Читаем без скачивания Краткий курс магического права - Анна Орлова

— Думаю, проблем не возникнет. Нигде же не сказано, что собственником должен быть только человек! Понимаете, в столице Альвии бывают и волкодлаки, и кентавры, и много кто еще. Так что законодательство не требует антропоморфного облика для получения гражданских прав.

— Тем лучше. — Лицо Ариопы просветлело, а я смутилась.

— Ой, извините, можно вас на пару слов? — спросила я…

— Куда мы теперь? — спросил Поль, когда мы наконец вырвались от гостеприимного барона Пибоди.

Барон заверил, что немедленно пошлет за милицией и готов подробнейшим образом рассказать обо всем произошедшем.

— Ну, в замок я ехать не хочу, — призналась я и передернулась, представив, как снова сижу за одним столом с Мари. — О! Может, навестим Раффи? Надеюсь, ей удалось расколдовать Марко.

— Как скажешь, — покладисто согласился Поль. Потом вдруг взял меня за руку и поднес к губам. — Аля, спасибо тебе. Без тебя я бы не справился.

— Пожалуйста! — почти прошептала я.

От легонького касания его горячих губ по спине пробежала дрожь. Я залилась краской, а рыцарь улыбнулся.

Когда после долгого взгляда глаза в глаза он выпустил мою руку, я испытала странное разочарование…

На стук ведьма открыла далеко не сразу.

— А? Что случилось? — довольно неприветливо осведомилась Раффи, рукой прикрывая глаза от света заходящего солнца. Выглядела она сонной и всклокоченной.

Поль отчего-то хмыкнул.

— Мы нашли Жана! — радостно выпалила я. — Но расколдовать его получилось только наполовину. Ну, то есть он жеребец, но говорящий!

— Говорящий жеребец? — переспросила ведьма с иронией. — Оригинально.

— А вам удалось? — жадно спросила я. — Ну, вернуть Марко человеческий облик?

— Удалось! — улыбнулась она и наконец отступила в сторону. — Проходите, раз так.

А я только теперь заметила красноречивые следы на ее шее…

Марко в одних штанах развалился на лежанке за трогательной ситцевой занавеской.

При виде нас он гибко поднялся.

— Вы нашли Жана?! — в голосе его звучала отчаянная надежда, глаза сверкали, а поперек груди красовались свежие царапины.

— Да! — подтвердила я, отводя взгляд. — Только… В общем…

— Садитесь и рассказывайте! — велела ведьма, кивая на лавку у стола..

Говорила опять я, хотя на этот раз это заняло не так много времени.

Слушали все молча.

— Вот оно как, — когда я закончила, протянул Марко, хмуря брови. — Раффи, Жану правда ничем помочь нельзя?

— Нет, — с сожалением покачала головой она. — Извини, но тут вряд ли кто справится. Слишком много времени прошло.

— Если бы я раньше сообразил! — простонал Марко, обхватив голову руками. — Я должен был догадаться! Если бы…

— Хватит предаваться самобичеванию! — Голос Поля звучал жестко. — Это бессмысленно. Лучше подумать, что делать теперь.

— А что делать? — удивилась Раффи, незаметно (как она думала) поглаживая Марко по спине. — Марко расколдован, барон Жан… почти.

— Нужно же уличить Мари! — запальчиво напомнила я. — Она должна понести наказание!

— А милиция на что? — рассудительно заметила ведьма. — Это их дело.

— Раффи, ты чего?! — горячо воскликнул Марко, хватая ведьму за плечо. — Она ото всего отопрется!

— Против Мари прямых улик нет, — признала я неохотно. — Разве что… ну, может, Жан что-то сможет рассказать следователю. Но все равно — ее слово против его.

— Аля, ты сама говорила, что Мари забрала Жана из охотничьего домика, — напомнил Поль, — и продала его барону Пибоди.

— Это не преступление, — вздохнула я. — Понимаешь, все сходится на Мари. Но вряд ли она колдовала над бутылкой прямо при Жане или сама отдала ее ему в руки. Это все недоказуемо.

— Так что же делать?! — Марко вскочил и заметался по комнате. Запустил пальцы в смоляную шевелюру. — Нельзя же все так оставить!

Ведьма молча следила за ним.

— Марко, сядь! — наконец не выдержала она и повернулась ко мне. — Есть у меня одна идея. Но тебе она не понравится…

Замок Рювенталей встретил нас как ни в чем не бывало. На заднем дворе надрывался петух, лаяли псы, издали раздавался заливистый детский смех, и звучали негромкие аккорды фортепиано.

— Будьте любезны, сопроводите нас к госпоже Мари, — приказал неулыбчивый Поль дворецкому.

— Как прикажете, господин! — Слуга поклонился. — Прошу следовать за мной.

Он проводил нас в музыкальную гостиную, из-за двери которой лились звуки пианино и детский смех.

— Добрый вечер! — громко произнес рыцарь, остановившись на пороге.

