыжим этот гидроперит? Что за лекарство? И почему от него Алиса становится ласковой?»
Ещё некоторое время меня потряхивало после недавнего эмоционального разговора, а в голове десятки раз подряд прокручивался наш диалог с Алисой. Но тишина помещения и умиротворяюще покачивающаяся зелень за окном помогли успокоиться, и меня стало клонить в сон. Глаза сами собой закрывались, и мне стоило больших трудов открыть их вновь.
«Может, и не стоит бороться? Ничего же не произойдёт, если я немного подремлю.»
— Семён! Всё на свете проспишь! — голос Мику звучал необычно игриво.
Я вздрогнул и резко открыл глаза. Мику уже не спала — она сидела на кушетке, слегка наклонившись вперёд, её волосы мягко рассыпались по плечам, а в глазах плясали озорные искорки.
— Так мы будем играть в доктора? Я буду пациенткой, а ты медбратом. Всё как недавно… Только теперь медсестры рядом нет…
— И я готова показать тебе больше… — её голос стал ещё мягче, но в нём чувствовалась уверенность, которая раньше была ей не свойственна. Она чуть склонила голову, глядя на меня с лёгкой улыбкой.
— Ну же… Иди ко мне! — её слова манили, обволакивали, как тонкая паутина, лишая воли сопротивляться.
Я поднялся со стула, словно находясь под гипнозом, и двинулся к ней, чувствуя, как сердце начинает биться всё быстрее. Каждый шаг давался с трудом, казалось воздух вокруг сгустился, превратившись в мед.
Мику тем временем начала медленно расстёгивать пуговицы на рубашке. Её пальцы скользили по глади с нарочитой неторопливостью, заставляя меня затаить дыхание. Под рубашкой проступили очертания чёрного кружевного лифа — деталь, которую я никак не ожидал увидеть на обычно скромной Мику. Этот контраст между её обычным образом и тем, что происходило сейчас, лишь усиливал волнение.
Рубашка была небрежно отброшена на кушетку. Моё сердце заколотилось ещё чаще, когда она потянулась к юбке. Пальцы ловко справились с крючками, и ткань плавно скользнула вниз, открывая чёрные кружевные.
Я сделал ещё один шаг вперёд, преодолевая разделявшее нас расстояние. Любое движение давалось с огромным трудом, будто сила гравитации многократно возросла. Мику стояла напротив, протягивая ко мне руки, её глаза блестели, а губы слегка приоткрылись, в ожидании неизбежного…
В этот момент резкий стук в дверь разорвал ткань сна. Я подскочил на стуле, обливаясь холодным потом. Сердце колотилось как безумное.
Мику всё так же безмятежно спала на кушетке, даже не подозревая о том, какие фантазии посетили меня под аккомпанемент её тихого дыхания.
«Так, это был просто сон…» — я тряхнул головой, пытаясь прогнать остатки наваждения, но тело всё ещё хранило отголоски возбуждения, которое я испытал там.
«Никогда бы не подумал, что меня будут мучить эротические сны… да ещё так настойчиво!»
Стук в дверь повторился, отдаваясь эхом в тишине медпункта.
«Да что им всем по домам не сидится? Прорвало, что ли? Поспать спокойно не дадут! Кого там принесло на этот раз⁈»
Не дождавшись ответа, новый посетитель заглянул в помещение. Моё сердце едва не остановилось, когда я увидел её.
«Опять Аня!»
Меня бросило в жар.
«Что она здесь делает? Как же не вовремя! Черт, черт, черт! Будет катастрофа, если она увидит Мику здесь со мной! И страшно представить, что будет, если Мику проснётся и застанет нас с Аней… Кто знает, что эта сумасбродная девица выкинет на этот раз!»
— Семёнчик, ты меня звал, и я пришла! — заявила Аня, входя внутрь с беззаботным видом.
«В смысле звал⁈» — мысленно возмутился я.
— М, тут тоже неплохо, может, даже лучше, чем на природе… А ты предприимчивый парень, нашёл место, где можно уединиться с комфортом!
«Опять что-то себе надумала про меня. Боже, да она, похоже, абсолютно всё готова записать мне в плюс!»
— Вот только пока я шла к тебе, кое-что случилось… небольшая неприятность… но думаю, ты сможешь мне помочь… — произнесла она с загадочной улыбкой.
— Че-е-ем помочь? — жалобно проблеял я, чувствуя, как крупная капля пота холодит
