class="p1">В качестве продолжения
Revolver, превознесенного критикой и ставшего чрезвычайным коммерческим успехом, Джон и Пол задумали альбом, посвященный их ливерпульскому детству, что совершенно не вызывало у Джорджа энтузиазма. Не то чтобы он был чужд ностальгии – достаточно вспомнить его слабость к фривольным песенкам военного времени в исполнении Джорджа Формби, – но не испытывал ни малейшего желания воспевать мрачные суровые кварталы города, в которых вырос.
Так или иначе, идею альбома о детстве пришлось отбросить, поскольку Мартину было необходимо выпустить в феврале очередной сингл Beatles (все еще с целью выжать максимум из их популярности, пока она не испарилась). Так что “музыкальные открытки”, которые Джон и Пол отправили каждый из своего прошлого, – сюрреалистическая “Strawberry Fields Forever” и кинематографичная “Penny Lane”, – были объединены в формате сингла double A-side, став, вероятно, величайшей музыкальной ценностью, когда-либо запечатленной на крошечной пластинке-сорокопятке. К сожалению, каждая из песен мешала продажам другой и, что неприятно поразило всех, двойной сингл добрался лишь до второго места в хит-параде, уступив первое “Release Me” Энгельберта Хампердинка.
Но к этому времени Пол уже носился с новой идеей, которая была подсказана модой на викторианскую военную атрибутику, захватившей свингующий Лондон. “Я-то считал, что мы просто собрались в студии, чтобы записать следующий альбом, – вспоминал Джордж, – а Пол все толковал об этом вымышленном оркестре… Меня это не особо увлекало”.
Он так никогда по-настоящему и не проникся шедевром – альбомом Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band, где Beatles предстали в образе игрушечного духового оркестра в военной форме, дающего живой концерт, которые сами они перестали давать под собственным именем в прошлом году.
Работа над альбомом – беспрецедентно для того времени – заняла четыре месяца и стоила невероятные 25 000 фунтов. До этого они всегда записывались в студии как живая группа, играя вместе и потом накладывая поверх разве что какой-нибудь необычный инструмент вроде клавесина или валторны. Запись Sgt. Pepper показалась Джорджу больше похожей на “процесс сборки”, причем собирались воедино не только вокальные и инструментальные дорожки, но также разные экзотические саунд-эффекты: звуки ярмарочного органа и каллиопы[32], шум скотного двора, лай стаи гончих, взявших след, и оркестр из 41 музыканта, играющих без партитуры. “Для меня [это] было несколько утомительным и монотонным. Были моменты, которые мне нравились, но в целом работа над этим альбомом не доставила мне особого удовольствия”.
Ринго смирился с незначительностью своего участия, терпеливо дожидаясь момента, когда он наконец споет в своем традиционно единственном вокальном треке альбома; как он вспоминал, “пока мы записывали Sgt. Pepper, я выучился играть в шахматы”. Для Джорджа эта техника записи означала, что ему предстоит выполнять функцию едва различимого фона для очередного шедевра Леннона или Маккартни, изредка добавляя эффект индийского бурдона – вроде нежного звона тампуры в ленноновской “Lucy In The Sky With Diamonds”. Даже гитарное соло в заглавной композиции взял на себя Пол.
И все же групповое сознание, казалось, по-прежнему подпитывало проект энергией – Пол наконец приобщился к LSD, который пронизал всю работу над альбомом, и все четверо теперь щеголяли сержант-майорскими усами разной формы, к которым Джордж добавил небольшую бородку, словно у гвардейца из авангарда некоей Великой армии парикмахеров.
Вместо того чтобы, как обычно, отвоевывать больше места в альбоме, он дал только одну композицию, да и та была далека от настроения “Love You To” с Revolver. Композиция называлась “Only A Northern Song” – желчная отсылка к названию издательского агентства, которое было создано прежде всего ради работы с песнями Леннона – Маккартни, но с которым Джордж и Ринго тоже были связаны контрактами (каждый из них владел символическими 0,8% компании). В 1965 году акции Northern стали торговаться на Лондонской фондовой бирже, и это сделало Джона и Пола богачами – но только их двоих.
В тихой ярости из-за почти полной никчемности кампании с точки зрения его собственных интересов, Джордж написал для нее нарочито слабую песню – что-то вроде замедленной версии “If I Needed Someone”, но без своей фирменной захватывающей смены аккордов и при этом спетую настолько гнусаво, что его голос ассоциировался скорее не с Индией, а с прищепкой на носу.
Казалось, будто ради ее записи из шкафов студии Abbey Road извлекли случайную кучу забытых инструментов: Джордж играл на органе Хаммонда, Джон на рояле и оркестровых колокольчиках, а Пол на трубе; на это были наложены различные звуковые эффекты. Джордж Мартин, пусть и с большей, чем когда-либо раньше, предупредительностью все же сказал Джорджу, что песня просто-напросто “недостаточно хороша” и надо попробовать еще раз.
В ответ он мог бы просто снова погрузиться в ледяное молчание, если бы не художник и музыкант Клаус Форман – главный гамбургский поклонник Beatles, с которым Джордж всегда был особенно близок. Форман некоторое время назад переехал в Лондон, успел пожить с Джорджем и Ринго в их квартире на Грин-стрит, играл на басу в группе Manfred Mann и нарисовал обложку альбома Revolver.
Однажды вечером после ужина дома у Формана в Хэмпстеде Джордж уселся поиграть за старинную педальную фисгармонию, и ее хрипящий тембр неожиданно пробудил у него множество воспоминаний об Индии. Инструмент подсказал ему аккорды для еще одной вещи в духе раги – в чем-то похожей на “Love You To”, но гораздо более амбициозной; за основу была взята композиция Рави Шанкара длиной с хорошую симфонию, которую тот написал по заказу Всеиндийского радио.
Название новой песни было взято из книги “Карма и перерождение”, опубликованной в 1940-х годах Кристмасом Хамфри, известным британским юристом, обратившимся в буддизм. Книга содержала изречение “Жизнь идет своим чередом внутри тебя и вне тебя” (Life goes on within you and without you; слово without употреблено здесь в своем древнеанглийском значении – “снаружи”, а не “без”). После этого, что для Джорджа было весьма необычно, слова словно потекли сами собой:
Попытайся осознать, что все это внутри тебя самого…
и увидеть, что ты на самом деле очень мал…
и жизнь течет внутри тебя и вне тебя.
В результате получилась композиция длительностью более пяти минут, которая была записана в течение трех сессий с музыкантами из Азиатского музыкального кружка, причем на этот раз Джордж уступил одному из них партию ведущего ситара, а сам аккомпанировал на тампуре (на второй, как ни удивительно, играл верный роуди Beatles Нил Аспиналл). Чтобы создать подходящую атмосферу в студии Abbey Road, музыканты уселись на ковре; на стенах висели индийские ковры, свет был приглушен, курились благовония.
Было нелегко понять, каким образом индийский мистицизм впишется в психоделический водевиль Sgt. Pepper – но ведь то же самое можно сказать о гимне ночной мастурбации (“With A
