— Чжэн не нуждается в дополнительных поощрениях.
Несмотря на всю строптивость, Суинь осознала, что накидка обеспечила ее подобием комфорта, став защитой от этих опасных мужчин. Она смотрела на место, где около лошадей стоял Чжэн. Воспоминания о том, как он прижал ее к земле, заставили ее похолодеть. Суинь до боли жаждала оказаться рядом с Ли Тао, однако ее возлюбленный был далеко отсюда.
Выжил ли кто-нибудь? Внутренне она оплакивала тетушку, повара, всех слуг, которые стали для нее семьей. Суинь молилась об их безопасности.
— Куда вы меня везете? — спросила она. «Барсук» ответил прямо и просто:
— Старик хочет вас видеть.
Он вынул нож из-за пояса и процарапал полоску на соседнем дереве, прежде чем подтолкнуть ее к лошадям.
Глава 20
Лоян — 739 год, 20 годами ранее
После третьего дела Фэн пригласил Тао присоединиться к его банде. Когда Тао отказался, Фэн послал по его душу еще одну помойную крысу с ножом. Первый убийца, а потом и второй оказались мертвы, и Фэн решил, что не стоит мостить улицы Лояна своими оборванцами.
Тао не пристал ни к какой другой уличной банде. Он не хотел терять свободу, вступая в подобные союзы, несмотря на видимость защиты ими предоставляемую. Юноша работал в темных углах и на границах кварталов, создавая свою собственную территорию.
Однажды ночью Тао заметил седовласого мужчину в серых одеждах, прислонившегося к стене в темной подворотне.
— Старик! — окликнул он.
— Мальчишка. — Уличные фонарики выхватили из темноты кривую усмешку на лице старика.
Тао не оскорбился, хотя уже не был мальчиком. Гордость могла оказаться смертельно опасной на этих улицах.
— Я ищу того, кто зовется Тао.
— Это я.
Старик улыбнулся. Неуместность этой улыбки при данных обстоятельствах заставила Тао выхватить нож из-за пазухи и нырнуть в тень.
— Просто Тао? Не Тао Острый Нож или Тао Тигр?
Седой человек затрясся от громкого смеха.
— Кто ты? — требовательно спросил Тао.
— Ты угадал. Меня прозвали Лао Соу. Старик.
— Я никогда не слышал о тебе.
— Никто не слышал.
Тао отступил назад, и взгляд его скользнул по крыше домов в самом конце улочки. Он ничего не заметил, однако знал, что седой человек здесь не один.
— У меня есть для тебя работа, Молчаливый Тао.
— Сегодня?
Старик усмехнулся:
— Нет, нет. Ты еще не готов. Убери свой нож и ступай со мной.
Лин Суинь распознала звук воды даже с большого расстояния. Плеск волн стал еще громче, когда они приблизились. Должно быть, они находились где-то неподалеку от берегов реки Цзинь. Путники углубились в лес, спешились и продолжили путь пешком.
— Вы не завяжете мне глаза? — спросила Суинь.
Чжэн фыркнул:
— Ань Ин везде. Мы можем исчезнуть, как дуновение летнего ветерка.
— Как поэтично, — насмешливо заметила она.
Он подтолкнул ее вперед. Лес расступился, и перед ними открылась мощеная дорожка, каменные плитки которой выкрошились и покрылись трещинами, из которых торчали пучки травы и корни деревьев. Дорожка внезапно сменилась небольшой прогалиной, в конце которой виднелись очертания когда-то величественного храма. Потрескавшаяся цветная штукатурка придавала ему шарм древности, приглушенный блеск почтенных лет.
Чжэн схватил ее за плечо. Суинь отбросила его руку и пошла вперед по своей собственной воле, пристально всматриваясь в колонны и темные ниши. В густой тени древнего храма мелькнуло какое-то движение, она была в этом абсолютно уверена. Рука Цзюня скользнула к ножу, висевшему у него на поясе.
— Ты никогда не видел Лао Соу, ведь так? — спросила Суинь.
— Его немногие видели, — ответил Цзюнь.
— И все равно ты служишь ему, предав людей, которые о тебе заботились?
— Не позволяй ей околдовать тебя, мальчик, — протяжно произнес «барсук» из-за ее спины.
Обернувшись, она посмотрела на него через плечо, и «барсук» блеснул кривой ухмылкой. Ань Ин был причудливым собранием характеров.
Они обошли обломки каменной курильницы во дворе. Выветрившиеся ступеньки вели к открытым дверям. Чжэн снова схватил ее за плечо, едва они переступили порог. Сквозь царящий вокруг полумрак Лин Суинь уставилась на человека, сидящего на том месте, где некогда находился алтарь. Он выглядел словно император на троне.
— Прекрасная работа, юный Цзюнь, — произнес старик.
Ли Тао говорил ей, что Лао Соу предпочитает носить серые одежды и незаметно исчезать в толпе, однако сидящий перед ней человек выглядел как вельможа, его одеяния из прекрасного шелка были богато украшены искусной вышивкой. Лицо его по-прежнему оставалось в тени.
— Знаменитая Лин-гуйфэй почтила нас своим присутствием.
— Лао Соу, — поприветствовала она. — Прошу вас, велите вашему слуге освободить меня.
— Чжэн, окажи уважение нашей гостье.
Рука Чжэна напряглась, пальцы гневно сжались. Не произнеся ни слова, он отпустил ее. Госпожа Лин спокойно встретила пристальное внимание Лао Соу, и ее ответный взгляд говорил: «Мы равны, ты и я». Несмотря на то, что вся власть находилась в его руках. Он подозвал ее морщинистой рукой:
— Подойдите сюда.
Суинь шагнула на возвышение. Вначале ей показалось, будто старик один в этом темном зале. Нет, он был не один. И снова она поймала движение в алтарной нише. Лао Соу не хотел показывать, что нуждается в защите, однако сложно было судить, сколько человек его охраняют на самом деле.
— Ближе, ближе. Я вовсе не тот демон, которого вам описал Ли Тао.
Лао Соу продолжал сидеть, лишь поднял голову, будто он считал каждый ее шаг. Взгляд его продолжал оставаться пустым и не сосредоточенным. Слепой, догадалась Суинь. Ли Тао не говорил об этом. Но как слепой старик может удерживать в подчинении орду убийц и шпионов? — подумала она.
— Ли Тао никогда не говорил о вас как о демоне.
Он приподнял тонкие седые брови.
— Нет? Что же он говорил?
— Что вы однажды придете за ним.
Старик кивнул, очевидно, довольный этим ответом, и волна беспомощности накрыла ее, ослабляя волю. Все было так, как сказал Ли Тао. Ими умело манипулировали, и их судьбы не принадлежали им.
— Подойдите ближе, моя госпожа.
Лао Соу оперся о подлокотники кресла и встал, слепо потянувшись к ней. Суинь неожиданно для себя вежливо ему ответила, приняв его руку так, будто он был ее пожилым дедушкой, а не убийцей.
— Мои глаза стары и слабы. Никогда я не сожалел об этом более чем сейчас. — Старик издал тихий смешок, указав ей на примыкающее к главному залу помещение. — Мне бы очень хотелось посмотреть на прославленную красоту Лин-гуйфэй.
