– …чтобы его уничтожить, я дала тебе силу, некромант. Тут наши интересы совпадали, а ты вдобавок совершенно добровольно отправлялся в Чёрную башню.
– А потом ты послала преподобного Этлау, чтобы посмотреть, кто из нас двоих лучше подходит на роль Разрушителя?
Смешок. Сухой, тающий в бесконечности.
– Подумай ещё, некромант. Порою у тебя это получается очень забавно.
– Стой!
– Что тебе, Кэр? — в голосе прозвучало усталое раздражение.
– Не лги, призраки не устают. Мы ещё не закончили, Сущность. Останови свой флот, или…
– Это не мой флот, сколько можно повторять? Ты пропустил мимо ушей все мои рассуждения об идеальном стратеге?
– Останови его, или он весь будет уничтожен, — упрямо закончил Фесс.
– На сей раз тебе это едва ли удастся, некромант, – усмехнулась Сущность. – Здесь нет Атлики, погубившей Арвест. И нет Червя, позволившего победить защитникам Скавелла. Сегодня всё честно.
– У нас есть кое-кто ещё, – не сдержался Кэр. – Как насчёт преподобного отца Этлау?
– А ты попробуй! — издевательски посоветовала Тьма. – Попробуй, останови их!
– Можешь не сомневаться, — посулил Фесс. – Остановим. И… Здесь нет оживившей Червя Клары Хюммель.
– Не понимаю, – усмехнулась Сущность, – ты окончательно перешёл на сторону этих глупых попов? Ты, кого я спасала от них самих, кто сам пришёл в Чёрную башню! Опомнись, Фесс! Разве не мечтал ты, что Аркин будет разрушен? Разве не инквизиторы убили твоих друзей? Разве не они вытолкнули тебя из Арвеста, разве не они развязали вашу войну? Что тебе в них? Ты станешь спасать подобных отцу Марку, эгестскому инквизитору?
– Я стану спасать всех, кто сражается с тобой. Потому что даже Инквизиция – это меньшее зло, чем твоя трансформа.
– Трансформа? Надо же…
– Благодари Салладорца. Он, по-моему, страдает недержанием речи. За триста лет в каменном саркофаге, как я понимаю, он больше всего намучился от вынужденной немоты.
– Салладорец. Да, это серьёзно, – ехидно усмехнулась Сущность. – Как же, как же. Вдвоём мы, конечно же, непобедимы. Знал бы ты, некромант, сколько таких, как он, рвалось ко мне в союзники…
– Так и что же? Он-то идеально подходит на роль Разрушителя!
– Если бы ты как следует подумал, то понял бы, что он-то как раз совершенно не годится.
– Признаю свою тупость, – с яростью бросил Фесс. – Готов выслушать и припасть к источнику твоей мудрости.
– Ты уже отказался от этого источника.
– Тогда почему же ты до сих пор говоришь со мной?
– Почему говорю?.. Гм… хороший вопрос. Пожалуй, потому, что ты меня забавляешь. Я, видишь ли, бессмертна… почти. А самое страшное в моём положении – скука.
– Я бы, пожалуй, посоветовал тебе, чем заняться…
– Мне предлагается оскорбиться? – кажется, Сущность искренне развеселилась.
– Почему бы и нет ? Ты звучишь совершенно как человек.
– Никогда не имела ничего общего с людьми!
– Неправда. Ты говоришь о себе в женском роде. Значит, с кем-то себя сопоставляешь, причисляешь к кому-то. В данном случае – к женщинам.
– Х-ха. Тебе удалось насмешить меня, Неясыть. Прости, но я вынуждена удалиться. Моя окончательная победа нуждается в кое-каких последних усилиях.
– Успеха желать не стану, — отрывисто бросил Фесс.
– Я и не рассчитывала, – донеслось до него напоследок, прежде чем жуткая тень соизволила наконец исчезнуть.
– Эй, некромант! Некромант! – ворвался в сознание режуще-громкий голос. Фесса трясли за плечо – тот самый воин с чёрным ятаганом. – Очнись, Неясыть! Что с тобой? Словно говоришь с кем-то!
Фесс встряхнул плечами, протёр глаза. Морок уходил, наваливались тошнота и слабость.
«Ну конечно же, Сущность лжёт. Это её главное оружие, в нашем мире она пока ещё бессильна. Ничего она не планировала, не подстраивала. Конечно, про ключ могла подслушать… потому что иначе зачем медлила столько времени?.. С такой силищей давно могла бы захватить Аркин…»
Пророчества исполнялись. Ему, Фессу, предстояло до последней капли крови защищать Святой город. Потому что, конечно, этот самый ключ ни при каких обстоятельствах не мог попасть в цепкие лапы Империи Клешней. А ещё…
Он боялся признаться себе в этом, гнал, как мог, неотвязную мысль: там, в глубоком подземелье – три тела. Гном, орк и полуэльфийка. Скорее всего, конечно, мёртвые. Но…
…так трудно произнести эти слова. Так трудно в них поверить. Однако уж если поверишь, то потом это не покинет тебя ни за что и никогда.
А это значит, что Аркин должен выстоять. По крайней мере, его кафедральный собор и катакомбы под ним. – Я в порядке. – Фесс стряхнул наконец руку бреннерца.
– Тогда погляди сюда, если «в порядке»! – Тот сплюнул некроманту под ноги.
Галеры продвигались вперёд, словно скопище гигантских навозных жуков, мерно взмахивая лопаточками вёсел. Оставляющие искристые следы в тёмном небе, с носовых палуб то и дело срывались ядра. В припортовых кварталах возникло множество пожаров, огонь грозил полностью перерезать путь в глубь города, но командующего чёрно-зелёной армадой это, похоже, ничуть не смущало.
Флотилии Клешней отвечало лишь несколько баллист, стоявших внутри немногочисленных крытых железом башен. Галеры не обращали на это никакого внимания.
– Ты убедился, Неясыть? – спокойно проговорил архипрелат за спиной некроманта. – Что ты можешь тут сделать? Что здесь можем сделать мы все? Ждать их высадки? К тому времени они зальют огнём весь порт.
– Надо отступать, Ваше святейшество, – тотчас раздались голоса из свиты.
– Нет! – Ладонь Фесса резко рубанула воздух. – Ваши преподобия, мастера Святой магии – ко мне!
Монахи вопросительно воззрились на первосвященника. Тот поколебался, но потом всё-таки кивнул – как показалось некроманту, с изрядной досадой. Понтифик уже считал бой проигранным, а сам Аркин – потерянным.
– Преподобные отцы. – Фесс в упор взглянул на монахов. Большинство опустили глаза. – Обучаясь в Ордосе, я немало слышал о возможностях Святой магии. Это не огненные шары, не молнии, не ураганы и не океанские валы, не стихийное чародейство. Возможно, сейчас они бы тоже не помешали, но…
– Ты хочешь увидеть это, некромант? – с вызовом упёр руки в бока один из монахов. Он среди немногих выдержал взгляд Кэра Лаэды. – Что ж, смотри. Я уже сейчас могу предсказать, что мы тут увидим. Что нам их не достать!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
