Канцлер вам это позволил…
— Мы обязаны были вас найти, командир, — невозмутимо сказал Элкон. — Пока имеется хоть ничтожный шанс.
— Сопляки… — сказал он сквозь зубы. — Щенята самонадеянные… Да как вы…
Томи сделала шаг вперед. Ее очаровательное личико выглядело невозмутимым, абсолютно нераскаянным, глаза сияли.
— Командир… — сказала она негромко. — Вы же сами нас учили, что мы — гвардия. Мундир, честь и долг… Не станете же вы уверять, будто все это была игра?
И уставилась испытующе, лукаво, чертовка… Сварог потерянно молчал. «Выучил на свою голову, — покаянно подумал он. — Мундир, долг и честь. Неизвестные здесь прежде песни, которых они от него наслушались. Помни, друг мой юный, позабыв про страх — о себе не думай, думай о друзьях…»
— Да вы хоть понимали, что может… — выговорил он, уже ничего не чувствуя, кроме тоскливого опустошения.
— Понимали. Но мы — гвардия, — отрезала Томи, стоя навытяжку.
Сварог смотрел на них с вялым изумлением. Элкон, Томи… маркиз Шамон, белобрысый увалень, светлая головушка… Канилла, графиня Дегро — красотка растет, а также великолепный специалист по поисковым системам… Юнцы и девчонки, выросшие в роскоши, какую только способен обеспечить здешний мир… Да как же мне удалось за неполных полгода воспитать из них стойких оловянных солдатиков? Конечно, они по молодости лет бесшабашно относятся к смерти, но достаточно взрослые, чтобы понимать, что такое опасность… И ведь все девять здесь, чертенята… Чудес не бывает. Значит, в них уже было заложено нечто, в столь жуткий момент сделавшее их гвардией. Умеет Яна подбирать друзей…
Элкон невозмутимо сказал:
— Вообще-то мы не нарушили ни устава, ни каких бы то ни было писаных законов. Операция «Журавлиный клин» проходила без всякого документального обеспечения, основываясь исключительно на устных распоряжениях Канцлера. Девятый стол не получал официального приказа о передислокации, как и Восьмой департамент. Точно так же я не получал приказа от командира Яшмовых Мушкетеров. Ни малейшего нарушения…
— Законники… — проворчал Сварог уже беззлобно. — Как вас только не хватились, обормотов?
Томи загадочно улыбнулась:
— А почему они должны были нас хватиться? Мы все в данный момент пребываем в здании девятого стола, как ни в чем не бывало, мы общаемся по видео с внешним миром, и ни у кого пока что не возникло и тени подозрения… Ну, по крайней мере до тех пор, пока кто-то наподобие Канцлера, которому ничем глаза не отведешь, не заявится лично… Но теперь это уже не имеет значения, верно?
— Лиса… — сказал Сварог. — «Стеклянная тень» или «синий морок»?
— «Тень», — сказала Томи. — Так надежнее. Ротгар у нас мастер «стеклянной тени»…
— Вольно, — так и не улыбнувшись, сказал Сварог.
Безукоризненный строй дрогнул, теперь они откровенно оглядывались на равнину с совершенно детским любопытством.
— Командир, а можно… — произнес Элкон уже совершенно другим голосом, ничуть не похожий сейчас на бравого гвардейца. Сгоравший от нешуточного любопытства мальчишка…
— Идите посмотрите, — кивнул Сварог. — Только ни к чему не прикасаться, ясно?
Они едва ли не бегом кинулись к Багряной Звезде, только Томи задержалась и, глядя на Сварога преданно, обещающе, завороженно, выпалила:
— Командир, вы герой. Проделать такое в одиночку…
И заспешила следом за остальными.
— В точку, — сказала Мара без тени насмешки. — Такого я даже от тебя не ожидала, а уж я-то знаю, на что ты способен, насмотрелась… Ты человек скромный, но уж не обессудь, я тебе в Сегуре памятник поставлю. Серьезно.
— Не вздумай, — ответил он без улыбки. — Разнесу к чертовой матери, слово короля… Иди к ним, пусть кто-нибудь свяжется с Сильваной, нужно же сообщить, что все кончилось и бояться больше нечего. Марш!
У него перехватило горло, и он, содрогаясь от переполнявшей горечи и стыда, отвернулся, чтобы никто не видел его лица. Отнюдь не подобающего славному герою, даже чрезвычайно скромному.
7. Слепые солдаты
И было, что наутро они снова выступили в бой; и был велик и страшен тот день; все же они остались без победы.
Книга Мормона, Ефер, 15,17
Авторы стихов, приведенных в романе: Александр Величанский, Ольгерд Довмонт, Хорхе Манрике.
В пышных церемониальных встречах идет парадная жизнь Сварога, поочередно выступавшего в роли аж семи королей и одного великого герцога. Венценосные особы безмятежно съезжаются в резиденцию Виглафского Ковенанта — величественный замок, сейчас самое безопасное место на всем Таларе. Все вульгарные пикантности и пороки — измены, ревность, насилие и обман… — скрыты за ставнями королевских покоев. Где-то там зреет заговор, а в ответ ему — праведная месть! Пусть легкий ветерок лениво колышет многочисленные флаги, гордо реющие над королевскими резиденциями. Но, рассвирепев над морями и океанами, он запросто может превратиться в огненный шквал. Который сорвет белый флаг с черным солнцем на башнях острова Дике.
Глава I
Королевские будни
Широкий подвал тянулся, вероятнее всего, не менее чем на лигу — и тройной ряд синевато-белых ламп, уходя вдаль, понемногу сливался в одну линию, а линия превращалась в ниточку, в паутинку, конца которой от ступенек разглядеть никак не удавалось. Уж в этом случае покойный Фаларен мелочности не проявил и свой жуткий зверинец отгрохал с нешуточным размахом. Так, что Сварог все еще не мог отойти от изумления. Грандиозное оказалось сооружение. Поневоле впечатляло.
Он неторопливо шагал, заложив руки за спину, медленно поворачивая голову вправо-влево. У его правой ноги, неотступно сопровождая с навыком опытного придворного, вальяжно выступал Золотой Кот, еще одно неожиданное приобретение. Создание это и в самом деле как две кали воды походило на здоровенного откормленного кота, в золотых кудряшках шерсти, с толстым пушистым хвостом и немигающими желтыми глазами с вертикальным, как полагается, зрачком. Еще один механизм, по какому-то королевскому капризу выполненный из золота, по крайней мере, снаружи. Все копии живых существ при королевском дворе покрыты натуральнейшим золотом — ну а что у них внутри, Сварог и не собирался выяснять. Чересчур уж детским поступком было бы разбирать кого-нибудь из безмозглых болванов-лакеев, чтобы только узнать, что у них внутри.
Правда, Золотой Кот к безмозглым никак не относился, наоборот. Изъяснялся грамотнейше, лексикон у него был богатый, искусственный интеллект поразительный, и, если не поворачиваться к нему, не видеть, оставалось полное впечатление, что беседуешь с умным и эрудированным человеком.
У покойного короля он выполнял примерно те же функции, что Интагар у Сварога — начальник тайной полиции да вдобавок совмещавший функции полудюжины земных министров (что, впрочем, вряд ли
