не хранить секретов от «своих»? — спросила ведьма, на несколько секунд закрыв глаза и помассировав веки левой рукой. Либо сказывалась усталость от непривычного способа обмена информацией, либо она пыталась внимательнее рассмотреть чужое воспоминание, воспользовавшись паузой в разговоре. — Иначе там была бы и МакГонагалл вместе с остальными. С другой стороны, ей он мог рассказать и наедине.
— Любому из них он мог рассказать наедине. Думаю, МакГонагалл директор доверяет полностью. Остальным — нет.
— Наверняка это проверка, — поделилась ведьма выводом, который уже сделала во время того разговора. — Если профессор Дамблдор до сих пор не знает, кто сражался с инферналами и кто напал на убежище Беллатрикс, он мог собрать всех подозреваемых вместе и выдать им «секретную» информацию. А потом посмотреть, что из этого получится. Может быть, никакой чаши в банке и вовсе нет.
— Либо чаша на месте действительно есть, а он таким способом давал подсказку тем, кто может ею заинтересоваться. Мы с ним общались несколько раз, но у меня создалось впечатление, что директор не любит врать напрямую. Но очень хорошо умеет недоговаривать и уходить от ответов. Но в пересказе сложно оценить все нюансы, что и как он сказал дословно. В данном случае, видимо, он подозревает даже Снейпа и Аластора в двойной игре.
— А может, позвал их для достоверности, чтобы на самом деле проконтролировать Гарри, Тонкс и профессора Блэка.
— Или так. Он мог ставить перед собой несколько целей одновременно. Но если мы не будем ничего предпринимать, то и результат всех его проверок окажется нулевым. Если только Снейп не попытается добраться до крестража самостоятельно. Он похож на человека, который мог бы это сделать, найдись у него веские причины, — поделился маг своим мнением.
— А мы не будем ничего предпринимать? — переспросила Грейнджер с недоверием.
— На данный момент слишком много неясных моментов. В целом, есть два варианта. Мы могли бы действовать открыто — я сам, либо через Блэка, выхожу на связь с директором и сообщаю о ритуале, который может уничтожить все крестражи одновременно. После чего он пытается добиться разрешения от гоблинов всеми легальными средствами. Но у нас нет гарантий, что чаша там вообще должна находиться, что даже глава правительства в обозримом будущем получит к сейфам легальный доступ, что крестраж за это время не забрали. А я ради этого рискую всем.
— И если на этот раз что-то в последний момент опять сорвётся, к нам будет очень много вопросов, на которые не хочется давать ответы… — добавила Грейнджер, согласно ему кивнув. — Однако можно действовать и так, как раньше. Самим.
— Можно. Но тогда придётся пробираться даже не в чужую мастерскую. Это мы уже делали, — Кайнетт задумался, вспоминая впечатления от своих визитов в банк. — А тут скорее речь идёт о полноценном логове… магических существ. Со всеми соответствующими экзотическими барьерами и ловушками для незваных гостей.
— Только есть и ещё один момент. Две атаки на банк за полгода, — напомнила ведьма. — Выглядели они как отвлечение внимания, всего лишь создание шума, но ведь и в Азкабан Сам-знаешь-кто не с первой попытки смог пробиться. И ещё то, что тебе рассказал Чарли о «прощупывании пути». Я не исключаю, что это был блеф или попытка оставить ложный след, но слишком уж много совпадений. Потому ничего не делать означает отдать инициативу Сам-знаешь-кому, и тогда успешное нападение — лишь вопрос времени.
— Ещё не так давно ты бы выступала за законные методы, — усмехнувшись, оценил маг.
— Не так давно за мной не числилось столько нарушений закона, — тем же тоном отозвалась Грейнджер. — А министром магии не являлся бывший Пожиратель смерти.
— Директор сотрудничает с ним.
— У них просто совпали интересы на время. Иначе бы он вас не отправлял на каникулах обходить магглорождённых, чтобы испортить Малфою все расчёты. Да и своего тот в любом случае не упустит, а последнее, чего я хочу — чтобы моя жизнь и свобода зависели только от доброй воли и хорошего настроения папаши Драко.
— Всё ещё хочешь сделать всё сама? Тяжесть мира пока не давит на плечи? Но проникнуть к гоблинам скрытно шансов почти нет, а прорываться с боем ты вряд ли согласишься. Или оно того стоит? — поинтересовался он.
— Я всё ещё надеюсь, что удастся найти путь, который устроит всех, — ответила ведьма задумчиво. Потом перешла к конкретике: — Штурмовать их банк только потому что они держатся за законы и свои тайны? Пробиваться через охрану с риском, что кто-то может погибнуть? Из самих гоблинов, просто из людей, оказавшихся не в том месте… Чем мы тогда будем отличаться от Пожирателей? Скорее какая-нибудь ведьма попытается уже мне пробить горло куском льда, и это будет совершенно справедливо.
— А если это наш единственный шанс на победу?
— Значит, мы где-то очень сильно просчитались, если у нас остался всего один шанс, — отрезала ведьма, не желая играть словами. — Всегда можно найти какой-нибудь путь, изменить подход, перебрать разные варианты. Даже в нашем случае вовсе не обязательно ломиться в Гринготтс через главный вход со стрельбой и взрывами… Гарри, профессор Блэк и профессор Слагхорн могут на вполне законных основаниях пройти внутрь, спуститься на нижние этажи и, как я полагаю, взять кого-нибудь с собой. А по пути всегда можно «заблудиться» ненадолго, не там свернуть, «забыть дорогу» и выйти не к тому сейфу.
— А потом объяснять гоблинам, что у тебя «случайно» оказался при себе небесный фантазм, которым удалось разрушить защиту сейфа одного из старинных семейств… — закончил за неё Кайнетт.
— Кстати, ты уже раньше упоминал этот термин, но я не встречала его в книгах, — вдруг переключила она внимание. — Что он означает?
— Физическое воплощение легенды или мифа — оружие и доспехи великих героев, их уникальные способности или свойства, какие-то особенные приёмы и заклинания, — дал маг самое простое объяснение. — Поскольку они являются символом, концентрирующим в себе веру людей, их возможности экстраординарны даже в сравнении с магическим оружием.
— Ну да, ты ведь так использовал копьё и даже меч Диармайда. Так, постой… — она выставила ладонь перед собой, будто пытаясь отгородиться от услышанного, помотала головой. — Хочешь сказать, что если поехать в Рокамадур и вытащить из скалы Дюрандаль, который там торчит, то этим мечом можно будет буквально разрубать валуны, как в легенде?
— Всё несколько сложнее. Большая часть фантазмов считаются утраченными, а те, что ещё хранятся где-то и не являются на самом деле копиями — без своих владельцев остаются всего лишь кусками железа, — Кайнетт не стал уточнять, что клинок из Окситании проверил в своё время одним из первых. От такой лёгкой возможности призвать
