(Уходит)
Лепорелло (подходит к гробнице и кланяется весьма почтительно)
Мой господин, преславный дон Жуан.Не обессудьте верного слугу;Я кое в чем, быть может, и виновен,Но каждый день за вашу честь молюсьИ — видит Бог — на свечи не скуплюсь.Покойтесь же без ропота в гробнице,Не омрачайте гневом сна живых,И пусть земля вам будет легким пухом.
(Входит донна Анна с цветами)
Донна Анна
Вы снова здесь? Я вам не помешаюСвоею скорбью?
Лепорелло
Вы ли, донна Анна,Сомненьями терзаете мне сердце?Вы, что его последнее дыханьеТак бережно и свято сохранилиИ чьей любви я был свидетель скромный…
Донна Анна
Ах, Лепорелло, не напоминайтеМне о счастливых, о минувших днях.С тех пор, как он навеки завернулсяВ свой черный плащ и руки сжал крестом —Одна печаль душе моей близка.И в сновиденьях радости бегу я.Что делать мне с веселыми мечтами?Немой тоске навек обречена,Вдова вдвойне — один лишь жребий знаю:Не жалуюсь, молчу и умираю.
(Возлагает на гробницу цветы)
Лепорелло
О, как печаль такая мне понятна!Недаром вам он сердце завещалИ после смерти верен оставался.Поверите ль? Тогда, в тот страшный час,Когда его, своим плащом укутав,Я, плача, нес на темный перекресток,Чтоб вашу честь спасти от подозрений, —Мне кажется, шептал он ваше имя.Быть может, то был бред воображенья,Но мне почудился знакомый голос.Он говорил: «запомни, Лепорелло,Я на тебя оставил донну Анну,Клянись ее до гроба защищать»…Сударыня, и я ему поклялся…
Донна Анна
Мой добрый друг, хранитель вдовьей скорби,Я вашу верность в сердце оценилаИ не стыжусь пред вами даже плакать…
(Плачет)
Лепорелло (растроганно)
О, ангельские слезы, донна Анна!Когда б я смел служить вам до могилы!
Донна Анна
Молчите, друг… Не здесь, не в этом храме…
(Уходят)
Дон Жуан
Последний луч на башне городскойКак погребальный факел пламенеетИ вот — погас. Спешит за горы солнце,В садах, где шелестит нагретый воздух,На слабый шум ленивого фонтанаПриходит ночь под вдовьим покрываломВздохнуть прохладой. В синей тишинеЗвучит гитары лепет приглушенный.В пустынной улочке влюбленный ворИль каверзный студент в дырявой шляпеНырнул в окно, распахнутое настежь,Как око вечности — Прощай, мой друг!И ты прощай, пустой сосуд, что мноюНаполнен был и пересох до дна.Всё кончено. Рассыпься, донна Анна!
(Стекло раскалывается и падает со звоном)
НОЧЬ
(Ночь. В кресле Пушкин. Входит Посетитель)
Посетитель
Прошу прощенья. В неурочный часЯ прихожу, но важная причинаМеня принудила к тому.
Пушкин
Пустое, —Все знают, ночь придумал часовщик,Но подмастерье переставил стрелки.Не спится мне. Присядьте. Снег и блескВ мой кабинет бессонницу загнали.Вы в экипаже?
Посетитель
Нет, пешком.
Пушкин
Вот славно, —Я думаю, Нева до дна промерзла.
Посетитель
Над Петербургом белый пар и мгла,Чугунные решетки расцвелиСверкающими розами. МостыЗвенят под каблуком, как струны. Скрип,Безлюдье, тишь. И только у Сената,На площади пустынной так же скачетВаш бронзовый гигант с лицом суровым.
Пушкин
Вы любите наш благородный город?
Посетитель
О, да. Когда-то, помню, он возникКак каменный цветок среди болот,Потом расширился и вырос. ЛесКолонн гранитных, исполинских шпилей,Ширь набережных, стройный бег проспектов, —Он повзрослел, наш городок болотный.
Пушкин
Вы помните его другим?
Посетитель
Я стар,Как этот плащ.
Пушкин
Забавное сравненье, —Оно мне нравится. И я люблю,К тому же, мод старинных отпечаток.Вот, например, хотя бы эта шляпа,Она к лицу вам. Рыжие поляЕще хранят неуловимый запахРомантики немецкой. Горный воздухНа щеки лег загаром полнокровнымИ каплями росы. Шальной студентКочует по дорогам ГейдельбергскимИ проповедует пивной поход.Пронизанный цветочной пылью ветерНе торопясь вращает флюгераНад готикой правительственных зданий,Где спит в подвалах рейнское вино.Счастливый мир устойчивых событий,Стремительный полет воздушных стрел,Гармония надежных перекрытий,Высоких истин и полезных дел.А мы глядим влюбленными глазамиВ большое небо северных пустынь,Как будто ищем в нем воспоминанийИль в тайные пророчества глядим.Мне грустно думать, что наступит день,Когда я этих улиц не увижу,Не растянусь под темными дубамиЛужаек царскосельских — Летний вечерНад озером, бывало, шелестелПрозрачной веткой — Дельвиг благосклонныйЧитал мои стихи — А ныне в гостиКо мне всё чаще забредает старость,Болтливая предвестница молчанья —Ну вот, извольте, — я договорился,И неспроста. Мне в третий раз приснилсяСегодня Ленский, мой поэт убитый,Давным-давно читателем забытый.Небось, вам скучно стало за двоих —Итак, давайте править корректуру, —Там Бенкендорф нашел какой-то стих,Царапнувший высокую цензуру.Приказ: убрать. Не мудрствовать. ЗаконПовыше разных штатских поучений.У нас и смерть приходит на поклонК чиновникам особых поручений —Так повелось, и музыка всё та же, —Священных рощ певучие стволы,Кастальский ключ, Зевесовы орлы, —Все под опеку полицейской стражи!Такой концерт —
(Ударяет по клавишам фортепиано и извлекает фальшивый аккорд)
Посетитель
Ужасный диссонанс!Так резать ухо может только гений.Но, впрочем, в это столкновенье звуковВошла одна пронзительная нота,До странности знакомая. Позвольте,Я повторю ее. Один лишь звук, —Прислушайтесь. Не правда ль? Вот он дрогнул,Пропел, вибрируя, затих и умер.Но слушайте. Сожмите крепче векиИ слушайте. Ага, он возвратился,За ним другой. Виолончель и флейта,Теперь орган. Пылающие звездыВздымаются в эфире возмущенном,Здесь голос бурь и эхо без конца,Глубокий трепет скрипки совершенной,И, может быть, планеты — лишь сердца,Запевшие симфонию вселенной.Молчанья нет. Есть пауза смычка,Ритмическое замедленье звука,Немой порыв божественного ГлюкаИль Моцарта уставшая рука.
Пушкин
Я слушаю и смутно вспоминаю, —Такой же плащ и хриповатый голос —Мы, кажется, уже встречались где-то,Тому назад лет десять. Но тогдаВы были старше иль верней — моложе —Был поздний вечер. Вы вошли без стука,Как близкий друг, уставший от разлуки,С каким-то свертком типографским. ЯНе мог, однако, вспомнить ваше имяВ необычайном возбужденьи. НочьТекла, текла, и мы разговорились.Я слушал вас внимательно. И выМне подсказали замысел Пророка!
Посетитель
