Верхние лапы этого чудища длиннее. Сама форма этих конечностей напоминает человеческие руки. Вместо кистей острые хитиновые клинки, не уступающие мечам Земного Ранга. Остальные лапы короткие, но острые как кинжалы.
Вот значит, где твоё слабое место.
Подбираюсь ближе, под прикрытием остатков деревьев. В этом хаосе мне удаётся неплохо скрыть свою ауру. Из-под земли бьют мои корни, но в последний момент тварь сдвигается в сторону. Словно почуяв, бросается ко мне.
Насчёт верхних лап я оказался прав. Одна из них без труда срубает могучий ствол, свистнув перед моим лицом. Дерево с треском заваливается на соседа. Едва касаясь земли, отступаю и атакую корнями. Однако лишь часть брюха не защищена. Там же, где мелкие лапы взрыхляют землю, не пробиться. Хитин прочнее моих побегов. Гораздо прочнее.
Верхнюю часть туши защищают длинные лапы, блокируя и парируя мои атаки. Гу сносит деревья в попытке добраться до меня. Угрожающе верещит и машет клинками, как заправский мастер меча.
Гул в голове нарастает, и я замираю на месте. Надо заканчивать эту битву, пока яд не покончил со мной. Неприятное ощущение разливается по всему телу. Жжение, тошнота, вялость. А ведь эта отрава очень ценится лекарями и используется для изготовления мощных лекарств. Отвлечённая мысль лениво проносится в голове.
Тварь нависает надо мной, вскидывая острые хитиновые мечи. Побеги служат продолжением моей мысли. Две лианы взвиваются в воздух подобно змеям и оплетают верхние лапы чудища пониже режущей кромки. Враг пытается перерубить их, пока не поздно, но его движения скованы. Он просто не дотягивается.
Проходит всего миг, как корни твердеют и разрастаются, превращаясь в стволы молодых деревьев. Цепкие ветви оплетают оружие Гу ещё сильнее. Безусловно, он вырвется, но это купит мне время.
Пасть закрывает солнце у меня над головой. Кастеты мнут хитиновую морду, обламывает одно из жвал. Резко смещаюсь в сторону, но меня обдаёт ядовитой слюной. Чувствую, как сердце пропускает удар. Мир начинает стремительно плыть.
Злость на себя, за то, что уступаю в бою какой-то сколопендре-переростку. Злость на мерзость, которая разрослась до таких огромных размеров. Злость на предка Альрика, который забрался в самую чащу и сдох именно здесь. Кипящая злость на весь этот проклятый клан с его душегубами недоумками, которые решили нарушить завет Сакуры.
Всё это разливается по мне огненной волной. Помутившийся рассудок утопает в ярости, и я не в силах её удержать. Алая пелена застилает глаза.
Тварь мечется, с треском расшатывая свои кандалы. В её бездушных глазках обещание мучительной смерти.
Вливаю ещё больше энергии в Оплетающие Побеги, уплотняя их до крепости камня. Молодое деревце рвётся ещё выше, разрастаясь, и с хрустом ломает одну из хитиновых лап. Ещё одна струя красно-зелёной жижи пролетает мимо меня.
Ки тает всё сильнее, утекая вместе с моими атаками и рассудком. Вторую лапу оставляю, её оплетает ещё один корень.
Посадил на привязь эту букашку.
Безумное веселье происходящего захватывает меня всё сильнее. Любые мысли стремительно тонут в пылающей ярости. Остаются только инстинкты и ненависть.
Уворот, подшаг. Плевки стали тоньше, но точнее. Брызги продолжают отравлять меня, пробиваясь сквозь защитную технику. Я сближаюсь с уязвимой частью брюха. Кастеты мнут мышечные пластины. Мелкие побеги оплетают мои руки, даруя острые шипы.
Удары рвут зелёное мясо, пропитанное ядом. С каждой атакой заставляю древесные наросты выстреливать всё глубже, пробивая чрево врага. И каждую секунду болезненный визг противника становится громче.
У него что вместо крови течёт эта дрянь?
На секунду удивление пробивается даже сквозь алую хмарь моего гнева.
Пасть Гу щёлкает и впивается острыми зубами в плечо. Оставшееся жвало рвёт плоть на левой руке от до самого локтя. Значит, не успел вовремя активировать Крепче Камня. Опадают кровавые лоскуты кожи. На миг сверкает белизной кость, скрываясь в потоках крови.
Мне плевать.
В боевом исступлении боль ощущается, как всплеск энергии, толкающий меня вперёд.
Хватаюсь за края раны, разорванной многочисленным ударами. В чужой утробе уже виднеются внутренние исколотые органы.
Зубастая пасть почти смыкается на моём лице, но отлетает от мощно зуботычина. Кастет сминает хитин. Жвало лишь царапает щёку.
«Не мешай!» — хочу заорать я, но из глотки вырывается лишь нечленораздельный рёв.
Пальцы цепко сжимают плоть и рвут. Рвут изо всех сил, как гнилое тряпьё. Массивная туша парализована болью. Под мясо скрывается подобие грудной клетки из хитина, а за ним возле сердца блестит духовное ядро. К нему тянутся зеленоватые жгуты сосудов. Хватаюсь за него, заставляя тварь зареветь, и…
Меня сносит хвостом, а Гу, не в силах справится с корнем, отрывает собственную конечность. Нет. Бежать ублюдочная многоножка не намерена. Она мчит ко мне. Уже не так шустро, но его скорости хватает, чтобы впечатать меня в ствол. Я двигаюсь гораздо медленнее и просто не успеваю увернуться.
В этот раз зубы со скрежетом проходятся по окаменевшей коже, лишь царапая её. От удара о дерево на миг прояснилось сознание, позволив использовать защитную технику.
Так же быстро, как просветлело, сознание вновь затуманивается. Я рву тело врага, и больше ничего не имеет значения.
Хлёстким ударом ломаю второе жвало. Следующий заставляет гроздь глаз лопнуть и отбрасывает существо назад. Оно корчится, силясь подняться на своих многочисленных лапах.
Силы из него… нет, нас обоих стремительно утекают, и я кидаюсь в последнюю атаку. Почувствовав беду, Гу пытается свернуться и обнимает меня.
В меня бьёт ещё одна кислотная струя, совсем тонкая, но и её хватает, чтобы сломить мою защитную технику. Крепче Камня опадает. Мелкие лезвия задних лап режут мою поясницу и икры. Кровь выплёскивается в стороны, мешается с ядовитой слюной.
Боль от десятков уколов и порезов по всем телу, наконец, догоняет меня. Накрывает с головой. Ярость гаснет, но мои руки уже смыкаются на пульсирующем ядре. Рывком выдёргиваю его, обрывая связь с телом Гу.
И чудовищная туша мгновенно заваливается на бок, закручиваясь в кольцо, как дохлый жук. Судороги сокращающихся мышц. Неподвижность. Тишина.
Я роняю ядро, не в силах удержать его. Жгучая ядовитая жижа сочится из мутной сферы. Сознание бешено пляшет. Тело поверженного врага, то становится чётким, то превращается в зелёное месиво.
Где ключ от сада Кровавой Сакуры, демоны его раздери? Да и как он выглядит?
Талисман тянет меня куда-то в глубь тела гусеницы. Качаясь, ползу по земле и не сразу поднимаюсь на ноги. Кастеты с каждым ударом крошат мёртвый хитин, но сила слабеет. Уже почти падая, я проламываю броню и тут же руки погружаются внутрь склизкого мяса.
