– Зачем тебе заниматься этим? – удивился Харальд. – Отправил бы кого-нибудь, и все.
– Нет. – Рендалл поднялся с трона. – Искусство правителя как раз состоит в том, чтобы четко знать, что можно кому-то поручить, а что необходимо делать самому. Горожане должны увидеть своего императора и понять, что он помнит о них. Тогда, глядишь, они поверят, что этот император – настоящий. Вас с собой не зову, дело это скучное, да и дождь все льет…
Провожавший гостей канцлер вернулся и, услышав, чего хочет Олен, задумчиво покачал головой.
– Как угодно мессену, – сказал он. – Только, да простит меня ваше императорское величество, негоже выходить на люди одетым, как простой хирдер. В замке имеются кладовые, и…
– Вот и пойдем, пороемся в них, – не дал Рендалл договорить ари Налну.
В кладовые, что располагались в подвале, вместе с ними отправился неизбежный Рыжий, и еще Харальд. Маги пошли в кабинет Харугота, разбираться с найденными там магическими диковинами, а куда исчезла Саттия и тенью следовавший за ней эльф, Олен не заметил.
Результатом копания в сундуках стали великолепные доспехи, выкованные, как понял Рендалл, для его прадеда, но ни разу не побывавшие в деле и поэтому отменно сохранившиеся.
– Отличная штука, – одобрил Харальд, разглядывая грудную пластину, на которой был вычеканен герб империи – раскинувшая лучи половинка солнечного диска. – Для того, чтобы пустить пыль в глаза – в самый раз…
С помощью странника по мирам Олен нацепил доспехи, и с удивлением понял, что чувствует себя в них легко и удобно – будто их делали по снятой с него мерке. Несколько раз присел, взмахнул руками – идеально подогнанные сочленения не мешали двигаться, а приятная тяжесть на плечах придавала уверенности.
– Очень хорошо, мессен, – сказал ари Налн.
– Мяу! – подтвердил Рыжий, глаза которого в полумраке кладовой горели золотистыми огоньками.
К доспехам добавили роскошный плащ из белого шелка, и Олен решил, что с него достаточно. Затем подыскали десяток одинаковых кольчуг и шлемов для стражников, что будут сопровождать императора. И в них городским воякам далеко до гвардии империи или до Чернокрылых, но они хотя бы перестанут выглядеть непонятно зачем взявшими оружие увальнями.
Рендалл и Харальд вышли во двор. Там выстроились в линию десять воинов эскорта.
– Ничего, – сказал Олен, глядя на выпученные от усердия глаза. – Верхом все ездить умеют?
Этот вопрос породил на лицах вчерашних городских стражей легкую панику.
Когда дошло до дела, выяснилось, что не все так плохо. С конской спины никто не свалился, и каждый смог заставить лошадь сдвинуться с места.
– Ничего, сойдет, – решил Харальд, взявший на себя обязанности командира охраны. – Для начала.
Под его суровым взглядом стражники вздрагивали и бледнели.
Они выехали из ворот Золотого замка, и двинулись в сторону улицы Оружейников и Белой площади. Олен хотел осмотреть все места, где остались следы вчерашнего боя и сегодняшнего налета.
Он ехал без особой спешки, шагом, чтобы не испытывать умение собственных охранников. Шел дождь, и под копытами плескали лужи, в сточных канавах клокотала вода. Безарион мок под дождем, и вид у него был унылый, точно у больного, лежащего под драным одеялом.
На улице они не встретили никого, а вот на площади въехали в настоящую толпу. Рендалла увидели, разглядели его доспехи, и имперский герб на груди притянул десятки изумленных взглядов.
Проезжая мимо, Олен слышал шепотки:
– Это кто ж такой?
– Новый консул…
– Нет, дурья башка – император.
– Откуда этот тип взялся?
– Ты герольда не слышал?
– Он летучих страховидл отогнал или кто другой?
– Чтоб ему провалиться, как нарядился-то…
– Да, а похож на старого императора, похож, точно вам говорю.
Во взглядах горожан, помимо удивления, были злость, раздражение и даже ненависть. Олена это не удивляло – людям плевать на всех правителей разом, если рушатся их дома и гибнут близкие.
– Ратушу можно пока не восстанавливать, – сказал он ари Налну, когда площадь осталась позади. – Первым делом – расчистить улицы от завалов, потом взяться за городские стены, ворота и мосты.
– Да, мессен, – кивнул канцлер.
Они побывали у Синих ворот, на которые свалился один из Древних, заглянули на Большой рынок, где медленно таяли порожденные колдовством сугробы. Осмотрели и трущобы у порта, где за группой всадников увязалась настоящая толпа зевак. В замок вернулись только к вечеру.
– Ты все запомнил? – спросил Олен, слезая с коня.
– Конечно, мессен, – ответил ари Налн. – Я должен напомнить вашему императорскому величеству, что скоро начнут прибывать главы городских гильдий…
Рендалл, мечтавший о том, чтобы немного отдохнуть, про себя выругался, а вслух сказал:
– Хорошо. Приглашай их в тронный зал.
– Что, утомился? – спросил Харальд, когда они вошли под своды главной башни. – Да, на троне сидеть – дело нелегкое. Вот мой отец какое-то время был правителем… – в глазах странника по мирам мелькнул отблеск давней боли. – А я никогда к этому не стремился, никогда не хотел…
Издавая негромкий лязг, Олен поднялся по лестнице, и обнаружил, что стражники у тронного зала тоже переоделись. Для них отыскали доспехи, совершенно непригодные для боя, но зато внушительные.
– Красавцы? – гордо улыбнулся Харальд. – Это я распорядился.
– Да уж помню, что не я, – проворчал Олен, не зная, что делать – то ли смеяться, то ли сердиться, то ли радоваться.
Если так дело пойдет, то скоро приказы за него будут отдавать все, кому не лень – ари Налн, Харальд, Саттия и Бенеш, десятники стражи. Но, с другой стороны, еще не было владыки, что за всем мог проследить сам.
– Ладно, – буркнул Рендалл, – только в следующий раз советуйся со мной.
И вновь, в который раз за последние два дня он оказался на троне, где ощутил на голове тяжесть черной короны с тремя рубинами, как бы надежно закрепленной на спинке престола. Вот только через двери зала теперь входили исключительно люди – осанистые, важные купцы, солидные мастеровые, корабельщики, оружейники, все те, кто обладал властью в городе.
Мелькнуло серьезное лицо Фрамина Макриго, затем Олен увидел высокую фигуру в белом и улыбнулся. Наверняка, ректор Школы Истинного Знания Кертол Дарагор не раз проклял себя за то, что вчера отказал в помощи наследнику престола.
Главы гильдий смотрели на Рендалла с удивлением и страхом, нервно кашляли и косились на соседей. Они, как и простые горожане, не очень понимали, что произошло в Безарионе.
– Слушайте меня, – сказал Олен, когда двери закрылись, и в зале наступила полная тишина. – Узурпатор, захвативший трон обманом, пал. Я, наследник крови Безария Основателя, сын Кратиона Пятого, волею богов вернул достояние предков. И ныне желаю…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
