затем заявил, что мне крупно повезло.
— Ты хоть представляешь, что это за материал?
— Нет. И, в общем-то, мне все равно.
— А я все равно расскажу. Это сложнейший сплав «квантаниума» с оксидом тантала. Сверхпрочный материал, который смогли синтезировать только в ничтожно малых количествах!
— И что?
— Ничего. Просто этот материал не берет ни одно из известных нам типов вооружения. Даже плазма.
— А кислота?
— Пришельцев, что ли? — хмыкнул Чан. — Думаю, она тоже будет бессильна.
— Хорошо, спасибо за информацию.
— Странный ты, Алекс. Что с тобой случилось? Ты сам не свой!
— Все в порядке! — отмахнулся я и торопливо продолжил путь к Доку.
— Освободишься, заходи в мастерскую. Мы кое-что реализовали.
Я не ответил, просто пошел дальше. Через пару минут добрался до лаборатории Крейна.
Первое, что я увидел, попав внутрь, это погруженное в автоклав наполовину препарированное тело псионика. Тело того самого пришельца, что удалось поразить, когда меня схватили.
— Док? — крикнул я, а сам осматривал псионика.
Крейн посадил его в автоклав, вскрыв череп. Сейчас в мозг шли толстые пуски трубочек и проводков, подключенные к блокам какой-то сложной, судя по всему самодельной аппаратуры. Весь автоклав был заполнен полупрозрачной, чуть розоватой жидкостью. Все его тело было изрезано, затем снова сшито. Что тут с ним делал старик Крейн⁈
— Кого там принесло? Ничего не знаю, отвалите! — послышался недовольный голос Дока. Судя по всему, его оторвали от какого-то важного занятия.
Однако увидев Алекса, Крейн даже свои инверторные очки уронил на пол.
— Алекс? Глазам не верю, ты жив? Значит, Анна вытащила тебя оттуда? Невероятно. А сама она где?
— В лазарете. Без сознания. Что-то произошло, а я понятия не имею.
— Так! Расскажи мне все, а дальше решим!
Я уселся на ближайший стул и, иногда кидая на автоклав с псиоником косые взгляды, рассказал ему все, что знал. Вопросы пока задавать не стал, решив отложить на потом. Минут двадцать он слушал внимательно, как обычно нарезая круги по комнате, нервно кусал губы, теребил подбородок.
— Вот что. То, что ты не погиб от таких травм, не случайность. Думаю, сыграли роль твои регенеративные способности. Какая-то из них и не дала тебе умереть, сильно затормозив процесс омертвления. Плюс, со стороны кем-то была оказана серьезная медицинская помощь. Про протезы не скажу, но думаю, что тут не обошлось без вмешательства доминаторов.
— Шутишь?
— Нет, совсем нет. Подобными технологиями на этом спутнике не владеет никто.
Ответ был для меня неожиданным. Уж на них-то я вообще даже не подумал бы.
— Но зачем?
— Не знаю. Приглянулся ты им. И это странно.
Если кто и мог знать, то только девушка. Скорее всего, она была со мной, когда явились доминаторы.
— Анна может знать правду, но она в коме.
— Прискорбно, — нахмурился Крейн. — Знаешь, а ведь у нее теперь тоже есть способности. И думаю, она выкарабкается сама.
— Какие способности?
— Ну-у… Когда ты попал к пришельцам, она пришла ко мне и настояла на том, чтобы я ввел вакцину пробуждения пси-способностей и ей.
— И ты ввел? — я внутренне напрягся.
— А что я мог сделать? Она была крайне настойчива. Эй, расслабься. Получилось хорошо, куда лучше, чем в твоем случае. Но для нее я использовал лучший прототип, что у меня был на тот момент. Я чуть ли не каждый час получаю новые результаты.
— И какая у нее способность?
— Идеальная маскировка. Даже невидимость. Отчасти.
— А последствия?
— Не знаю. Этого мы не успели выяснить. Она, несмотря на уговоры, сорвалась спасать тебя, а вместе с ней увязался и Барнс. Раттлер был в бешенстве. Хотя, он и сейчас такой.
— Значит, считаешь, что этим меня наградили доминаторы? — я кивнул на протезы.
— Да, думаю так и есть.
— А что по моим способностям? Мне нужна информация.
— У тебя есть вопросы?
— Да, — не очень уверенно ответил я, понимая, что в голове снова образовалась каша. — В первую очередь, как копить и быстро восстанавливать объем энергии?
Крейн задумался, затем отошел в сторону, порылся в куче своего оборудования и вытащил как-то странный, сложный прибор с присосками.
— Замерим твой уровень псилитов?
— Ты уже и единицу измерения придумал? А это возможно?
— Теперь да. Кое-что придумал.
Док провел серию нехитрых процедур, снял показания и присвистнул.
— Ни хрена себе, вот это объем!
— Все плохо?
— Плохо? — взвился Крейн и уставился на меня удивленными глазами. — Да это запредельный результат. Восемь тысяч псилитов.
— Мне это ни о чем не говорит. Я просто чувствую, что мне стало гораздо легче концентрироваться на использовании способностей. Я могу одновременно применять две способности сразу, только энергия быстро улетает. Думаю, здесь ключевую роль играют гормоны адреналина и кортизола.
— Да, я тоже заметил. Но вот у этого урода… — Док указал на псионика в автоклаве. — В общем, у него всего пять тысяч. Разницу чувствуешь?
— Да, — я задумался, вспоминая отдельные фрагменты. — Когда я был у тараканов, меня подключали к чему-то, что генерировало эту самую энергии внутри меня. Это давало просто невероятный прилив сил. Едва не разрывало от накопленной энергии. Меня испытывали, стравливали с хищными тварями. А потом просто решили казнить. Я сражался с Оайкеном.
— Сражался? С самим Оайкеном? — удивился Крейн. — И как?
— Ну, отчасти получалось. Но я все равно проиграл, ведь он чудовищно силен. Просто пробивал мою защиту, игнорировал мои удары.
— Ну, тогда все ясно. Это вынужденная эволюция. На подсознательном уровне твои силы возросли многократно, потому что того требовала ситуация. И это будет происходить еще не раз.
— И что мне теперь делать?
— Если продолжишь применять способности, тренироваться, сможешь еще больше повысить свой уровень. Чем больше пользуешься, тем лучше прокачиваешься. Но это скажется на состоянии здоровья, причем на клеточном уровне. Ресурсы организма будут растрачиваться в пять раз быстрее.
— Наниты в крови нейтрализуют любую дрянь. Как-нибудь справлюсь.
Крейн промолчал, не решившись возражать.
— А если ввести мне еще вакцину? — подумав, спросил я. — У тебя же наверняка есть что-то новое? Получше того, что ты мне вводил.
— Да, есть. Но не уверен, что тебе это чем-то поможет. Все что можно пробудить, уже сделано.
