Следует признать, что в данном случае он был прав. По крайней мере из зарослей багульника выйти стоило: растение это выделяет эфирные масла, и мне не раз приходилось испытывать их действие в болотах средней полосы и Ленинградской области — после дня блужданий ноги становятся ватными, а голова начинает ощутимо кружиться. Говорят, в особо тяжелых случаях может дойти и до галлюцинаций. Не зря багульник. болотный в народе прозвали болиголовом…
Все же идти под дождем было не слишком весело. И дело не в сырости — за пеленой исчезли служившие ориентирами даже близкие горы. Все это привело к тому, что вышли мы не точно на перевал, а прошли по склону рядом расположенной сопки. Впрочем, ошибка была не принципиальной. Вообще следует сказать, что, имея карту-километровку (их можно разыскать в Сети в Интернете) и незамутненную голову, заблудиться в горной тайге в более-менее ясную погоду практически невозможно — с покрытой редколесьем, а иногда и вовсе голой вершины любой мало-мальски высокой горки (средняя высота их здесь — метров семьсот) на десятки километров просматриваются хребты со всеми их вершинами, угадываются долины рек и ручьев… В пасмурную погоду дела обстоят гораздо хуже.
Пройденный перевал с легкой руки Фетисова мы окрестили Березовым: помимо обычного ерника из карликовых березок, здесь имелась и «рощица» берез обычных — редкость на такой высоте. Спустившись с него и потеряв почти километр высоты, наконец выходим к месту предполагаемой переправы. Как и любая горная река, Куанда не очень глубока — максимум по пояс. Не велика и ее ширина — метров пятьдесят. Однако течение весьма бурное и быстрое — на глаз хорошо заметно, что вода течет «с горки», да плюс еще и многочисленные камни в русле.
Для последователей скажу, что опыт перехода таких потоков приходит быстро, но, пока его нет, спешить не следует.
Впрочем, у нас, несмотря на дождь, все обошлось благополучно — наиболее опытный и массивный Александр Фетисов поочередно подстраховывал других членов группы. В итоге никто, даже самая легкая из щс Надя, не поскользнулся и содержимого рюкзака не намочил. Хотя любой турист знает — последнее при переправах случается нередко и является почти штатной ситуацией. Даже странно, что нас боги миловали — за время похода мы перебирались через реки более десятка раз, и ни разу никто при этом не «искупался». Впрочем, подозреваю, что не столько благодаря осмотрительности, сколько из-за везения с погодой: недели две до похода не было дождей.
На протяжении сего повествования, если читатель заметил, я пытаюсь не только рассказать о впечатлениях, но и дать советы для неопытных последователей. Сделаю это и сейчас: в отличие от пригородных речушек горные реки следует переходить только в обуви! Во-первых, все же не так чувствуется холод ледяной воды, главное же — меньше риск поскользнуться или поцарапаться о камни. По завершении переправы вода из обуви выливается, меняются носки и стельки, и можно идти дальше — ноги на ходу не замерзнут. Кстати, об обуви: трое из нас. шли в обыкновенных резиновых сапогах (для стоянок взяли легкие кроссовки) и в целом не пожалели об этом: ноги защищены, не намокают от росы, сапоги достаточно прочные. Правда, они должны быть хорошо подобраны — ноги в сапогах более склонны к натиранию, чем в традиционных туристских ботинках. Надя шла в кедах — тоже неплохой вариант для лета. Воду, правда, они совершенно не держат, и ноги ее постоянно были мокрыми, но на ходу это незаметно, а сохнут кеды почти мгновенно.
— Но самое ужасное — это болотники! — изрек Александр, когда речь зашла о свойствах обуви. — Вот на Приполярном Урале: идем вброд через реку, я вышел, вылил воду из сапог — и все. А приятеля в болотниках под руки пришлось вытаскивать: вода все равно выше голенищ была и сапоги настолько отяжелели, что человек ноги не мог поднимать!
На другом берегу реки обнаружилась старая, но набитая тропа, о которой мы знали от туристов-новосибирцев, — когда-то эвенки перегоняли по ней оленей, нынче ею изредка пользуются охотники и туристы. Открытие обрадовало, однако для первого дня впечатлений было достаточно, и, несмотря на отставание от графика, у переправы решили и заночевать. Да простят меня товарищи, но, пока они готовили ужин, я, воспользовавшись выглянувшим напоследок солнцем, пошел с молотком и фотоаппаратом на берег… Спустя полчаса подошли не выдержавшие друзья, и я смог похвастаться находкой: один из камней представлял собой брекчию — сцементированные лавой обломки разных пород. Эффектно выглядящий камень наглядно показывал, что мы на верном пути, и желание увидеть вулканы только окрепло.
До них оставалось еще три дневных перехода, около шестидесяти километров, — они пролетели, не сказать, чтобы незаметно, но и не скучно. По крайней мере для меня главное условие отсутствия скуки в подобных странствиях — разнообразие пейзажей, а с этим все было в порядке. На протяжении нескольких километров почти привычный хвойный лес (ну, разве что место «европейских» сосен занимают лиственницы) мог смениться зарослями карликовой березы, затем — кедровым стлаником, переходящим в голубичник, а он, в свою очередь, преобразовывался в покрытую мхом марь с клюквенниками. К слову, болота здесь тоже достаточно разнообразны: то это сплошной ковер зеленых мхов с торчащими на нем редкими лиственницами, то бело-серо-розовый покров оленьего мха (попадались необычно выглядящие белесые муравейники, почти целиком сложенные из кусочков ягеля). Встречались и болота, похожие на низинные, но именно похожие: здешняя геология не очень способствует образованию серьезных трясин.
А один участок пойменного леса просто поставил нас в тупик: высокие деревья, а под ними не то что подлеска и кустарника, а даже высокой травы нет. Словно подстриженный газон в лесопарке. И везде разбросаны камни — именно разбросаны — поверх дерна. При этом — полное отсутствие следов даже старых пожаров. Почему-то, несмотря на то что идти здесь было необычайно для тайги легко, этот, казалось бы, светлый лес произвел на всех самое мрачное впечатление, и мы проскочили его, не останавливаясь.
К слову, о скорости: при движении по тропе она была вполне приличной — прибор GPS стабильно показывал около 4,5 км в час. Хуже было, когда тропа терялась, а это случалось нередко… Как оленья тропа давно не используется, к тому же на многих участках вдоль реки уничтожена паводками, кое-где просто заросла; потеряв ее, приходилось устраивать конкурс следопытов: оставив рюкзаки, мы расходились метров на сто веером, пока кто-то радостным криком не возвещал о продолжении тропы. Впрочем, иногда радость была преждевременной — пару раз мы сваливались с «бродвея» на звериные тропы, а после того, как они неожиданно исчезали, шли напролом, «по азимуту». Вообще-то, замечу, в таких случаях опытные таежники рекомендуют возвращаться к тому месту, где «потерялась» верная тропа, и вновь ее искать, но просто в силу психологических причин мы так не поступали. Хотя, как уже говорилось, при хождении «по прямой» скорость падает раза в три и, что важнее, напрасно тратятся силы — лучше хотя бы подобие тропы, чем ее полное отсутствие.
