И вина на тех, кто организовал Февральскую Революцию и отстранение Царя!
Когда-то (около 40 лет назад) мой одноклассник на уроке истории выдал, как сейчас оказалось, мудрую фразу: «Они со своим свержением не могли подождать до конца войны?» Нет, он не был диссидентом и пиетета к Николаю Второму (как сейчас модно) не испытывал. Просто нам рассказывали в этот момент, что творилось на фронте, и чем было в этот момент занято Временное Правительство. Выводы о недееспособности правительства были сделаны даже школьником. Понятно, что учитель нам сразу же парировал, что иначе Родзянко и другие заговорщики не смогли бы добиться отречения. Кризис в стране смягчился бы и ситуация была бы уже не «революционная». У заговорщиков уже не было бы поддержки. Вывод прямо напрашивался, что для революционеров чем хуже в стране, тем лучше. Они строят своё продвижение к власти на проблемах сограждан.
Кровь за кровь!
Вам знакома формула, что жестокость порождает жестокость? В обществе запустилась цепная реакция. С 19-го века бунты недовольных накладывались на их жестокое подавление, которое, в свою очередь, влияло на настроения бунтующих. И так по кругу.
Собственно, вся Гражданская война – это, по-факту, воплощенный запрос низших слоев. «Чернь» хотела крови «аристократии». Всех тех, кого она считала таковой! Большевики попросту «оседлали» этот запрос, попутно решая вопрос укрепления своей власти через устранение конкурентов. И, естественно, остановить потом террор не могли и не хотели. Более того, ни одна политическая сила, воспользовавшаяся таким механизмом задабривания электората, не смогла бы его остановить! Жаль, что этот урок современные «свергатели-революционеры» не хотят запомнить. Но запомнить стоит!
Если вы обещали низшим слоям кровь их обидчиков, то будьте готовы ее предоставить! Будьте готовы дать им расправиться с теми, кого они считают грабителями! Либо вам придется уже расправляться с низшими слоями методом террора. Либо самим стать их жертвой.
Не нравится постановка вопроса? Но это формулируется именно так! Цинично и прямолинейно. Это плата за заигрывание с недовольством населения их уровнем жизни.
Но и жертвы тоже не хотят умирать. Они оказывают сопротивление, организованно или индивидуально. Как минимум, своим палачам платят той же монетой. При том, для каждого есть свой набор врагов. А это уже и есть гражданская война, традиционно ведущаяся по принципу: каждый сам за себя, без всяких правил.
Так что итогом было бы только два варианта и оба очень кровавых. Либо пришедшие к власти либералы проводят террор против низших слоев, тоже с огромными жертвами и сопутствующими мятежами. Либо получается то, что получилось в реальности с огромным количеством случайных жертв с обеих сторон. Но либералам образца 1917 года даже Пиночета изобразить не удалось бы. Тот был в тепличных условиях, ему низшие слои не угрожали.
Уголовники – основная движущая сила.
Как последний аккорд в 17-м году ко вновь победившей группировке стали присоединяться те, кто посчитал, что с помощью новой власти может обеспечить себе подходящее место на социальной пирамиде. То есть стали присоединяться не только бывшие представители пролетариата и крестьянства, ставшие во время Первой Мировой Войны солдатами (а потом дезертирами), а и откровенные уголовники, мгновенно переквалифицировавшиеся в идейных борцов с режимом.
Понятно, что такой приток новых людей позволил оттеснить бывшую элиту полностью. Даже последующие репрессии, связываемые со Сталиным, это не что иное, как та самая расчистка места от конкурентов и представителей старой элиты. Которые, кстати, никогда не против вернуться. Заодно очистка элиты от откровенных уголовников. Ничего нового.
Кстати, это уже традиция. Все государственные перевороты заканчиваются освобождением уголовников. Даже переворот, организованный Хрущевым, соответствовал этой традиции. Не говоря уже о периоде краха СССР. Где тоже госпереворот закончился освобождением «идейно близких» новой элите уголовников.
Во всех случаях потом эти люди либо возвращались к своему ремеслу, либо старались занять место в новой структуре общества. Преступность, как и положено в такие периоды, зашкаливала.
Потом также «традиционно» начинается чистка общества уже от уголовников.
Сразу после Февральской революции были выпущены на свободу почти все заключенные. Рост преступности вынуждал самих граждан заниматься противодействием преступности. Поскольку органы правопорядка Российской Империи были разогнаны революционерами, то на их место заступили разрозненные самопровозглашенные органы. С кучей разных самоназваний, самым знакомым нам вспоминается «народная милиция».
Естественно, бывшие уголовники не преминули воспользоваться такой возможностью попасть во власть. Вот представьте, органы занимающиеся полицейскими функциями, сами состоят из уголовников! Идиома, что лучше всех будет ловить преступников тот, кто сам был преступником, звучит злой шуткой. Но это данность в тот период. Она озвучивалась тогда почти дословно!
Выйдя из тюрьмы, среднестатистический уголовник мог утверждать, что сидел не за уголовщину, а за политические взгляды. Проверить это в тех условиях очень сложно. Да и полицейские архивы заинтересованные лица старались тут же уничтожить.
Непосредственно во время Гражданской Войны все воюющие стороны стали создавать специальные подразделения контрразведки, имеющие ещё и полицейско-карательные функции. Организованы они были из «энтузиастов» с соответствующим опытом (чаще с опытом насилия). Принципиальных отличий между белыми и красными не было (заметьте, не пишу конкретную партийную принадлежность, партий было много). Свою задачу они видели в проведении карательных мероприятий по отношению к противникам своего понимания устройства общества. И, понятное дело, по отношению к тем, кто оказывал какое-либо противодействие. Ни методы, ни жертвы у них не отличались. Тем более сами жертвы попадали под репрессии всего лишь за выражение недовольства.
Вооруженные отряды, то и дело сменявшие друг друга в городах и селах большей части территории России, занимались, фактически, грабежом. Белые, красные, зеленые, черные. Каких только «идейных» грабителей не пережили простые граждане в тот период. Естественно, это не могло не вызвать недовольства. Как и ответных мер от тех же «белых» и «красных». То, чем занимались такие подразделения наведения порядка.
Состав и методы работы таких подразделений у белых и у красных примерно одинаковы. На руководящих ролях в них и в тех, и в других случаях преобладали люди с уголовным прошлым, как минимум, с уголовными наклонностями. Даже если в последующей историографии мы про них читаем, что конкретный персонаж сидел за «политические взгляды».
Заметьте и со стороны «белых» – тоже не аристократия. Сжигали большевиков в топке паровоза вряд ли лично сам дворяне. И баржи смерти по Волге пускали тоже не они лично. Хотя формально на этих территориях власть была явно не рабоче-крестьянская, и руководители имели титулы соответствующие.
И у белых, и у красных в условиях «революционного времени» такие органы правопорядка наделяли себя абсолютной вседозволенностью. Но при
