ныне несуществующих источников). Греки пытались сравнить свои божества с небожителями египетского пантеона; в связи с этим Плутарх, описывая элев-синский и орфический культы, проводит интересные параллели. В частности, он отождествляет Диониса с Осирисом, а Гора и Баст — с Аполлоном и Артемидой. С точки зрения
Плутарха, связь с Сириусом обнаруживается через систрум. Вот что он писал:
Систрум (creaxpov) также указывает, что существующие вещи должны встряхиваться (ствшобои) и никогда не освобождаться от действия импульса, но, как только они уснут и замрут, их следует пробуждать и будоражить.
Ибо говорят, что они оборачиваются в сторону и отгоняют Тифона [Сета] систрумами; это значит, что как только разрушение быстро связывает природу и делает ее неподвижной, [тогда] новое рождение освобождает ее и поднимает от смерти при помощи движения.
Систрум изогнут сверху, и его дуга содержит четыре [оси с предметами], которые должно потрясать. Ибо часть космоса, подверженная разрушению и рождению, описывается сферой луны, и все [вещи] в ней движутся и изменяются при участии четырех стихий — огня, и земли, и воды, и воздуха.
И на дуге систрума, наверху, они ставят металлическую фигуру кошки с человечьей головой, а внизу, ниже потрясаемых предметов — иногда лик Исиды, а иногда Нефтис, символизируя этими ликами рождение и уничтожение (ибо таковы изменения и движения стихий)…{128} (см. рис. 13-2).
Лично меня это замечание Плутарха восхищает по нескольким причинам. Обратите внимание на сходство с Двойным Огнем Исиды и Нефтис, а также на эволюционную роль четырех Стихий во фразе: «как только разрушение быстро связывает природу и делает ее неподвижной». Иными словами, когда одна эволюционная эпоха достигает мертвой точки и возникает необходимость квантового скачка, приводятся в действие львиные или кошачьи энергии Сириуса (мы уже говорили об этом ранее). Сехмет является врагом Хаоса, а Хаос может проявляться через инертность не менее сильно, чем через злонамеренную деятельность.
Например, застоявшаяся вода становится источником размножения болезнетворных бактерий и, по рассуждению Геракла (Геркулеса), исполняющего свой пятый подвиг, для того чтобы очистить Авгиевы конюшни от накопившихся там нечистот, необходима сила быстро текущей воды! Если принять во внимание хотя бы эти соображения, то становится понятным, почему систрум считается одним из наиболее важных средств отражения зла в магическом арсенале занимающегося сириусианской магией — ведь неизбежно наступит час, когда нам, подобно древнеегипетским жрецам, понадобится победить Сета.
Если мы захотим осветить темные уголки земного невежества, то вполне вероятно, что этим мы потревожим «кошмары», которые свили себе гнезда в потемках. Помню, как в годы моей молодости один старый мудрый оккультист сказал мне: «Если потянуть дьявола за хвост, он взвизгнет». Речь не о том, что этот человек верил в воплощенного сатану — просто, будучи психологом, он понимал, что невежеству очень не нравится, когда знание нарушает его покой. Если не ошибаюсь, именно Эмерсон однажды сказал: «Каждому человеку Бог предлагает выбор между Истиной и Отдохновением — выбирай, что нравится, но ни того, ни другого ты не получишь!» То же самое говорит и систрум!
Заключительный раздел книги первой «Гермеса Трисмегиста» озаглавлен «Пастырь Гермаса». Предположительно, этот манускрипт был составлен в Древнем Египте, он имел хождение среди гностиков и ессеев, поддерживавших многие изложенные в нем учения. В нем, пожалуй, чересчур много расплывчатого гностицизма, чтобы этот источник был интересен изучающему Сириус, хотя изложенная доктрина Эпох подсказывает несколько оригинальных идей об эволюции.
Вторая книга «Гермеса Трисмегиста» называется «Корпус герметикум»; в ней представлены труды некоего Поимандра, время жизни (да и сам факт существования) которого внушает подозрения, поскольку в переводе с египетского его имя значит просто «свидетель». В книге объясняется, что Поимандр пережил состояние повышенного сознания, во время которого он получил наставления непосредственно от Гермеса (Тота). Это позволяет предположить либо факт «ченнелинга»[38], либо состояние самъямы. Так или иначе, в разделе, озаглавленном «Пастырь человеков», можно обнаружить кое-какие интересные сведения. Речь идет, в частности, о мужской и женской природе Главы богов, или Творца; о Софии (Мудрости) и Христе (Воле), описанных в весьма гностическом духе, но тем не менее вполне совпадающих с учениями Исиды и Осириса. Судя по записям пережитого, получивший подобные наставления должен был быть настолько же уверен в божественности источника, ниспославшего ему эти откровения, насколько христиане уверены в том, что во время перевода или интерпретации Священного Писания над ними неустанно реет Дух Святой.
Некоторые из так называемых египетских учений, напоминающих творения позднего Рудольфа Штайнера, нисколько не радуют меня. Эти учения (особенно, относящиеся к эволюционной теории) выглядят вполне в духе старых египетско-сириусианских учений. И все же подлинность каждого конкретного фрагмента вызывает сильные сомнения, поскольку в нем встречаются явные христианско-гностические нотки; сказывается на тексте и влияние той эпохи, в которую он был создан. Следовательно, любые предположения могут быть только академического характера, и можно лишь пытаться обнаружить скрытые значения.
Темой нашего следующего экскурса в герметическую литературу будет Стобей. Его первый вклад в данный сборник представлен в виде диалога между Гермесом и Асклепием, в котором учитель открывает ученику тайны космоса, духовного развития и совершенствования души. В данном разделе содержится интересная информация о египетском жречестве и его отношении к целибату (обету безбрачия). Материал безусловно заслуживает самого тщательного изучения. Здесь также проходит сквозная тема потопа и существовавшей до него высшей расы; также содержатся намеки на научные и астрономические знания такого уровня, который возможен лишь при наличии совершенной технологам.
В «Корпус герметикум» встречаются и разрозненные фрагменты, повествующие о звездной природе Божества, о неуничтожимости души и духа, об эфирных телах, процессе реинкарнации. Есть и отдельные упоминания о том, что животные и люди относятся к различным ветвям потока эволюции; о возможности преодолеть карму при помощи воли, энергии и материи; о расе логосов (дэвов); а также (пожалуй, наиболее интересный момент сточки зрения влияния Сириуса) о двойственной природе души. Гермес рассказывает, что в земную цепь времени проникает лишь одна часть души, тогда как другая остается в безвременности (нелокальносги, тени частиц, волновом пакете — согласно современной квантовой теории?). Эту концепцию вполне можно считать основой доктрины о высшей или трансперсональной «сущности» — доктрины, приведшей многих людей в заблуждение относительно исключительности их собственной «высшей сущности» во Вселенной. Скорее всего, таким людям и в голову не приходит мысль о возможности диалога между их «высшей сущностью» и такой же сущностью остальных.
И все же наиболее интересным из трех томов, безусловно, является последний, куда входят «Дева Мира» и «Богослужение Исиды
