На участке 7-го полка, где румыны нанесли удар встык с Западным сектором, удержать позиции не удалось. Румыны заняли высоту 76,5. Полк отошел правым флангом к высоте 71,5. В строю в нем оставалось 300 человек, и восстановить положение он уже не мог, хотя и получил такую задачу. Перспектива еще одного прорыва беспокоила и командование сектора, и командование армии[269].
Начальник штаба ООР генерал-майор Шишенин по-прежнему находился в Южном секторе без права что-либо решать самостоятельно и вынужден был бороться с командованием Приморской армии за каждый батальон, выделяемый сектору.
Оценку итогов этого дня в переговорах по телеграфу с начштаба Приморской армии полковником Крыловым он делал крайне осторожно, прекрасно понимая, что ситуация в секторе находится на грани катастрофы.
Тактика румын, наносивших на одном участке удары полками разных дивизий, озадачивала обоих начальников штабов, не знавших, присутствуют на участке сектора остальные полки этих дивизий или нет. В конце концов было решено, что «показания пленных приводят к выводу, что в языке действует сводная 8-я ПД, укомплектованная за счет других дивизий и 10 ПД два ПП, один ПП — 14 ПД, а также на подходе 6 ПД возможность действия ее — 14.9.41», что в общем было сильным преувеличением — ввод в бой такого количества частей на самом деле не фиксировался.
Сектор, как обычно, имел только наступательные задачи, хотя решать их был уже не в состоянии. Поэтому Шишенин сообщил, что части сектора будут в готовности перейти в наступление к 14.00 одним батальоном 287-го СП и 20-м КП, но «необходимо подбросить 76 и 122-мм снарядов, иначе едва ли будет целесообразным начинать наступление». На всякий случай начальник штаба ООР пояснил, что такое решение принято начальником Южного сектора генерал-майором Петровым[270].
Несмотря на серьезность положения, командование армии изъяло из подчинения Южного сектора сводный отряд пограничников и моряков и снова передало его начальнику Западного сектора Воробьеву[271].
Положение у высоты 71,5 начальники штабов расценили как очень серьезное, не исключая «возможность, что противник будет стремиться расширить прорыв», но выводы из этого сделали абсолютно различные:
«Ш: Считаю положение 25 СД стократ серьезнее, чем Воробьева.
К: Командарм ни в коем случае не соглашается отдать Вам свой последний резерв, и тем более сейчас, (когда) доложено, что пр-к прорвался (в) направлении выс. 71, 5, до двух б-нов. Таким образом, между 7-м КП и 90 СП образовался разрыв, который нужно предложить Воробьеву ликвидировать»[272].
Такое решение было все же лучше, чем ничего — Южный сектор избавлялся от необходимости ликвидации прорыва на стыке с соседом, но проблему в целом оно не решало и угрозу катастрофы не предотвращало.
И если прорыв к Дальнику был еще относительно дальней перспективой, то занять Болгарские хутора противник мог уже в любой момент, а это означало окружение 31-го стрелкового полка, находившегося на левом фланге Чапаевской дивизии. Командовавший сектором генерал-майор Петров лично доложил Софронову о возможной угрозе окружения.
— Что Вы предлагаете? — поинтересовался командарм.
— Надо чем-то поступиться. Прошу вашего разрешения отвести левый фланг на рубеж Сухого лимана. Сократится ширина фронта, и я его смогу еще некоторое время удерживать. Будет более эффективным огонь не только поддерживающей меня артиллерии, но и береговых батарей.
Принять такое решение самостоятельно Софронов не мог, так как это означало постоянный обстрел города и порта с южной стороны, и доложил об угрозе прорыва Жукову. Но и командование ООР не могло самостоятельно решить вопрос о переносе линии обороны ближе к городу.
Создавшееся положение было изложено в телеграмме, которую в силу важности сложившейся ситуации Военный совет ООР в ночь на 14 сентября решил послать не только Военному совету Черноморского флота, но и наркому ВМФ, и в Ставку Верховного Главнокомандования:
«Противник получает пополнение. Подбрасывает новые дивизии. Под давлением его превосходящих сил создается опасность отхода наших частей на рубежи Гниляково, Дальник, Сухой лиман. Население, аэродромы, город, порт, корабли будут нести огромные потери от артогня противника. Наша авиация вынуждена будет перебазироваться в Крым. Созданная из местных ресурсов 421-я стрелковая дивизия имеет недостаточное количество пулеметов, артиллерии. Остальные дивизии также нуждаются в пополнении пулеметами и артиллерией. Все стрелковые части имеют 42 % недокомплекта начсостава. Полученные маршевые батальоны влиты в части полностью. За месяц обороны потери только ранеными — 25 тыс. За 12 сентября только ранеными (учтенными в госпиталях) потеряно 1900 человек. Для обеспечения от прорыва и от артиллерийского обстрела аэродромов, города и порта необходима одна стрелковая дивизия, а также дальнейшее пополнение маршевыми батальонами и вооружением».
