стойку. Первые удары дались на удивление легко – тело двигалось словно в танце, каждое движение рождалось естественно, без задержки на обдумывание.
Невероятно, – прошептала Рэн. Посмотри на метрики.
Голографический дисплей показывал странные значения – уровень синхронизации колебался между двадцатой и тридцатой ступенями, хотя нагрузка на системы оставалась минимальной.
“Похоже, стандартные алгоритмы не могут корректно измерить нашу связь,” – Максим перешел к более сложным комбинациям.
Голографический противник увеличил скорость атак. Раньше такой темп требовал полной концентрации, но теперь Максим едва замечал сложность. Его тело реагировало до того, как мозг успевал обработать информацию.
Это не просто ускоренные рефлексы, – заметила Рэн. Мы действительно видим траектории движений заранее.
“Как Эмили на турнире?” – Максим выполнил сложную защитную комбинацию, уходя от серии ударов.
Нет, иначе. Она использовала квантовые вычисления для предсказания. Мы же… просто знаем.
Внезапно двери зала открылись. Максим обернулся и увидел Зика.
“Ранняя тренировка?” – Зик улыбнулся. “Не против спарринга?”
Максим помедлил. После экспериментов в лаборатории уровень Зика значительно вырос, но с новой связью…
Осторожнее, – предупредила Рэн. Мы еще не знаем своих пределов.
“Давай,” – Максим отключил тренировочную программу. “Только без усиления, хорошо? Простой спарринг.”
Зик кивнул и занял позицию напротив. Несколько секунд они изучали друг друга, затем Зик атаковал – быстро, но предсказуемо.
Максим едва заметно сместился, позволяя удару пройти мимо. Движение получилось настолько естественным, что Зик на мгновение потерял равновесие.
“Как ты…” – он не закончил фразу, переходя в новую атаку.
На этот раз Максим не стал уклоняться. Он встретил удар встречным движением, гася силу и перенаправляя энергию. Зик отлетел на несколько шагов.
“Что-то изменилось,” – Зик выпрямился, потирая плечо. “Ты двигаешься иначе.”
“Новая техника,” – Максим пожал плечами. “Хочешь еще раунд?”
Вместо ответа Зик активировал полное усиление. Его фигура окуталась легкой дымкой – признак глубокой синхронизации с Дельтой.
Он серьезно настроен, – заметила Рэн. Используем новый канал?
“Минимально,” – Максим принял защитную стойку. “Только чтобы не пострадать.”
Атака Зика больше напоминала размытое пятно – обычный человек не смог бы уследить за такой скоростью. Но для Максима время словно замедлилось. Он видел каждое движение, каждый перенос веса, каждый разворот.
Уклонение, блок, мягкий отвод – Максим двигался словно в потоке, не сопротивляясь силе, но и не поддаваясь ей. Зик пытался пробить его защиту, но каждый удар встречал пустоту.
“Хватит!” – выдохнул наконец Зик, отступая. “Это… это невероятно. Как будто я пытаюсь ударить воду.”
Максим улыбнулся, чувствуя легкую усталость. “Новый уровень синхронизации. Мы с Рэн кое-что усовершенствовали.”
“Усовершенствовали?” – Зик покачал головой. “Да ты двигаешься как мастера из исторических фильмов. Помнишь те записи древних боевых искусств?”
“Может, они не так уж ошибались,” – Максим потянулся к полотенцу. “Иногда старые методы работают лучше новых.”
Нам стоит опробовать этот уровень контроля с Лией, – неожиданно предложила Рэн. Её уровень синхронизации с Примой и элитная подготовка – именно то, что нам нужно для проверки предела возможностей.
“Думаешь?” – Максим внутренне напрягся. Демонстрировать новые способности представительнице элиты, пусть даже Лии…
Она поймет, – уверенно ответила Рэн. К тому же, боевая подготовка элиты в сочетании с её природным талантом поможет нам увидеть реальные границы нового канала.
“Передай ей приглашение,” – согласился Максим.
“Я пойду,” – Зик махнул рукой. “И Максим… спасибо за спарринг. Давно не чувствовал себя настолько… неуклюжим.”
Оставшись один, Максим сел в позу для медитации.
“Слушай, у меня идея. Мы можем использовать наши собственные вычислительные мощности для постепенного обновления твоего ядра.”
Продолжай, – в голосе Рэн прозвучал интерес.
“Смотри: твое ядро состоит из множества взаимосвязанных модулей. Если создать очередь микро-улучшений, мы сможем обновлять их постепенно, давая каждому изменению время на полную интеграцию.”
Начнем с базовых протоколов обработки данных? – предложила Рэн. Это даст нам фундамент для более сложных изменений.
“Именно. Затем перейдем к системе принятия решений, потом к модулю пространственного анализа… Ресурсов полученных с удачных ставок на турнире должно хватить на постепенное обновлени. К тому же проект профессора закрыт, так что у нас стало больше свободного времени.”
И мы можем использовать это время для оптимизации кода, – Рэн явно воодушевилась идеей. Убрать устаревшие протоколы, переписать неэффективные участки. Я давно заметила несколько перспективных направлений для улучшения.
“Только нужно тщательно просчитывать каждое изменение. Новый канал дал нам уникальные возможности – не хотелось бы случайно их ограничить.”
Согласна. Составим карту зависимостей между модулями? Это поможет определить оптимальную последовательность обновлений.
Максим кивнул, погружаясь в медитативное состояние. Их новая связь пульсировала тихой силой, а разум уже выстраивал схемы будущих улучшений. Главное – действовать методично и не торопиться. У них достаточно ресурсов, чтобы сделать всё правильно.
***
Максим парил в потоке данных, исследуя новые грани их связи с Рэн, когда голографический проектор высветил входящий вызов. На виртуальном экране появилось улыбающееся лицо Ала.
“Медитируешь?” – поинтересовался друг, разглядывая позу Максима. “Прости, что прерываю, но у меня есть предложение.”
“Слушаю,” – Максим потянулся, возвращаясь в реальность.
“Давай отпразднуем возвращение Зика и твою победу в турнире! Когда мы в последний раз просто отдыхали?”
Максим, нам нужно работать над оптимизацией нового канала, – тут же отозвалась Рэн. Каждый час промедления…
“И что ты предлагаешь?” – спросил Максим вслух, мысленно отмечая, что пара часов отдыха не повредят их исследованиям.
“‘Нейронная Сфера’, конечно! Я забронировал VIP-капсулу – та выручка со ставок определенно требует особого размаха,” – Ал усмехнулся. “Зик уже согласился. У них новая линейка нейростимуляторов – говорят, эффект просто космический.”
Максим помедлил. После исчезновения профессора Бергмана и
