Смит осторожно открыл глаза. Он снова прекрасно видел. Ни сияющих отсветов, ни сетчатых теней перед глазами. Будто бы и не было никакого света. Смит поднялся на ноги и уставился на лорда Эрменвира — тот сидел на каменных плитах, Балншик поддерживала его. Глаза у лорда все еще отсвечивали зеленым.
— Просто мой господин получил Послание, — объяснила Балншик.
— И только? — буркнула госпожа Смит, с трудом вставая с земли.
— Такие сообщения передаются с помощью колдовских средств. — Ивострел помог ей подняться и обратился к лорду Эрменвиру: — Как вы себя чувствуете, мой господин?
Его светлость уже начал приходить в себя и потянулся было за трубкой, но при этих словах снова откинулся назад и закрыл глаза.
— Сла… слабость… Надо… прилечь… — простонал он.
Балншик поджала губы.
— Смит… — продолжал лорд Эрменвир. — Ивострел… отнесите меня… в постель…
Смит и Ивострел переглянулись. Всем было прекрасно известно, что Балншик вполне способна перекинуть своего господина через плечо, словно шарф, и доставить куда угодно, — должно быть, поэтому лорд Эрменвир приоткрыл один глаз и со стонами выдавил из себя:
— Нянюшка, дорогуша… тебе нужно приглядеть за… за бедняжкой Горицвет… Смит, Ивострел, мне что, так и помирать на этих проклятых плитах?
— Что вы, мой господин, — поспешно отозвался Ивострел, и они со Смитом подняли лорда Эрменвира и повели. Его светлость обнял их за плечи и повис между ними. Всю дорогу по лестнице и по коридору к дверям номера он издавал жалобные стоны. У распахнутых дверей, словно колонны, стояли Режь и Бей.
— Положите… в постель… да не вы, а Смит и Ивострел! — рявкнул лорд Эрменвир и снова перешел на томный полушепот: — Какая… слабость…
Смит и Ивострел со всей ответственностью перетащили его через порог и углубились в темную комнату, и тут на них обрушилась крыша. По крайней мере, как потом вспоминал Смит, грохот был именно таким.
Смит открыл глаза и уставился в потолок.
Потолок? С виду это напоминало днище койки. Это и вправду была койка, и висела она над самым носом Смита. По правде говоря, здесь вообще было не слишком-то просторно, зато здорово укачивало, что наводило на мысль о…
Отлично. Он на борту какого-то судна, что в целом, наверное, неплохо. Это могло означать, что последние двадцать лет были не более чем страшным сном, и сейчас он очнулся в молодом, гибком теле, на котором гораздо меньше шрамов.
Смит осторожно сел. Насчет гибкого — это он погорячился. Насчет молодого тоже. Шрамы все на месте. А каюта была куда теснее кубрика на том судне, где он когда-то служил, зато гораздо роскошней. Дорогая обшивка стен. Украшения из бронзы. Помпезные занавески на иллюминаторах. Да, с учетом всего этого едва ли он находится на грузовом судне.
Смит спустил ноги с койки и поднялся, пытаясь подстроиться под ритм качки, чтобы не упасть. О недавнем прошлом, несмотря ни на что, сохранились некоторые воспоминания: суматоха, голоса, свет…
Судно накренилось так, что сразу стало понятно — команда у него не ах. Смит ухватился за край койки и двинулся к иллюминатору как раз вовремя, чтобы заметить бесформенную массу, пролетающую за стеклом. Прямо над его головой на палубе успокоительно загудел чей-то глубокий баритон, на что мерзкий тоненький голосок пропищал:
— Проклятье! Еще не все! Только держи меня за штаны, не отпускай!
Бульк-бульк-бульк…
— Не волнуйтесь, хозяин, нам ничто не грозит! Небо голубое, солнышко светит, да и до берега рукой подать. Вон и линию прибоя видно!
Это замечание, сопровождающееся стуком дерева и хлопаньем холста, заставило Смита выскочить из каюты и стрелой взлететь по ближайшему трапу.
— Хозяин, дитя солнца очнулось, — заботливо сообщил Режь, обращаясь к задней части лорда Эрменвира.
Его светлость отчаянно рвало, и он ничего не ответил, а Смит, изо всех сил пытаясь удержать штурвал, молился всем богам разом и тоже ничего не сказал, поэтому некоторое время все молчали. Судно снова качнуло, отчего лорд Эрменвир плюхнулся на палубу, а паруса захлопали еще сильнее.
— Эй, ты, как тебя там! Поди сюда и держи это вот так! — закричал Смит, подтаскивая Хватая и складывая его громадные лапы на штурвал.
Демон повиновался, потрясенно наблюдая, как Смит носится по палубе, ставит паруса, уворачивается от падающей швабры и непрерывно орет:
— Повелитель Синей Воды Бримо, уведи нас от подветренного берега! Предводитель Больших Рыб Ракха, уведи нас от подветренного берега! Гонитель Белых Барашков Яска, уведи нас от подветренного берега! На два румба против ветра, ты, идиот! Да нет же! Наоборот! О святой Бримо, я пожертвую Тебе бочонок лучшего вина и серебряное зеркало, если только Ты спасешь нас из этого…
— Предводитель Больших Рыб Ракха? — удивился лорд Эрменвир.
Смит пронесся мимо него и снова ухватился за штурвал.
— Я что-то не так делал? — обиделся Хватай.
— …О святой Бримо, услышь меня, я пожертвую Тебе целый пучок розовой травки и… и еще ладану… и печенье, которое, по словам священников, Ты так любишь, все, что угодно, только помоги нам отойти от берега!! !
— По-моему, действует, хотя я и не понимаю, что ты делаешь, — заметил лорд Эрменвир. — Больше никаких по кочкам — по ухабам. Видите, ребята? Я же говорил, что Смит знает, как со всем этим управляться.
В следующий час Смиту пришлось несладко, но в конце концов шум прибоя стал стихать за кормой.
У бедняги не было времени, чтобы, схватив лорда Эрменвира за горло, задать ему несколько вполне резонных вопросов, однако он смог хорошенько осмотреться.
Корабль оказался прогулочной яхтой, предназначенной для того, чтобы принимать гостей, а не для того, чтобы выходить в море. Судно представляло собой уродливый гибрид галеры с пароходом: у него была широченная корма и при этом небольшая осадка. Сейчас корабль шел под парусами, но странные короба и сложные устройства из котла и труб, расположенные на корме под якорными цепями, свидетельствовали о том, что судно оснащено и паровым двигателем. Бойлер, правда, оказался холодным как лед, так что Смит выкручивался сам, как мог.
Когда ход судна наконец выровнялся, лорд Эрменвир оторвался от шпигата и принялся шагать по палубе взад-вперед, сцепив руки под фалдами своего фрака и со спокойным интересом наблюдая, как корабль с трудом минует рифы, скалы и мыс Клин и вырывается в открытое море. Четверо великанов-телохранителей, покачиваясь, таскались за своим господином. Больше на палубе никого не было.
— Где команда? — тяжело дыша, поинтересовался Смит.
— А я думал, командой будешь ты, — удивился лорд Эрменвир, держа трубку, в то время как Бей набивал ее свежей травкой. — Ты ведь, кажется, был моряком. Эти современные галеры без рабов — просто прелесть, не правда ли? Мне не терпится нагреть котел и поглядеть, на что способна эта крошка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
