невольно задаешься вопросом, почему этих животных так мало. Если изнасилование — это такая прекрасная техника зачатия, почему оно встречается так редко? Принудительный половой контакт должен бы быть повсеместно распространен в природе, но этого не происходит.
Чтобы естественный отбор одобрял изнасилования, необходимы два условия. Первое — мужчины, которые ведут себя таким образом, должны обладать определенным составом генов, который превращал бы их в сексуальных маньяков. Второе — насильникам было бы необходимо распространять свои гены. Но мы не имеем доказательств выполнения хоть одного из этих условий. Более того, если бы целью было размножение, мужчины бы не насиловали девочек и женщин в возрасте за пределами репродуктивного. Кроме того, они бы не насиловали любовниц и жен, с которыми у них уже есть добровольный секс, или мальчиков и мужчин. И все же они это делают. Например, согласно опросу, проведенному Министерством юстиции США, каждый 33-й мужчина подвергается изнасилованию в течение жизни[292].
Я пришел в ужас от мысли, что столь безграмотные биологические соображения могут дойти до широкой аудитории, но это случилось. «Естественная история изнасилования» стала камнем на шее у молодой дисциплины эволюционной психологии, которая до этого по большей части была известна безобидными спекуляциями на тему привлекательности бедер, талии и симметрии лица. Дискуссия достигла своего пика с выходом критической коллективной монографии, в которой двадцать восемь исследователей отвергли тезис Торнхилла и Палмера. Джоан Рафгарден назвала его «новейшим оправданием в духе „эволюция заставила меня сделать это“» для порочного поведения[293].
В моем критическом отзыве на эту книгу в The New York Times я поднял другой вопрос: как бы племенное сообщество поступило с насильником в своих рядах? Я думал о нашей долгой былой жизни в составе небольших групп[294]. Американские антропологи под руководством Ким Хилл исследовали этот вопрос, опираясь на известные им факты об индейцах аче в Парагвае. Они ничего на слышали об изнасилованиях среди охотников-собирателей, но построили математическую модель на основании того, какой реакции они ожидали бы от этих людей, если бы один из их мужчин изнасиловал женщину. Его перспективы оказались плачевны. Насильник мог лишиться всех своих друзей и в конце концов мог быть убитым родственниками жертвы, в то время как его потенциальные потомки остались бы брошены на произвол судьбы. Ген изнасилования — если бы таковой имелся — скорее всего, быстро бы себя изжил[295].
Наши ближайшие сородичи не демонстрируют признаков адаптивной склонности к изнасилованию, и в условиях, в которых происходила их эволюция, изнасилование нельзя было назвать мудрым поступком. В наших современных огромных сообществах анонимность снижает риск для насильников, но то, что изнасилования случаются, не делает их естественным процессом.
Барбара Сматс была первой, кто затронул вопрос о том, как современное человеческое общество формирует мужское насилие и половое принуждение и что можно этому противопоставить. При этом она опиралась на данные наблюдений за приматами. Как мы уже видели, чем сильнее женская сеть, тем успешнее получается обуздать сексуальные домогательства самцов. Самки приматов склонны защищать друг друга от самцов, но для того, чтобы это работало, им необходимо жить и путешествовать совместно. Самка орангутана, у которой нет никакой защиты, находится в куда более опасной ситуации, чем самка бонобо, у которой имеется первоклассная поддержка союзниц.
По утверждению Сматс, у женщин есть три основные тактики предотвращения домогательств мужчин. Первая — отбиваться от насильника, и этот вариант прежде всего приходит на ум. Но это не так-то просто осуществить и к тому же опасно, так как мужчины в среднем физически сильнее женщин. Вторая возможность — заручиться поддержкой мужчины. Такой вариант также выбирают многие приматы. Вспомните дружбу между самцами и самками павианов и то, как самок орангутанов привлекают самые могучие самцы в лесу. Но у этой тактики есть и свои изъяны. Если самка выбирает себе самца по признаку мощи и доминантности, она рискует, что самец может обратить эти качества против нее. Сильный защитник также потенциально опасный тиран.
С точки зрения женщины, идеальный мужчина достаточно силен, чтобы отпугивать от нее других мужчин, но при этом достаточно добр, чтобы никогда не использовать свое физическое превосходство против нее. То, что гетеросексуальных женщин привлекают эти качества, ясно по их выраженному предпочтению высоких мужчин. Женщины настолько явно предпочитают мужчин выше себя ростом, что невысокие мужчины жалуются, что у них нет шансов на сайтах знакомств. Влечение женщин к мужчинам, на которых они смогут смотреть снизу вверх, превосходит мужскую страсть к женщинам, которые ниже ростом, чем они сами. В ответ на вопрос о брачных предпочтениях женщины сильнее настаивают на разнице в росте между гендерами, чем мужчины[296].
Мускулатура — это еще один дополнительный фактор. Женщины предпочитают рельефные кубики пресса. Говорят, что, когда Брэд Питт, стоя на залитой солнцем крыше, снял рубашку в фильме «Однажды в Голливуде» (Once Upon a Time in Hollywood), все зрители в кинотеатре ахнули. Мы быстро прикидываем возможности мужчины по его торсу и рукам. Если мы посмотрим на фотографии мужских тел без головы и рубашки, мы без проблем отсортируем их по силе верхней половины тела. Выборка из 160 американских женщин не продемонстрировала ни одного исключения из этого правила. Другие исследования показали, что женщинам не нравится излишняя мускулистость, но в этих исследованиях им показывали рисунки из комиксов. В пределах разумного подавляющее большинство женщин предпочитают здоровых и сильных потенциальных партнеров[297].
Когда женщинам угрожают плохие мужчины, самая успешная помощь исходит от других, лучших мужчин. Мы находим это решение настолько приятным, что героический мужчина, спасающий даму в беде, остается одним из наиболее популярных художественных клише. Но герою требуется мускульная сила. Кроткие мужчины не представляют опасности в домашних условиях, но вне дома женщины предпочитают компанию мужчин, которые могут за себя постоять. Зная, что их судят по этому качеству, мужчины стараются выставить его напоказ. Быть может, поэтому их привлекают соревновательные виды спорта. По всему миру мужчины смотрят спортивные передачи и занимаются спортом больше, чем женщины. И женщины обращают на это внимание, как показал опрос, в ходе которого они должны были оценить фотографии мужчин с указанием вида спорта, которым они занимаются. Женщины отдавали предпочтение мужчине, который играет в агрессивные спортивные игры, такие как регби, а не тому же мужчине с той же самой фотографии, в подписи к которой упоминалось, что он играет в более спокойную спортивную игру, такую как бадминтон[298].
Третий способ, с помощью которого женщины могут понизить риск