На всякий случай Военный совет ООР опять несколько сгустил краски — отход на линию Сухого лимана не грозил перебазированием авиации ООР в Крым. По сути, телеграмма являлась криком о помощи, но Ставка и ее оставила без ответа. Поэтому 14 сентября Военный совет ООР самостоятельно принял решение об отводе левофланговых частей Южного сектора на рубеж Сухого лимана. Помимо этого было решено максимально укрепить главный рубеж обороны на участке Южного сектора, чтобы ни в коем случае не допустить его прорыва.
Как об этом говорилось в журнале боевых действий Приморской армии: «Ввиду непрерывных боев, больших потерь в частях, отсутствия пополнений, отсутствия резервов в частях и армии прорыв пр-ка на Дальник парировать быть не мог, и тем самым создавалась угроза городу. Военный совет армии еще 13.9.41 г. дал телеграмму тов. Сталину с просьбой выслать для пополнения частей маршевые б-ны и на усиление Армии одну стрелковую дивизию, что и было быстро удовлетворено (15.9.41 А.Ю.) 14.9.41 г., было принято окончательное решение — занять новый оборонительный рубеж, отведя 31-й СП (в) армрезерв поселок Застава».
14 сентября командующий Приморской армией отдал приказ об отходе частей Южного сектора с занимаемых позиций:
БОЕВОЙ ПРИКАЗ № 0023
ШТАРМ ПРИМОРСКОЙ
г. ОДЕССА 14.9.41 г. 15.00
карта 50 000
1. Пр-к, продолжая вводить в бой новые части, пытается развить прорыв на фронте 25 СД и выйти в р-н х-ра БОЛГАРСКИЕ, целью разобщить фронт и отрезать 31 СП.
Попытки 25 СД и 2 КД ликвидировать Ленинтальскую группировку пр-ка успеха не имели.
2. Армия, продолжая оборонять занимаемые позиции, к утру 15.9.41 г. своим левым крылом переходит рубеж: 68,3 — 56,4 — 55,4 — 52,8 — 36,4 — 15,9 юж. Окр. КЛЯЙН — ЛИБЕНТАЛЬ — БУРЛАЧЬЯ БАЛКА — ПЕРЕСЫПЬ — РЫБАЧЬИ КУРЕНИ.
3. 421 СД, продолжая оборону занимаемого рубежа, ликвидировать противника, укрепившегося ПРИЩЕПОВКА.
Один б-н 54 СП к 24.00 14.9.41 г. сосредоточить армрезерв НЕРУБАЙСКОЕ.
Штадив — ПЕРЕСЫПЬ. ЛЕСОЗАВОД ИМ. КРАСИНА.
Граница слева (искл.) ДОБ. ЛЕЧ. ГРЯЗИ. 47.0—30.7.
4. 95 СД ликвидировать пр-ка, просочившегося р-н выс. 76, 5, оборонять занимаемый рубеж.
Прибывающим отрядам моряков занять заблаговременно подготовленный оборонительный рубеж на участке:
х. КАБАЧЕНКО, выс. 70, 3.
Дивизионный резерв сосредоточить ГНИЛЯКОВО.
Штадивразе. 1 км южнее ДОБ. ЛЕЧ. ГРЯЗИ.
Граница слева 76,3 — 72,5 — 61,7 — 55,6 — 68,8 искл. ВОРОНЦОВСКИЙ МАЯК.
5. 25 СД оборонять рубеж искл. 76,3 — искл. 76,6 — 68,3 — высота без названия 1,0 км сев.-вост. 62, 7.
В ночь на 15.9.41 г. под прикрытием арьергардов отойти р-н пос. ЗАСТАВА — АРМрезерв 7 СП див. резерв — сев. окр. ТАТАРКА.
КАРОЛИНО-БУГАЗСКИЙ отряд в составе одной ср. 31 СП и батареи к рассвету 15.9.41 г., занять для обороны ПЕРЕСЫПЬ, РЫБАЧЬИ КУРЕНИ.
Овидиопольский истребительный отряд НКВД рассвету 15.9.41 г. сосредоточить пос. ЗАСТАВА, где влить усиление 31 СП.
Штадив — пос. ЗАСТАВА.
6. 2 КД действует в составе 25 СД, оборонять рубеж, занимаемый 15 КП, и далее — 56,6 — 55,4 — 15,9 — КЛЕЙН-ЛИБЕНТАЛЬ.
Штадив свх. УЛЬЯНОВКА.
7. Артиллерию армии и дивизии в ночь на 15.9.41 г. перегруппировать согласно особых указаний, заняв ОП рубеже ГНИЛЯКОВО — ДАЛЬНИК.
8. ЗА и ЗП, занимающие ОП морском побережье, привести в готовность к отражению морских десантов пр-ка.
9. Бронепоезда придать № 21 — 421 СД, № 22–95 СД. «За Родину» — 2 КД.
10. На всем фронте частям армии перейти к длительной жесткой обороне. Непрерывно развивая и совершенствуя оборонительные сооружения. На каждое подразделение кроме основных оборудовать по две запасных позиции.
Получение, исполнение приказа донести.
