костлявой рукой. И только тогда я заметил, что кулаки этого упыря размером с эмалированное ведро.
— Твою ж так, — пробормотал я, вытащив на ходу топор. — Сейчас я тебе хрень заморская рога-то обломаю. Девчонки, звоните в милицию! — скомандовал я девушкам, выведя их оцепенения.
— Спасите! — заверещала Карина.
— Милиция! — завизжали её подруги. — Кто-нибудь позвоните в милицию!
— Я тебе сам сейчас всё пообломаю, — прошипело неизвестное науке существо.
И тут же оно сделало длинный и стремительный прыжок в моём направлении. «Так это была охота на меня, дурака», — догадался я и отмахнулся топором. Но хитрая и изворотливая тварь, которая имела рост под два двадцать или два тридцать, резко отринула назад и в следующее мгновенье саданула своей длинной ручищей по моим рёбрам. От этого удара я отлетел на несколько метров и помимо своей воли макнулся головой в сугроб. А когда развернулся, то увидел, что это заморское чудо-юдо стремительно надвигается и, занеся огромный кулачище высоко вверх, желает расплющить мою буйную голову.
— Подавись! — рявкнул я и швырнул топор прямо в монструозную харю.
— Уээээ! — взвыл Вендиго, так как лезвие топора каким-то чудом воткнулось ему в челюсть.
Что-что, а топоры я в своей жизни никогда не метал. Однако такой топорик остановить чудовище был просто не в состоянии. И через секунду, которая в моём сознании стала прокручиваться, словно в замедленной киносъёмке, кулак монстра начал медленно опускаться на мою бедную черепушку.
— Бедный Йорик, — прошептал я и резко откатился влево.
Поэтому Вендиго с громким грохотом опустил кулак уже на пустой сугроб. Брызги снега разлетелись в разные стороны и припорошили моё лицо. Как вдруг на аллею выскочил какой-то невысокий мужчина и, словно восточный факир, выпустил изо рта длинную струю огня. Простейший фокус с керосином и зажигалкой произвёл на монстра неизгладимое впечатление. Тем более огонь обжог его тощий костлявый бок. И монстр ещё раз взвыл и как перепуганный зверь бросился бежать во двор ближайших панельных пятиэтажек.
— Всё живы? — спросил незнакомец, в котором я моментально узнал странного московского болельщика.
— Это что сейчас такое было? — пролепетала Карина.
— Неизвестный науке зверь, — проворчал я и, встав на ноги, схватился за больные рёбра. — Вот ведь сволочь. И как же я завтра буду играть?
— Дааа, эта зверюга может много дел наворотить, если её вовремя не захомутать, — захихикал незнакомец, одетый не по погоде. — Ничего, выследим, выловим, и рога обязательно пообломаем. Хи-хи. Разрешите представиться: Ростислав Сафонов, можно просто Ростик, охотник за сказочными существами.
Мужчина галантно поклонился Карине и её подругам, которые к тому моменту уже перебежали через дорогу и стояли рядом. А затем этот неизвестно откуда появившийся Ростик кивнул и мне.
— А разве такие охотники бывают? — весело принялась кокетничать круглолицая Лида.
— Вы даже и не представляете, милые барышни, что бывает на белом свете, — протараторил Ростислав. — Слушайте, а может быть, попьём чаю? А то я в этой курточке совсем продрог.
— Так по погоде надо одеваться, когда выходишь на охоту, товарищ охотник, — проворчал я.
— Если бы я потратил на переодевание хотя бы секунду, то мы с вами сейчас бы не разговаривали, товарищ Тафгаев, — усмехнулся незнакомец.
— Хватит пререкаться, пойдёмте пить чай с пирогами, — буркнул Карина.
* * *
«Дежавю», — подумалось мне, когда я снова оказался в комнате Лиды и Карины в том же самом кресле и примерно в той же самой позе как несколько дней назад. Правда, тогда на стуле напротив меня сидел режиссёр народного театра высокий и сухощавый Герман Ильин, а сегодня там травит свои охотничьи байки невысокий и коренастый Ростислав Сафонов. И девушек в комнате не двое, а трое: Лида, Карина и ещё одна любительница театра из этого же общежития, заводчанка Лена.
— Вы представляете: есть существа с одними головами? — тараторил охотник.
— И как же они ходят без ног? — охнула Лида.
— Никак, они летают, подобно воздушным шарам, — захихикал Ростик. — Вот так, парят на высоте двух метров, — незнакомец поднял руку вверх. — Их приволокло ветром на нашу пограничную заставу.
— И вы их тоже поймали? — съязвила Карина. — Интересно — как?
— Мммм, — замычал охотник и, проглотив бутерброд с вареньем, облизал пальцы и изрёк очень умную мысль, — головы эти надо ловить сачком. Однако есть нюанс, что потом докладывать товарищу мойру? Что при переходе государственной границы с Афганистаном задержаны живые, не понимающие русского языка головы? Так наш товарищ майор даже сказок никогда не читал. Вы представляете его крик: «Срочно отыскать потерянные тела, пристыковать к головам и доложить!». Поэтому я объяснился с головами на языке глухонемых и подробно рассказал, куда можно летать, а куда нельзя. А заодно поведал о преимуществах социализма над капитализмом.
— Значит головы, попались сообразительные и подкованные с политической точки зрения? — хмыкнул я.
— Между прочим, кроме шуток, процентное соотношение мозга к телу и этих существ гораздо выше, чем у человека, — громко захохотал Ростик, который меня своими баснями в стиле барона Мюнхгаузена уже порядком стал раздражать.
Прыснули от смеха и девчонки.
— Ладно, нам пора, — крякнул я. — У меня рано утром самолёт.
— Постойте, а что будет с этим чудовищем, который напал на Карину? — спросила заводчанка Лена.
— Ничего, сейчас побегает по нашему морозу и окочурится, — проворчал я, встав с кресла. — Мороз кирдык.
— Но лучше поодиночке вечерами не бродить, — поддакнул мне Ростислав, который тоже встал и принялся одеваться.
Я же ещё немного помялся около вешалки и вызвал Карину на разговор тет-а-тет. Нужно было в наших отношениях поставить большую и жирную точку и замолвить словечко за Сашу Скворцова. «Незачем хорошей порядочной девушке пудрить мозги, — думал я, когда мы сначала проследовали в коридор, а затем вошли в пустую общую кухню. — Мне всё равно через год-другой дорога лежит в далёкие американские края».
— Я тебя внимательно слушаю, — улыбнулась девушка, широко распахнув свои зелёные глаза.
— Саша Скворцов, — пробормотал я, — отличный хоккеист с большим будущим, а у меня семья в Штатах. И ещё тут есть одна загвоздка…
— Заткнись, я всё знаю, — прошептала Карина и, бросившись мне на шею, поцеловала прямо в губы.
«Вот теперь
