был тот самый силач в камуфляже, который метнул в дверь нож и сказал «помэрэщилос».
– А почему он Василич? – спросила Рина.
– Потому что Василич… Ну-ка откройте купе! Разбираться будем!.. Хитро тип этот придумал: нашим не сунуться – вы палить начнете, а он рюкзачок забрал – и ноги… Хорошо я подстраховался, отдельно от ребят караулил. Стою себе в проходе, гляжу в окно. Двинул ему по затылку, когда он мимо проходил, и все дела.
Косолапый сгрузил оборотня на нижнюю полку и стал тереть ему уши. Оборотень слабо застонал, приходя в себя. Разговор у вендов с ним вышел коротким.
– Тебя Тилль подослал?
Оборотень с ненавистью замычал.
– Значит, не Тилль? Белдо? Или сам для себя решил украсть? А, один пес, не важно! – дружелюбно прогудел Антон, пока здоровяк Слава занимался тем, что с мясом выдирал окно.
– Я так считаю, – продолжал Антон. – Если хочешь, чтобы окна в поездах не ломали, сделай так, чтобы они легко открывались…
Рама хрустнула.
– Готово! – сообщил Слава, замирая с ней в руках.
– Отлично! – похвалил Антон. – Василич, помоги мне! Наш друг выходит подышать!
Вдвоем они резво подхватили сопротивляющегося оборотня и потащили к окну. Разогнавшийся поезд с грохотом проносился по высокой насыпи.
– Что вы делаете?! Он разобьется! – крикнула Фреда.
– Навряд ли, – успокоил Антон, и отпущенный оборотень жабой полетел в окно.
Еще в полете он ухитрился, свернувшись и схватив себя руками за ступни ног, превратиться в тракторную покрышку. Покрышка ударилась сперва боком, а потом, подскочив, запрыгала по насыпи. Врезалась в дерево, еще раз подпрыгнула, закружилась и спокойно улеглась. Поезд пронесся.
– Ну вот и готово! Ссади зайца – помоги кондуктору! – сказал Антон.
– Вы его прикончили, – мрачно сказала Фреда.
– Это каким, интересно, образом? Тем, что сбросили, что ль? Ему это как почесаться. Покрышки не разбиваются! Зато… – тут Антон ухмыльнулся, очень собой довольный, – и обратно он не сможет превратиться, пока его другой маг не найдет. А искать будут не скоро.
Фреда недоверчиво оглянулась на окно:
– Почему?
– Не понимаешь? Ну он же теперь покрышка! А откуда у покрышки мозгам взяться? Хоть на трактор ставь и поезжай… Потому мы его и выкинули поскорее, чтобы у него меньше времени было соображать, во что превращаться.
Сашке было досадно, что оборотень так просто обвел их вокруг пальца.
– Как он вообще так сразу вычислил, что Алиса не с нами?
– Здрасьте! Так сразу! Да он тут в виде бабульки от туалета к туалету два часа шмыгал! Повсюду нос совал, высматривал! – хмыкнул венд.
– Он шмыгал? Бабулька с полотенцем – он?! – ахнул Сашка.
– Скажи еще спасибо, что тебя отравленной иглой не ткнул… Видно, запрет был вас трогать, – задумчиво протянул Антон и вдруг нахмурился.
Ему было бы понятнее, если бы Сашку все же ткнули иглой. Жалко, конечно, но все же как-то надежнее. Можно было бы за него мстить, со сжатыми кулаками стоять над телом товарища и обещать плоскогубцами вытащить из его врага все нервы.
Рина потянулась за рюкзаком, однако венд, предостерегающе цокнув языком, отвел ее руку.
– А вот этого не надо, девушка! – сказал он.
– Чего «не надо»?
– Трогать рюкзак не надо! Мы забираем его с собой!
– Это мой рюкзак! – удивленно сказала Рина.
Антон сочувствующе цокнул языком:
– Да, но оборотня твой рюкзак почему-то заинтересовал. Значит, он пригодится и нам. Может, сама расскажешь, что внутри?
