задыхаясь, как загнанная лошадь. Серые пятна плыли перед глазами.
Вокруг шумела столица — проезжали машины, звенел трамвай. Лёгкий ветерок обдувал лицо, и светило солнце.
Через пару минут я пришёл в себя. Отлепился кое-как от столба и побрёл, пошатываясь, в сторону Академии.
Вошёл через главный вход, поднялся по лестнице и направился к экзаменационной аудитории. Там царил нездоровый ажиотаж. У распахнутой двери кучковались люди, явно вышедшие из студенческого возраста.
Среди них оказалась и леди Орния. Она что-то взволнованно объясняла, но, заметив меня, прервалась на полуслове и воскликнула:
— Вячеслав! С вами всё в порядке?
— Ну, в общем, да, — сказал я. — А у вас тут что? Расширенный педсовет?
Услышав мой голос, из аудитории выскочили ещё несколько человек, включая декана с ректором. Все уставились на меня, как на привидение.
— Вам требуется медпомощь? — спросил декан.
— Нет, просто устал. Можно, я присяду?
— Да, конечно. Входите.
Аудитория напоминала теперь филиал научной лаборатории. Возле рамы, на которой крепилась картинка-дверь, стояли приборы — разноцветные линзы на штативах, ящички с циферблатами и тонкими стрелками, пластмассовые контейнеры с лампочками и круглыми рукоятками. Сама же фотография выглядела как засвеченный кадр — невнятная муть, да ещё и с жёлтыми пятнами.
Декан показал мне, чтобы я сел за преподавательский стол. Остальные расположились лицом ко мне. Кроме преподавателей были и незнакомые личности — эксперты, вероятно, которых вызвали, чтобы изучить фотографию.
Это напоминало пресс-конференцию, не хватало разве что микрофона. И прежде чем зазвучали вопросы, я спросил сам:
— Экзаменационную фотку кто-то специально испортил, насколько я понимаю? Уже сумели узнать, кто именно?
— Пока нет, — ответил декан. — Но зацепка есть.
Глава 26
— Зацепка? — переспросил я, поскольку декан умолк. — И в чём она состоит?
— Надеюсь, вы нам поможете это выяснить, — сказал он. — Но для этого я прошу вас кое-что вспомнить. А именно — момент перехода из этой аудитории в другой мир. Возможно, вы уловили при этом некий посторонний оттенок?
— Вроде бы нет, ничего такого…
— Не торопитесь, Вячеслав. Оттенок мог быть подспудным, практически незаметным. Тем более что вас сбил тогда с толку подменённый пейзаж, а затем добавилось ещё и недомогание. То есть при переходе вы просто не обратили внимания. Но если постараетесь, то сумеете вспомнить.
— Гм…
Почесав в затылке, я сконцентрировался и попытался вызвать из памяти свои ощущения в тот момент, когда фотография-дверь открылась.
Вот пейзаж ещё в изначальном виде — опрятные здания, автобусная остановка из пластика и гладкий асфальт…
Вот я шагаю туда, в картинку…
Пейзаж искажается, сквозь него прорисовывается другой…
И да, в ту секунду я думал только об этой метаморфозе. Когда пейзаж подменялся, я просто не обратил внимания на полутона. Хотя, кажется, и вправду мелькнуло что-то такое, трудноопределимое…
— Нет, — сказал я. — Слишком зыбко всё. Я просто не уверен — то ли я действительно уловил какой-то неестественный проблеск, то ли сейчас додумал его постфактум. Утверждать не берусь.
— Правильный подход, — одобрил декан. — Но наша аппаратура зафиксировала постороннюю примесь. В следовых количествах, правда. Буквально в микроскопической дозе, но тем не менее. Для создания подменной картины, как мы предполагаем, использовался даль-цвет, который не предусматривался условиями экзамена.
— Какой именно цвет? — спросил я, чуть подавшись вперёд.
Декан посмотрел на меня внимательно и, помедлив, ответил:
— Аквамарин.
Я в растерянности нахмурился.
Когда он упомянул непредусмотренный компонент, я был почти уверен, что это окажется серебряная краска из мифов, которую я искал. Та самая, что была на «панно» в столовой или на татуировках в банде у Невидимки.
Но вместо этого…
То есть что получается? Подлянку на экзамене устроил мне Глиррен, с которым я замахался осенью на дуэли? Аквамарин — это его клановый цвет…
Но как он умудрился?
Нанял анонимного виртуоза и снабдил его краской, чтобы тот пробрался в Академию и испортил экзаменационный снимок? Какой-то слишком уж хитрый способ, чтобы мне отомстить…
— У меня сразу возникает куча вопросов, — заговорил я. — Фотография-дверь была готова заранее? Где хранилась? Кто мог иметь к ней доступ?
— Об этом мы уже думали, — ответил декан. — Экзаменационный пейзаж был согласован вчера. Стоял в запертой подсобке, имеющей цветовую защиту. Взломать её было можно, но я с трудом представляю способ, чтобы проделать это, не оставив следов. И чтобы мы, экзаменаторы, не заметили скрытый слой на снимке в ходе экзамена. Для этого нужен художник-взломщик с фантастическим мастерством. Для меня стало полнейшим сюрпризом, что можно так совместить два изображения. Если описывать процесс упрощённо, то подменную фотографию незаметно и схематично оттиснули поверх исходной, после чего доработали кистью.
— Кстати, а у моих однокурсников проблем не было? Отправились куда надо?
— Да, с ними всё в порядке. Трое уже вернулись, выполнив экзаменационное задание. Все попали именно в тот пейзаж, который был согласован. Ловушка была настроена, судя по всему, именно на вас, на ваш перстень. Как только вы шагнули в неё, пейзаж подменился, а затем фотография сразу пришла в негодность.
Он кивком указал на мутный прямоугольник в раме, а я спросил:
— Что это за мир вообще? Ну, тот, в который меня забросило?
— Я толком не успел рассмотреть пейзаж, — ответил декан. — Он был перед глазами всего пару секунд, при этом без ярких индивидуальных примет. Пожалуйста, опишите нам всё увиденное на той стороне, как можно подробнее.
— Ну, сначала я сел на лавку…
Стараясь не упускать деталей, я пересказал свои приключения. Резюмировал:
— Полиция там — на каждом шагу, насколько я понял. И очень… гм… бдительная. То есть была почти стопроцентная вероятность, что ко мне возникнут вопросы буквально через считанные минуты. Если бы я не смылся, меня бы арестовали, и я бы там застрял. А нашего консульства там и близко нет, как я подозреваю.
— Да, судя по вашему описанию, — сказал незнакомый тип, который старательно конспектировал мой рассказ, — этот мир отсутствует в каталогах. Если бы вы не вырвались сами, мы не сумели бы вам помочь. Это был бы надёжный способ от вас избавиться.
— Лорд-наследник, — вмешался в разговор ректор, обращаясь ко мне, — пока мы не предавали случившееся огласке. Пригласили только специалистов-техников, чтобы исследовать фотографию и понять, куда вас забросило. Все здесь присутствующие связаны обязательством о неразглашении.
