руках. — Здесь это не пригодится. Неужели твой зверь не сказал? Эти скалы еще называются убежищем путника, и они вполне оправдывают оба своих названия. Не знаю, откуда они взялись, хотя сверху эти глыбы своей формой действительно напоминают следы. Но, вероятнее всего, их притащил с собой ледник. Для одинокого путника нет лучшего укрытия.
Лично я не представляю, как человек в одиночку может сюда попасть. Другое дело — вдвоем. Но второму разрешается залезть только после приглашения того, кто уже наверху.
— А что происходит с теми, кого не приглашали? — Девушка заинтересованно подалась вперед.
— Это занятно. — Ферро с силой отшвырнул камень прочь, и тот беззвучно исчез за черным краем обрыва. — Хотя здесь сведения разнятся, сходясь на том, что никому из незваных гостей не удавалось добраться до плато живыми.
— Что случалось с теми, кто хотел схитрить? Они тоже не добирались? — Вероника осторожно, почти крадучись, подошла к обрыву и опасливо глянула через край. Кажется, только сейчас она поняла, что так ее взволновало… В густом белом мареве бесследно исчезало всё: звуки и голоса, земля, кусты и деревья…
— Нет, задумавшим что-то хоть сколько-нибудь бесчестное приходилось хуже остальных. Каменюку не обманешь.
— Не обманешь… — повторила девушка, глядя в белесую мглу.
Туман тем временем, клубясь и вращаясь крутыми водоворотами, поднялся до половины стены.
— Что это? — Вероника обхватила себя руками за плечи. Ее затрясло и бросило в холод.
Ни присутствие рядом непонятного и опасного гостя, ни ночная тьма не могли напугать ее сильнее этого беспрестанного, неживого кружения. И даже безопасность высокой цельной скалы показалась зыбкой и ненадежной.
— Ничего. Туман глушит звуки. — Оказавшийся совсем близко, Ферро сорвал свой элегантный плащ и ловко укутал худенькие дрожащие плечи. — Тебе станет легче, если я скажу, что там действительно есть?
Девушка молчала. Она позволила увести себя в центр плато и усадить под яблоню. Красавец с самым беспечным выражением устроился напротив нее прямо на каменистой земле. Он взглянул на выплывшую из-за туч луну, прошедшую по небу четверть своего ночного пути, и завел будто бы ничего не значащий разговор. Но Вероника не слышала слов, только странный, тихий, непрерывный шум в ушах. Перед глазами все плыло и плыло, взвихряясь, белое марево.
— Я знаю, что на вас напали гули, — вдруг очень серьезно заявил Ферро. — Целая стая, и двое из них не вернулись. Не хочешь рассказать мне, как тебе это удалось?
Девушка вздрогнула и посмотрела в гордое спокойное лицо, словно видела его впервые. Морок спал, белая пелена растворилась, а она сама наконец обрела дар речи. Вероника решилась рассказать все как есть. Чего она, собственно, теряла?
Девушка начала свой рассказ с того момента, когда Сильваер впервые заметил погоню. Она говорила, лихорадочно подбирая слова, стараясь угомонить беспокойно скачущие мысли. Ферро слушал, не перебивая, слегка наклонив голову, в ленивом взгляде читалось некоторое подобие интереса.
— Разбила голову камнем… — наконец задумчиво повторил он, когда Вероника остановилась, чтобы перевести дух. Она и не подозревала, скольких сил ей будет стоить рассказ о происшествиях прошлой ночи. А её собеседник почти по-кошачьи сощурился и улыбнулся одними губами. — Поздравляю.
— С чем? — не поняла девушка.
— С тем, — беспечно уточнил красавец, — что добыча оказалась не так проста. Из обычных жертв ты с твоим зверем стали если не угрозой, то неудобной помехой. А это значит, что стая не вернется назад, пока не закончит дело, а Неведомая, и не только она, узнает много нового о вас и о вашем маленьком путешествии.
— И что нам теперь делать? — обреченно спросила Вероника.
— Поторопиться и исчезнуть поскорее, потому что стоит ей решить, что вы представляете опасность, начнется настоящая охота, и те, кто придет за вами, будут куда опаснее обычных гулей.
— Откуда ты всё это знаешь?
— Когда каждый сам за себя, я в первую очередь преследую собственные интересы, — расплывчато объяснил Ферро.
— Мы уйдем, Сильваер сказал — осталось недолго. — Девушка бездумно провела пальцами по предплечью. Кажется, это становится ее дурной привычкой. Шрам практически не беспокоил ее, но рука в том месте иногда словно немела.
— Ты ранена? — Ничего не могло скрыться от холодного и пытливого взгляда.
В такие моменты Веронике становилось особенно не по себе. Ее собеседник просто не мог не заметить грязную одежду без пуговиц, порванный рукав, а теперь и этот шрам… Который затянулся за пару часов!
Резко наклонившись вперед, Ферро взял ее руку в свои. Как обычно, разрешение ему не требовалось. Девушка возмущенно вскинула голову, но растерянно промолчала.
— Выглядит необычно для однодневной раны, да еще и от таких когтей. Они заживают плохо, если вообще заживают. Гули крайне ядовиты… — Горячие сильные пальцы пробежались по еле заметной розовой полосе. — Края такие ровные… Это твой зверь лечил тебя?
— Не знаю… — Вероника вздрогнула и опустила глаза, сейчас она, наверное, не смогла бы соврать, даже если бы очень захотела. — Сильваер сказал, что это я сама…
— Потрясающе, — неизвестно чему восхитился красавец. — Вот что может сделать с человеком всего один шаг… гм… за грань обыденного. Или ты состоишь в дальнем родстве с хранителем Врат? Тогда я не удивляюсь тому, насколько радушно он тебя принял. От нашей с ним встречи он не был в восторге.
Девушка молча пожала плечами. Ферро шутил, а вот ей было совсем не до смеха.
— Значит, ты еще не готова пойти со мной? — Красавец нахмурился, кажется, его слова звучали не как вопрос, а скорее как утверждение. Вероника глубоко вздохнула, пытаясь унять волнение, украдкой взглянула на своего собеседника и медленно покачала головой.
— Нет. Но… — Наверное, лучшего времени, чтобы рискнуть и все-таки задать так давно волнующий вопрос, не будет. — Я хочу попросить тебя об… одолжении…
— Меня? — Чуть приподнялась черная бровь, Ферро действительно был удивлен и не считал нужным это скрывать. — Что ж, сие по меньшей мере любопытно. Ты уверена, что не пожалеешь об этом?
— Да, то есть… нет. — Воспользовавшись минутной паузой, Вероника смогла наконец высвободить свою руку и плотнее закуталась в плащ. С чего же начать?
— Полагаю, ты попросишь не о защите для себя, ведь, покидая мой дом, ты добровольно от нее отказалась, — в ленивом голосе отчетливо прозвучал упрек. — Тогда о чем же?
— Я больше не хочу бояться… — Отпираться теперь не было смысла, она сама завела этот разговор. Девушка прикусила губу и опасливо покосилась в сторону обрыва. Что случится, когда туман доберется до самого верха скалы? Вероника вздрогнула и резко обернулась к своему загадочному гостю. — Я хочу дойти до конца и потом… Я должна знать, как защититься от
