Он спустил у нее с плеча одну бретельку.
– Буду работать одной рукой.
Райдер – левша… Мэрилин перевела взгляд с мужчины на деньги.
– Только правой.
Вторую бретельку он сдернул зубами.
– Круто берешь! Мэрилин учащенно дышала.
– У меня был хороший учитель.
– Давай проверим. – Он без предупреждения грубо опрокинул ее на полку и впился ей в губы долгим, страстным поцелуем. Она уже была готова уступить напору чувств, но вдруг вспомнила его условие.
– Это нечестно! Используешь отвлекающие маневры! – Девушка вырвалась и, собрав все свои силенки, повалила на полку самого Райдера. Задрав юбку, оседлала его и стала надавливать на плечи. – Моя взяла!
– Это ты так считаешь! – Стремительное, неуловимое движение – и Райдер очутился наверху; она распласталась под ним. Зажав ее ногами точно клещами, он залез рукой под юбку; с губ девушки сорвался невольный вздох удовлетворения.
– Правило номер один: не радуйся раньше времени!
– Пожалуйста, Райдер! – Она тяжело дышала, как загнанное животное, зато он – абсолютно ровно. Однако Мэрилин не собиралась сдаваться. За окном мелькали слабо освещенные луной сельские пейзажи Франции. – Дай мне хоть минуточку – отдышаться!
– Сдавайся – и у тебя будет сколько угодно времени. – Он немного ослабил хватку.
– Кто-то сказал – не радуйся раньше времени! – вскричала она. – Ты еще не положил меня на лопатки, Райдер! Нет!
Мэрилин очутилась на коленях; спутанные рыжие волосы рассыпались по обнаженным плечам; грудь ходила ходуном. Скользкая от пота кожа отливала перламутром. Их взгляды скрестились.
Через два кресла от Ли застонал мужчина. А позади вздохнула женщина.
Жадно глотнув воздуху, Мэрилин издала воинственный клич и как дикая кошка набросилась на Райдера. Сцепившись, они покатились по полу – живым клубком рук и ног; рот в рот – открытый, изголодавшийся… Новенькие, только что сошедшие со станка купюры липли к разгоряченным телам. Борода Райдера колола нежные девичьи бедра. По его спине пролегли алые борозды от ее ногтей. Подрагивая на стыках рельсов, поезд несся к Пиренеям…
Объектив камеры метался от одного предмета к другому, ни на чем подолгу не задерживаясь. В кадре оказывались то Райдер, то Мэрилин, то снова Райдер. Панорама. Крупный план Райдера. Крупный план Мэрилин. Шестиугольное зеркало над умывальником отразило бешеную схватку тел, которые корчились в судорогах, кувыркались, отрывались друг от друга и вновь соединялись, образуя все новые скульптурные композиции, новые узоры в ослепительно ярком калейдоскопе ощущений и образов.
И хотя Ли многократно просматривала отснятый материал, присутствовала при монтаже, когда Ким из отдельных кадров создавала захватывающую, пронизанную эротикой сцену, реакция зрителей застигла ее врасплох. Все затаили дыхание. Атмосфера накалилась до предела. Тщательно сдерживаемая страсть угрожала вот-вот взорваться в бешеном оргазме.
Мэрилин стояла на корточках, покачиваясь в унисон с идущим поездом, а над ней возвышался Райдер – словно гигантский лев. Царь зверей, беззвучно пробормотала Ли, ощущая знакомый спазм в груди.
– Моя взяла! – прорычал он и, перевернув одной рукой, другой вдавил обессиленное тело девушки в матрас.
– Да. – Она судорожно хватала ртом воздух и корчилась под ним – моля о пощаде, улещая, смеясь и постанывая в одно и то же время. – Черт бы тебя подрал, Райдер! Я так и знала, что это будет нечестный поединок!
– Я жду!
– Твоя взяла, черт бы тебя подрал! Доволен?
– Вполне.
Больше ему ничего и не было нужно. Правой рукой он поднял обе ее руки кверху, а левой захватил горсть скомканных купюр и осыпал девушку с головы до ног. В глазах Райдера полыхал грозный огонь. Рванув молнию, он стащил с нее юбку.
Затемнение. Против которого яростно возражал Кристофер Бирк, но Ли настояла на своем. Иначе их детищу не избежать клейма «X» – знака порнопродукции.
Околдованная публика наконец-то смогла перевести дыхание.
Четверть часа спустя покидая кинотеатр, Ли ясно сознавала: сбылась мечта жизни Мариссы! Как только «Опасный» выйдет на экран, Марисса Бэрон займет свое место на голливудском небосклоне.
Спустя две недели после предварительного просмотра в Портленде Ли с трудом, точно зомби, выбралась из кровати. Стояла теплая калифорнийская весна, но ей было как никогда холодно. И пусто. Кошмары возобновились – с новой силой и отчетливостью.
– Ты мне не нравишься, – сказал Джошуа, когда она вышла из своего «ягуара», припарковав его на персональной стоянке рядом с «порше» отца.
– Я? – вяло переспросила Ли, удивляясь, как это она здесь очутилась: ведь она абсолютно не помнит, как ехала из Санта-Моники.
– На себя не похожа.
– Ерунда. Просто немного рассеянна.
– Немного! Вчера мне звонил Эд Дэвидсон.
– Наш страховой агент?
– Говорит, за последние две недели тебя дважды штрафовали за превышение скорости.
– Трижды – если считать вчерашний случай.
– Три раза – за четырнадцать дней?! Ли пожала плечами.
– В Калифорнии все превышают скорость.
– Раньше с тобой этого не случалось.
– Может, я наверстываю упущенное, – пошутила она, не желая признаваться в том, как ее всякий раз удивляют красные и синие огни в зеркале обзора.
Дамочка как будто ездит с включенным автопилотом – такое впечатление возникло у полицейского офицера, предложившего ей пройти тест на алкоголь. Естественно, она прошла – с отрицательным результатом. Ли не нуждалась в искусственных средствах, чтобы забыться: сознание само выработало спасительный механизм отключки.
Джошуа долго смотрел на дочь.
– Судя по твоей манере водить машину, скоро у тебя отберут права. Или ты очутишься в морге. Тебе необходимо сменить обстановку.
То же самое беспрерывно твердила Ким.
– Я не нуждаюсь в каникулах. – Ли не стала уточнять, что работа – единственное, что еще помогает ей держаться.
– Кто говорит о каникулах? Есть работенка.
– Какая?
– Выбрать место натурных съемок для «Арабских ночей».
Так назывался фильм, в основу которого была положена история Эми Дюбюк де Ривера, девушки, которая воспитывалась в монастыре, а затем была похищена корсарами и продана в гарем турецкого султана. Одна из костюмных приключенческих лент, какими славилась студия Бэрон. Договорились снимать в Египте, но тут разразилась Шестидневная война – и сценарий шесть лет пролежал на полке. Пока Ли не предложила снять фильм в Объединенных Арабских Эмиратах – богатой нефтью федерации в районе Персидского залива, недавно оформившейся в самостоятельное государство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