— Добрый, — откликнулся Ансельм, удивленно глядя на нашу компанию.

За нашими с Полем спинами рука об руку стояли Раффи и Марко.

Старик Ранд молча отсалютовал нам кружкой, няня Винсента, скромно стоящая в углу, сделала книксен.

Мари продолжила музицировать, а маленький Винсент хлопал ладошками в такт.

Сценка была удивительно домашней, уютной… Даже жаль, что нам пришлось ее прервать.

— Мари, мы нашли Жана! — сказала я прямо.

Ее спина под плотной тканью платья напряглась, а музыка оборвалась фальшивой нотой.

— Простите, что вы сказали? — не оборачиваясь, прошелестела она.

— Мы нашли Жана! — четко повторила я. — И расколдовали… — Ну, положим, не до конца, однако ей знать об этом ни к чему. — Так что ваша игра закончилась, Мари!

— Не понимаю, о чем вы говорите, — произнесла она спокойно и наконец обернулась. Желтоватый оттенок кожи придавал ей нездоровый вид.

Ребенок, сунув палец в рот, с любопытством глазел на нас.

— Понимаете! — возразила я. — Это был отличный план, Мари! Очень продуманный и почти безупречный. Просто так получилось, что Марко по ошибке допил то зелье, которое предназначалось Жану. И превратился в жеребца, что может засвидетельствовать и он сам, и ведьма Раффи. Если бы не эта нелепая случайность, то никому бы и в голову не пришло, что вы превратили Жана в коня!

— Какого коня?! — вмешался Ансельм. — Что вы несете?!

— Ансельм, помолчи, — негромко попросил Поль и благодарно кивнул, когда тот заткнулся.

— Вы же понимаете, Мари, что теперь вы обречены, — продолжила я. — Думаю, если поискать, то найдется та книжка, по которой вы колдовали. Вряд ли вы такое сами сочинили, ведь правда? Да и барон Пибоди все подтвердит.

— Понятия не имею, о чем вы! — произнесла она сухо и встала. Надо признать, владела собой Мари просто великолепно. — Винсент, немедленно вынь палец изо рта. Адела, заберите молодого господина в детскую.

— Слушаюсь. — Нянька подхватила заоравшего ребенка на руки.

— Хороший мальчик, — сказала за моей спиной Раффи и сделала Винсенту козу.

Он засмеялся, мгновенно забыв о слезах.

— Винсент, — начала Мари резко, но ведьма ее перебила.

— Очень хороший мальчик, — повторила она опасно мягким тоном. Выступила вперед, усмехнулась, произнесла доверительно: — А вы знаете, госпожа, что снятое заклятие может вернуться к тому, кто его наложил?

И склонила голову к плечу.

— А я могу сделать так, чтобы оно пало не на самого заклинателя, а на его плоть от плоти… Вы понимаете меня, госпожа? У вас такой милый сын…

— Что?! — глухо произнесла Мари. — Ты смеешь мне угрожать?!

— Не вам, — отмахнулась Раффи, и черные волосы змеями зашевелились вокруг головы. — Не вам, госпожа, а тому, кто наложил заклятие на барона Жана. Если вы утверждаете, что ни при чем, то вам это не опасно, правда?

Голос ведьмы словно сочился медом. И только в прищуре глаз можно было разглядеть гнев.

Мари издала странный булькающий звук и схватилась за горло.

— Не смей его трогать! Слышишь, ты, ведьма?!

— Мари, что… — вмешался Ансельм.

— Заткнись! — окрысилась на него Мари.

— Я не трону твоего сына, если ты признаешься, — пообещала Раффи, глядя прямо ей в глаза. Отчего-то она перешла на «ты». — Если ты расскажешь, как все было.

Несколько долгих мгновений Мари глядела на нее, сцепив зубы.

Потом присела на стул у фортепиано и разгладила складки юбки.

— Я ни о чем не жалею, — произнесла Мари спокойно. — Да, я превратила Жана в жеребца. Согласитесь, это обличье всецело соответствует его натуре.

Настоящая леди, как в романах: идеально прямая спина, высоко поднятый подбородок, прическа волосок к волоску.

И потому дико было слышать, как эта леди признается в запрещенном колдовстве.

— Зачем? — только и спросил Поль, а Ансельм со стоном обхватил голову руками. Но на него никто не смотрел, и Ансельм затих, кусая губы и глядя в пол.

— Зачем?! — переспросила она, и вот теперь из-за маски спокойствия прорвались ее истинные чувства. Не ласковая кошечка сидела в этой продуваемой всеми ветрами гостиной, а яростная тигрица. И слова полились потоком с ее тонких бледных губ: — Вы еще спрашиваете?! Когда я выходила за Ансельма, Жан считался пропавшим без вести. А когда родился Винсент, Жан снова объявился. Видите ли, все это время был в плену у диких кочевников! И мой сын из наследника замка и баронства стал всего лишь безземельным сыном второго сына!