– Андрей, – крикнул Сергей Викторович, – оставь, стая пришла за ним, его не спасти! Ника, выбирайтесь!
Ника тряслась как в лихорадке, в глазах стояли слезы, она зажмурилась и присела рядом с неподвижным телом Стаса. Андрей раскинул руки, прикрывая собой сестру и полицейского.
– Уходите, вы не поможете ему! – настаивал краевед.
Андрей подхватил валяющийся на земле нож Стаса и выставил его лезвием вперед.
– Ну, кто первый? – дрожащим от ужаса и отвращения голосом выкрикнул он.
– Ребята-а-а! – голос краеведа перешел в вой. – Уходи-и-и-и-ите!
Андрей размахивал ножом, а Ника тем временем лихорадочно обшарила карманы Стаса, нашла зажигалку, чиркнула, крохотный язычок пламени вспыхнул, оторвался и поплыл, потрескивая и искря, он все ширился и ширился, превращаясь в огненный шар, искры опалили шерсть черных псов, и те вдруг отступили. Огненный шар взмыл и взорвался, но не с грохотом, как шаровая молния, а с тонким шипением. Мерзкая черная тварь, зависшая над головами ребят, с треском раздираемой ткани распалась на клочья и осыпалась серым пеплом.
– Ага! – завопила Ника и чиркнула еще раз, но безрезультатно – зажигалка исчерпала свой ресурс.
Адская стая рассеялась, в стороне остались несколько поджарых псов, тускло-серых, с поджатыми хвостами. Они сгрудились вокруг кучи тряпья, словно чего-то ждали.
Полицейский пошевелился, застонал и открыл глаза. Андрей без сил сел на землю, все еще не выпуская из руки нож.
– Живой? – спросил Андрей.
– Вроде… – Стас сел, потирая затылок. – Что это было?
– Огонь, – шепотом объяснила Ника. – Ваша зажигалка, она вся выгорела, но огонь спас нас.
– Ребята, – тихо произнес Андрей, перебивая полицейского – там, кажется, кто-то лежит…
– Краевед? – предположила Ника, всматриваясь в неподвижную груду тряпья.
Андрей помог полицейскому подняться.
– Что с оружием? – пробормотал тот, оглядываясь. – Мне же голову оторвут!
– Если вернемся, – добавил Андрей. Он поднял с земли искореженный пистолет и протянул Стасу. Тот ругнулся вполголоса и затолкал оружие в кобуру.
Ребята медленно приблизились к собакам и постарались рассмотреть, что там лежит. Стас прикрикнул на них, псы нехотя расступились.
– Это его плащ и шляпа, – удивленно произнесла Ника.
– Я же слышал его голос! Сам-то он где?! – забеспокоился Андрей.
– Смотрите, здесь есть что-то еще, – Ника склонилась и вытащила из-под плаща мятый обрывок бумаги, один из тех, что хранил в своем убежище краевед.
– Что там? – спросил Андрей.
Они склонились над обрывком.
– Похоже на карту, – предположил Стас, – от руки нарисовано, наспех.
– Он хотел о чем-то сообщить, – кивнула Ника.
– Или, наоборот, что-то прятал от нас, – процедил Андрей.
– Зачем ему что-то скрывать? – не согласилась Ника. – Он же хотел нам помочь.
– Вообще-то я уже стал сомневаться, – произнес Андрей, – помочь или заманить?
– Прекрати! – обиделась Ника. – Он хороший.
– Если это он, – парировал Андрей. – Кто знает, что за фокусы проделывает с людьми это место.
– Правильно, – поддержал его Стас, – нельзя доверять первому встречному, этот ваш краевед мог вам специально дезинформацию подбросить.
– Какую еще дезинформацию? – возмутилась Ника. – Здесь что, война и немцы?!
– Почем знать, может, и похуже, – буркнул Андрей.
– Нет, я не согласна! – Ника ткнула пальцем в едва различимые каракули. – Это хоть какая-то зацепка. У вас есть предположение, где находится Митька? Вы здесь ничего не знаете, а Сергей Викторович знал! – Она подумала и поправилась: – Знает… Давайте хотя бы попробуем разобрать, что тут нарисовано.
Стас придвинул обрывок к себе, покрутил так и сяк:
– Вот, похоже, дорога, здесь какая-то отметка, видите крестик, от него стрелочки. Если предположить, что мы находимся на месте отметки, то ваш краевед советует нам двигаться в том направлении, – Стас махнул рукой, показывая.
– Но там пустырь, – произнес Андрей.
– Стрелки идут через пустырь, огибают какое-то строение, вот тут что-то зачеркнуто, и упираются в квадратик, видимо, здание.
– Если мы пойдем туда, опять потеряем дорогу, – напомнил Андрей, – здесь же все меняется постоянно.
Ника отошла в сторону, она стояла рядом со сбившимися в кучку собаками и зачем-то рассматривала их.
– Ника, не подходи близко, – предупредил Андрей.
– Мне кажется, они не опасны, – отозвалась Ника. – Я подумала: вдруг они могут помочь?
– Эти? – воскликнул Андрей. – Нашла помощников!
– Они похожи на обычных собак, – стояла на своем Ника. – Они местные и сейчас неагрессивны. Надо попробовать… Есть конфеты или что-нибудь съедобное?
Стас полез в карман и протянул Нике горсть карамелек:
– Вот, люблю сладкое…
Ника поблагодарила его кивком, развернула конфету и осторожно приблизилась к собакам.
– Эй, собачки, – заговорила она ласково, – попробуйте, это вкусно…
Псы испуганно сжались и отступили.
– Не бойтесь, я не буду вас жечь! – пообещала добрая Ника. – Это случайно вышло, я не виновата, вы же первые напали, вот, смотрите, я хочу помириться, – она лизнула конфету и причмокнула: – М-м-м, сладко!
– Ты еще расцелуйся с ними, – предложил Андрей насмешливо.
– Не мешай, – шепнула Ника, потихоньку приближаясь к своре: – Вот, смотрите, я кладу конфету сюда и отхожу, кто самый смелый, давайте, попробуйте.
Она подбросила конфету собакам и немного отступила. Один из псов вытянул морду, принюхался и лизнул с опаской, прижал уши, зажмурился, подхватил конфету языком и захрумкал, чавкая и облизываясь. Остальные забеспокоились, потянулись к нему мордами, шумно втягивая носами воздух.
– У меня еще есть, – Ника развернула следующую конфету и снова подбросила. Другой пес клацнул зубами и успел схватить лакомство на лету. Полетела следующая конфета, за ней еще одна. Первый пес завилял хвостом и осмелился подойти совсем близко. Андрей хотел было преградить ему путь, но Ника успела сунуть в пасть вторую конфету. Пес сожрал ее и остался стоять рядом с Никой, другие собаки тоже осмелели. Они столпились и легли у ее ног, покорно опустив морды на лапы.
– Хороший, – прошептала она, опуская ладонь на загривок первого пса. Пес напрягся, но потом прижал уши и прикрыл глаза.
– Вы ведь поможете нам, правда? – негромко спросила Ника и погладила пса.
– Смотри, как бы он не обернулся и не оттяпал тебе руку, – предупредил Андрей.
– Нет, не оттяпает, ведь правда? Не оттяпаешь? – спросила Ника у пса. – Доброе слово и псине приятно, – переиначила она известную поговорку. – Дайте-ка мне карту.
– Что ты хочешь делать? – удивился Стас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
