Читаем без скачивания Венец рабов - Дэвид Вебер

- Это мы переживём, - объявил Томас Холл, окинув взором апартаменты мезанцев в "Мыльце".

- Едва-едва, - прошипела Алессандра Гавличек.

Третий член планетного триумвирата только пожал плечами.

- Алессандра, это действительно небольшая проблема. Четыре трупа, одни шестёрки - двое их них, судя по виду, масадцы. Выбитая дверь огорчит администрацию "Мыльца" больше всего остального.

Гавличек не унялась.

- Мне не по душе своеволие Имбеси. По-моему, он много на себя берёт.

Холл снова пожал плечами. В узком кругу жест был откровеннее, чем был бы на публике. Однако в комнате не было никого, кроме них самих, их телохранителей - и, конечно же, представителей прессы.

Холл обернулся к одному из репортёров. Уж так получилось, что своему троюродному брату. Как и всё на Эревоне, "свобода прессы" носила семейный характер.

- Вы это пока придержите, хорошо? - несмотря на всю вежливость просьбы, в действительности это был приказ.

Троюродный брат понимал, как работает система. Прекрасно понимал, иначе он бы не достиг своего положения.

- Без проблем. Трагический несчастный случай. Нам придётся напустить немного тумана на обстоятельства, иначе администрация "Мыльца" обидится из-за предположения насчёт её некомпетентности.

- Обвините в этом самих мезанцев, - предложил другой репортёр. Приёмный член клана Гавличек. - Фабрикуя на открытом огне опасные психоделические наркотики и будучи из рук вон скверными химиками они, наверное, и устроили весь этот… бабах, - она резко рассмеялась. - Сработает. Сейчас кто угодно поверит чему угодно относительно мезанцев

Её резкий смешок эхом прокатился по комнате.

- Замётано, - произнёс Фуэнтес и покосился на Алессандру.

Та нехотя кивнула.

- Как ты уже заметил, это мы переживём. Пока что. Однако Имбеси лучше запастись чертовски хорошей причиной - и раскрыть её нам начистоту тоже, без его всегдашних выкрутасов.

- Что он вообще задумал? - поинтересовался Холл. Вопрос адресовался Фуэнтесу, который и получил поспешный запрос Вальтера Имбеси.

- Я правда не знаю. Однако я не разделяю скептицизма Алессандры. По крайней мере, не совсем. Да, на эскапады Вальтера можно жаловаться. Однако в их проведении он очень изобретателен. Так что я за то, чтобы дать ему на некоторое время волю. Давайте поглядим, что из этого выйдет.

Поскольку вся троица пришла к согласию, Фуэнтес извлёк коммуникатор. Это было не нежное карманное устройство, а мощный прибор, с лёгкостью способный достать до космической станции.

- Хорошо, Вальтер, - произнёс он в коммуникатор. - Мы здесь тебя прикроем. Однако это всё. Во всём остальном полагайся только на самого себя - и ты крайний. Если то, что ты делаешь, терпит провал, ты валишься вместе с ним.

Ответ поступил немедленно.

- Разумеется. Спасибо, Джек. Мы ещё свяжемся.

- Скорее, чем ты думаешь, - коротко отозвался Фуэнтес. - Мы летим к тебе, Вальтер. До встречи.

Все, наконец, заняли свои позиции, всё было готово. Гидеон Темплтон пожертвовал минуту для быстрой молитвы. Затем испустил боевой клич Церкви Освобожденного Человечества в Изгнании.

- Да свершится Воля Господня.

Глава 24

Виктор поставил на то, что когда придёт время - кощей постарается действовать естественно, чтобы не встревожить никого резким движением.

"Естественно" в данных обстоятельствах означало медленно. Прежде чем кощей успел хотя бы достать спрятанный пульсер из сумки, Виктор уже сделал два быстрых шага и оказался в трёх метрах от него. Отличная дистанция для его специального пистолета.

Глаза кощея расширились. Думая и двигаясь со скоростью генетически модифицированного человека, он понял, что не сможет вытащить пистолет вовремя, и попытался швырнуть в Виктора всю сумку целиком.

Но Виктор, пусть и не был "сверхчеловеком", был хорошо подготовлен тренировками и упражнениями. Если его движения и не были настолько же быстрыми и точными как у кощея, то уступали им ненамного.

Псст, псст, псст. Виктор не собирался рисковать, имея дело с кощеем. Если тот умрёт от передозировки, туда ему и дорога.

Кощей упал, а рука Виктора уже нырнула в сумку. Впрочем, пистолет он искал исключительно на ощупь. Его взгляд уже обшаривал игорный зал в поисках мантикорской принцессы.