– Там мой ноутбук!
– Прекрасно! В нашей лаборатории выяснят, что в твоем ноутбуке заинтересовало ведьмарей. Значит, и для нас это представляет ценность. Не просто же так поезд набит растворенными.
При одной мысли, что в ее файлах будут копаться венды, Рину передернуло. Захотелось кошкой прыгнуть на Антона и расцарапать ему нос. Тот как-то угадал ее желание.
– Без глупостей! С женщинами я не дерусь! Просто отрываю им руки и сажаю на шкаф! – предупредил он.
– Хорошо, – сдалась Рина. – Им нужен не ноутбук. Им нужен цветок, который соединяет миры.
– Закладка? – быстро спросил Антон.
– Больше чем закладка!
Сашка незаметно толкнул Рину ногой, но было уже поздно. Венд, ставший вдруг очень серьезным, присел на корточки и стал потрошить рюкзак, бесцеремонно вытряхнув все его содержимое на пол.
– Это мои вещи! – крикнула Рина.
– И прекрасно. Твоими и будут. Я забираю камень!
– Зачем?
– Мы его уничтожим, – просто сообщил венд.
Рина даже ужаснуться не сумела, так просто это было сказано.
– Уничтожите единственную закладку, соединяющую миры? – переспросила она, не веря своим ушам.
– Да, – подтвердил Антон. – Именно так.
– Артефакт?
– Тем более что артефакт!
– Второй принцип Женьки Шмяки, – глухо сказал Сашка.
– Да, – подтвердил Антон. – Первый принцип: «заклинание летит две секунды, сглаз – три секунды, а кулак – три удара в секунду». И второй: «Магия – зло, а зло всегда уничтожают».
Камень с цветком выкатился из рюкзака последним. Антон перевернул его, посмотрел на цветок и хмыкнул, соображая, как за него взяться. Попытался выбрать пальцами, но пальцы прошли насквозь.
– Ишь, хитро держится, собака! Значит, надо камешком заняться! – сказал он и поднялся, собираясь раздавить камень каблуком.
Рина застонала, сообразив, что, спасая ноутбук со своими писульками, погубила единственную надежду ШНыра. Как же она могла забыть, что венды не союзники шныров? Они враги ведьмарей, но и шнырам не друзья.
– Сашка! – крикнула Рина. – Сделай что-нибудь!
Сашка вскинул руку со шнеппером, однако вендов этим не испугал. Разве что Антон замер с ногой, занесенной в воздухе, так и не опустив каблук на камень.
– Не лезь с пукалкой, малый… зубы вышибу! – с угрозой выдохнул Василич. Слово «зубы» в его исполнении звучало как «дзюбы».
Сашка, вздохнув, опустил шнеппер и приготовился врубить Василичу в челюсть, хотя осознавал, что шансов у него мало. Василич, казалось, прекрасно понимал, что сейчас будет. Мятое в драках лицо венда выразило предвкушение и дикую, нетерпеливую радость. Точно целая толпа демонов собралась за дверями в ожидании, пока сердитый старичок, вооруженный газовым баллончиком, откроет дверь.
– Привет! А вы тут откуда взялись? – вдруг радостно сказала Лара, созерцая нечто, происходящее у вендов за спинами. Василич недоверчиво осклабился, как человек, которого не купишь такими простыми разводками.
– Вы что, с нами ехали? – продолжала Лара столь же просто.
Василич подумал и все же обернулся. В следующий миг он уже прилип к потолку. Глаза у него выпучились. Пытаясь плыть по воздуху, он барахтался руками и ногами. Секунду спустя за Василичем последовал Антон. Его взметнуло в воздух точно мелкую рыбешку, когда ребенок слишком сильно дернет удочку.
Слава успел пробежать несколько шагов. Вслед ему со свистом пронесся маленький пучок из десятка пушинок одуванчика, одной тополиной и старой сосновой иголки, достаточно длинной и острой, потому что
