— Лотейн был ревностным обвинителем, — произнёс Ричард, наполовину сам себе. Он застыл словно в трансе, широко раскрыв немигающие глаза. — Это не было новым проявлением фанатизма Лотейна. Он ни от кого не отворачивался. Он не был предателем. Он был шпионом. Всегда был шпионом. Он, словно крот, подбирался к цели, прокладывая ходы под землёй. У него было время, чтобы добиться положения и власти. И найти сообщников, готовых исполнять его тайные приказы.
Лотейн был не просто уважаемым волшебником, он ещё обладал большой властью. Со своим политическим влиянием он имел доступ к самым высоким постам. И когда, наконец, представилась долгожданная возможность, он начал действовать. Он сделал так, чтобы его сообщники были назначены в команду Храма. Как и сегодняшние последователи Ордена, Лотейн и его люди твёрдо верили в своё дело. Это по их вине волшебники потерпели неудачу. Их деятельность не была результатом смены взглядов, не была бесчестным поступком. Всё так и было задумано. Специально, с самого начала.
Они все были готовы пожертвовать собой. Умереть за свою веру, во имя высшей цели. Не знаю, только часть из них были действительно шпионами, или они все, но то, что они достигли своей цели — это факт. Могло даже статься, что они убедили кого-то ещё поддержать их из чувства нравственного долга.
Разумеется, остальные волшебники в Башне неизбежно и достаточно скоро должны были понять, что в деле Храма Ветров не всё чисто. Именно поэтому Лотейн так рьяно взялся за преследование команды Храма. Он подверг их суду и проследил, чтобы все они были казнены. Он не хотел оставлять в живых никого, кто бы мог рассказать хоть немногое из того, что они совершили на самом деле.
Лотейн точно спланировал все свои действия, ему удалось сохранить тайну так, чтобы ничего нельзя было исправить. Шпионы, которых Лотейн назначил в команду Храма, охотно пошли на смерть, унося с собой все секреты. Преследуя в суде и приговорив команду Храма, Лотэйн сумел сохранить в тайне заговор, который целиком и полностью был его творением. Он устранил всех, обладавших любыми сведениями об истинном ущербе, который они нанесли. Он был уверен, что когда-нибудь причинённый им вред сметёт всех противников, и его приспешники будут править миром. Когда это случится, он станет самым великим героем войны.
Оставалась только одна небольшая проблема. Посвящённые настаивали, что кто-нибудь из них должен отправиться в Храм Ветров и устранить повреждение. Лотейн не мог допустить, чтобы туда пошёл кто-то другой — ведь тогда открылась бы истинная степень его предательства. И, возможно, нашёлся бы способ всё исправить. Вот и пришлось ему предложить самого себя в качестве посланца. Хотя изначально в его планы входило отправиться туда только в крайнем случае, при необходимости уничтожить все следы.
Поскольку он был главным обвинителем, все полагали, что он обладает достаточной убеждённостью, для выполнения поставленной задачи. Когда Лотейн наконец достиг Храма Ветров, он не только проследил, чтобы повреждение стало необратимым, он воспользовался полученными в Храме знаниями, чтобы удостовериться, что никто не найдёт и не исправит нанесённого им урона. Он скрыл содеянное, заставил всех поверить, будто всё восстановлено.
Возникла ещё одна проблема: изменений, которые он сделал, используя знания Храма, самих по себе оказалось достаточно, чтобы заставить Храм встревожиться и попытаться защитить себя. Находясь в Храме Ветров, в том, другом, мире, Лотэйн не заметил призыв о помощи и предупреждение Храма — красную луну, которая взошла в мире живых. И после своего возвращения был арестован. Но даже и в этом случае, он был спокоен — он с нетерпением ждал смерти, чтобы обрести в загробной жизни вечную славу за свои свершения. Всё было точно так, как объясняла Никки. В точном соответствии с идеологией Древнего Мира.
Волшебники в Башне обязаны были узнать, степень повреждения, причиненного Лотейном. Но даже под пытками Лотейн не раскрыл своего замысла полностью. И тогда Магда Сирус стала Исповедницей, чтобы раскрыть правду о том, что произошло. Но она только училась быть Исповедницей, и была слишком неопытна для такой задачи. Она умела использовать силу Исповедницы, но ещё не понимала, насколько важно уметь задать правильные вопросы.
Ричард посмотрел в лицо своей матери.
— Кэлен однажды сказала, что получить признание легко. Гораздо труднее задать нужный вопрос, чтобы получить всю правду. Мерит только что открыл силу Исповедницы. Тогда ещё никто не понимал, каким образом действует эта сила.
— Келен училась всю свою жизнь, чтобы делать всё должным образом. Но тогда, тысячи лет назад Магду Сирус научить было некому. Уверенная, что получила от Лотейна полное признание в содеянном, она всё же не смогла раскрыть истинные размеры его предательства. Он был шпионом. А они не смогли этого обнаружить, несмотря на участие Исповедницы. Они так никогда не узнали обо всём, что люди Лотейна совершили в Храме Ветров.
Мать хмуро разглядывала Ричарда.
— Ты совершенно уверен относительно этого, Ричард?
Он кивнул.
— Наконец-то всё обрело смысл. Ты добавила к истории недостающие части, и теперь всё сошлось. Лотейн был шпионом. Он пошёл на смерть, но не сказал ничего. Ни о том, кем он являлся на самом деле, ни о своих людях, из команды Храма. Все участники этой истории умерли, не выдав истинной степени нанесённого ими ущерба. Никто, даже Барах, не понял всю степень содеянного.
Его мать вздохнула, пристально глядя вдаль.
— Это, конечно, объясняет те обрывки сведений, что попали ко мне. — Она смотрела на него так, словно видела впервые. — Очень хорошо, Ричард. Просто отлично.
Ричард потёр рукой уставшие глаза. Ему не доставляло удовольствия вновь извлекать на свет эту мерзкую, гнусную историю, которая преследовала его, тянулась за ним сквозь время.
— Ты сказала, что Барах оставил для меня книгу?
Ведьма кивнула.
— Он поручил жене спрятать её. Книга предназначалась тебе.
Ричард вздохнул.
— Ты уверена?
— Да. — Мать тщательно сложила свои пальцы вместе. — В застывшем вне времени Храме Ветров, используя знания, полученные там, Барах написал книгу. Ничей взгляд, кроме его собственного, никогда её не касался. Ни один человек из мира живых не снял покров, наложенный лично Барахом. Нетронутая, она так и лежит в его секретной библиотеке.
От этой мысли Ричард похолодел. Он понятия не имел, где может находиться такая библиотека. Но даже если он найдёт нужную библиотеку, кто подскажет, что он должен искать? Он не верил, что это возможно, но на всякий случай спросил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