Дональд Экс был слишком широк и мускулист, чтобы двигаться так быстро. Но чтобы разобраться с поглощённым флиртом с Джинни мужчиной скорость была абсолютно не нужна. Охранник даже не заметил его приближения, пока Дональд не обхватил его поперёк груди, заблокировав ему руки. Пару секунд спустя Дональд уже держал пульсер охранника, и отшвырнул того мощным броском.

Он сделал два быстрых шага, чтобы укрыться за игровым столом. Затем, как и Виктор, огляделся в поисках принцессы. Основные действия развернутся вокруг неё. Он не обращал внимания на Джинни. Жена Ушера не была дурой, а её партия была на данный момент закончена. Дональд мельком заметил обнажённые ножки, прячущиеся под игровым столом, и слегка улыбнулся.

Частично эта улыбка была вызвана появлением трёх его товарищей. Один из них занял позицию рядом с ним, а два других прижались к полу с флангов, что предоставляло им наилучшую зону обстрела. Их оружие было готово накрыть огнем область, где основная часть команды Темплтона собиралась нанести удар. Но в основном он улыбнулся потому, что знал - теперь, когда Джинни в безопасности, Виктор Каша будет способен полностью посвятить себя побоищу.

Дональд Экс однажды видел Виктора в действии. Бедняга Темплтон!

Сержант Кристина Буланчик и капрал Даррин Хауэл, назначенные в непосредственную охрану Руфи и Берри, тоже были настороже. Их цепкие взгляды беспрестанно перемещались по переполненному залу, и управлявшие этими взглядами мозги отреагировали с профессиональной паранойей в тот момент, когда случайное бурление толпы в игровом зале было нарушено внезапным целенаправленным движением. Отточенные инстинкты моментально отреагировали повышенным вниманием, и глаза их сузились, когда по меньшей мере дюжина мужчин выделила себя из толпы простым актом одновременного движения. Солдаты поняли, что атакованы, ещё до того как увидели оружие в руках нападающих.

Левая рука Хауэла метнулась, хватая Берри за плечо, и без особых церемоний спешно толкая её прочь на пол, пока правая тянулась к пульсеру. Буланчик среагировала с такой же быстротой, отшвырнув Руфь за себя и бросив её на пол, также потянувшись к кобуре. Оба бойца успели вытащить оружие, но бесценные мгновения уже были потрачены на то, чтобы убрать их подопечных с линии огня. Прежде чем кто-либо из них успел выстрелить, они были разорваны ураганом пульсерных дротиков.

- "Оборотень", - грянуло словно выстрел по связи предупреждение Кристины Буланчик. Это кодовое слово было главным кошмаром любого из мантикорских телохранителей, и лейтенант Ахмед Григс отреагировал на него мгновенно.

Он смотрел не в ту же сторону что Хауэл и Буланчик, и поэтому пропустил то движение в толпе, на которое среагировали они. Но после предупреждения Буланчик пульсер оказался у него в руке со змеиной быстротой тренированной мускульной памяти. Предохранитель был снят тем же плавным движением, а мозг перешёл в хладнокровное, отстраненное состояние тренированного телохранителя, являвшегося ветераном со множеством боевых наград. Его взгляд скользнул по толпе, выискивая источники угрозы, и пульсер плавно поднялся, как только первый противник обозначил себя. Григгс не смог бы объяснить, как именно тот себя выдал. Было что-то в его позе, движении в толпе, выражении глаз или напряженности плеч. Было что-то, что выдало правду натренированным ощущениям лейтенанта, и его пульсер выплюнул точную очередь из трёх дротиков, которые разворотили грудь террориста.

Ахмед Григгс мастерски стрелял из любого ручного оружия, и всё его естество было сфокусировано на толпе, в которой начали раздаваться панические вопли. Самые сообразительные кинулись на пол, и уголок его сознания почувствовал облегчение от того, что невинные убрались с линии огня. В другом уголке билась мысль, что лично отстреливать атакующих было худшим из того, что он мог делать. Что его задачей было командовать своей группой в целом, чтобы внести порядок и координацию в ответную реакцию своих людей.

Но сейчас было неподходящее время беспокоиться о том, что он должен был делать. Всё что он мог - это реагировать, и последовавшие короткие очереди уложили ещё троих - всех наповал - прежде чем он был поражен ответным огнём. Пульсерный дротик пробил его правую руку у локтя, долей секунды позже ещё несколько поразили его ноги. Скоростью они уступали военному оружию, но даже выпущенные из гражданского оружия дротики имели скорость, недостижимую ни для какого порохового оружия. Их энергии было достаточно, чтобы дробить кости и рвать плоть. Григгс рухнул, все его тело содрогалось от боли, и его пульсер упал на пол рядом с ним.