Прежде чем он мог задуматься, усомниться в правильности своего решения, он отбросил лук и стрелы и свободной рукой ударил Лейн в подбородок. Резкий поворот головы и треск, как пистолетный выстрел. Он надеялся, что все произошло так быстро, что она ничего не почувствовала. В то же мгновение он подхватил падающее тело и прыгнул прямо навстречу фургончику.
Тот не мог остановиться. Мальчишка попытался. Заскрипели тормоза. Покрышки скользили по снегу, фургон разворачивался. Гаррет продолжал двигаться, продвигаясь сам и держа в руках Лейн, навстречу машине. Риск был в том, что фургончик столкнется с чем-нибудь раньше, чем с ним. Но риск оправдался. Перед входом в гостиницу фургончик ответил желанию Гаррета. Он ударился в прочный металлический столб, и между ним и столбом оказались Гаррет и Лейн.
Р-р-раз!
Гаррет покатился по тротуару, руку и бок жгло огнем.
— Нет! — закричал он. Он не собирался проходить сквозь столб. Он должен был умереть в столкновении и огне вместе с Лейн.
Но вопреки всему этому он испытывал… облегчение. Неужели он на самом деле не хотел умирать? И вдруг понял, что последние месяцы жизнь здесь его относительно удовлетворяла.
Он понял кое-что еще. Огня нет, только запах разлитого бензина.
Вскочив на ноги, Гаррет подбежал к машине. Распахнул дверцу, схватил ошеломленного парня.
— Выходи! Она взорвется!
Вытаскивая мальчишку, он одной рукой щупал его карманы. Хорошо. Как и ожидал Гаррет, в кармане оказались сигареты и зажигалка. Щелкнув зажигалкой, он бросил ее под машину и в то же время отшвырнул мальчишку в сторону.
Пламя охватило фургончик.
Водитель пикапа подбежал с огнетушителем. Гаррет отобрал у него.
— Я сам. Отведите Скотта в гостиницу и вызовите полицию.
Он умудрился выронить огнетушитель, нацеливая его на фургончик. Тот «распался» в руках Гаррета, заливая тротуар вокруг, но не пламя. После этого он и зрители, материализовавшиеся из гостиницы, могли только держаться в стороне и смотреть, как горят фургончик и Лейн.
Лейн! Чувство опустошения охватило Гаррета, и он сделал относительно себя еще одно поразительное открытие. Несмотря на весь его гнев, несмотря на ненависть к ней из-за того, что она сделал с ним и с Гарри, смерть ее причиняла боль. Боль перехватила его горло, печаль… печаль о ребенке, которого измучили так, что он искал способностей вампира из-за ненависти ко всему человечеству. Ему было жаль утраченного интеллекта, жаль голоса, который никогда не запоет больше. Он подумал, а нет ли тут и сожаления о том, что могло бы стать… товариществом, о грантуре со всеми его чудесами, которым так радовался ребенок в ней.
Боже, как больно. И как он устал.
Гаррет сел к стене отеля и опустил голову на колени.
4
— Что значит вы позвоните инспектору и найдете для меня палату? — Гаррет хмуро посмотрел на дежурного врача. — Я не останусь. — Голодные судороги рвали его.
Врач ответил:
— Вы должны остаться. Вы потеряли много крови. И от этого у вас такой анализ, какого я никогда не видел. Вам нужно переливание крови и несколько дней врачебного контроля.
Внутренности Гаррета завязывались узлами.
— Давайте расписку. Я подпишу.
— Приказываю вам остаться, — в дверях появился капитан Данциг. Он пристально смотрел на Гаррета. — Или опять нападете на санитара?
Гаррет сжал зубы.
— Я ненавижу больницы.
Данциг и врач обменялись взглядами. Шеф вздохнул.
— Отложим ненадолго. Расскажите, что вам известно о Мейде Байбер.
Гаррет застыл.
— А какое она к этому имеет отношение?
— Никакое, насколько мне известно, но в полицию позвонила Энн Байбер. Она не видела Мейду с тех пор, как вы с нею уехали в восемь тридцать.
Гаррет закрыл глаза. Слабое место. Все считают, что в катастрофе погиб незнакомец, мужчина, стрелявший в Эда и в него. Но как объяснить исчезновение Мейды Байбер? Но тут он подумал: а зачем объяснять? Она уже не раз в своей жизни сбегала.
Он снова открыл глаза.
— Последней ее видела Сью Пфайфер, она отдала ей ключи от моей машины.
Данциг нахмурился.
— Что?
Гаррет вздохнул.
— Это долгая история. Короче говоря, в разговоре мы обнаружили, что она вполне может быть моей бабушкой. Это ее очень расстроило. Не знаю почему. Неужели я настолько ужасен, что не могу быть внуком? Она уехала в моей машине. Я решил поискать ее. Подумал, может, она ходит где-то и думает. Но дело с этим лучником заставило меня обо всем забыть. — Он сосредоточенно нахмурился. — Надеюсь, у этого психа нет друзей, которые захватили ее заложницей или что-нибудь в этом роде.
— Заложница? — Глаза Данцига расширились. — О Боже!
Гаррет перехватил взгляд шефа. Как ему хочется в постель, хочется крови из холодильника. Запах крови сводил его с ума от голода.
— Пожалуйста, отдайте мой пиджак. Я пойду домой. Элен присмотрит за мной или Мэгги заедет после смены.
Лицо Данцига на мгновение утратило сосредоточенность.
— Если вы так упрямы, ладно.
— Шеф! — взорвался врач.
Данциг пожал плечами.
— Нельзя держать человека против воли, если он способен ходить.
Дай мне устоять на ногах.
— Но когда будете дома, — с свирепым выражением повернулся к нему Данциг, — ляжете в постель и останетесь в ней. Я позвоню Элен и попрошу ее проследить за этим.
Гаррет опустил глаза.
— Да, сэр, — покорно сказал он.
5
С чего они кончаются, дороги, ведущие человека в ад?
Может, с осознания того, что ад — это то, что устраивают себе сами люди, думал Гаррет, обнимая Мэгги три ночи спустя, вдыхая сладкий запах ее крови и мускусный запах их любви. Может, они кончаются с возмездием. Ему тоже придется понести наказание за убийство Лейн и за то, как он использовал при этом мальчишку Дрейлинга; но это справедливо. Как ни невзлюбил он этого мальчишку, ему стало жалко его сегодня на суде; тот больше не был насмешлив, бледный, испуганный, он цеплялся за руки родителей. Гаррет пообещал себе, что подружится с этим мальчиком. Поможет ему исправиться. И пообещал, что будет дружить с Энн Байбер, поддерживать ее, как внук. Он сожалел, что плита на кладбище, под которой лежит пепел Лейн, не может носить ее имени, но он будет заботиться о могиле. Это всегда будет напоминать ему об ответственности.
Мэгги зашевелилась в его объятиях.
— Почему ты не двигаешься на мою сторону постели? Там у тебя ужасные бугры, будто в матраце камни.
— Ничего плохого в этом нет, — ответил он, но все же придвинулся к ней ближе. — От земли здоровье. Она вызывает положительные вибрации в теле человека. — Улыбаясь, он добавил: — В моих жилах древняя кровь, мои предки всегда были близки к земле и, если не считать несчастных случаев и убийств, жили очень долго.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
