управления машиной.
Однажды, это было в самом начале февраля 1974 г., он по заданию военного атташе был направлен в книжный магазин г. Алжира за покупкой литературы по вопросам этнографии, быта, обычаев алжирцев. Обойдя ряд магазинов, он ничего не нашел из необходимой литературы и возвращался домой. На одной из маленьких, узеньких улиц около него остановилась легковая машина. Приоткрылась дверца, и он увидел миловидную незнакомку, 23—24 лет, которая с небольшим акцентом на французском языке предложила подвезти его до местожительства. Сев в машину, они разговорились. Он сообщил ей, что является сотрудником посольства СССР в Алжире, бродил по городу в поисках этнографической литературы, касающейся Алжира, но ничего не нашел. Женщина мило улыбнулась и заявила, что дома у нее имеется довольно много книг по данной тематике, и пригласила к себе, сообщив ему, что зовут ее Нади. Представился и он своим настоящим именем.
Жила она в отдельной трехкомнатной квартире в доме, который располагался в Булонском лесу. Она показала ему много книг по этнографии Алжира на французском и английском языках. По ее сообщению, книги эти принадлежали ее мужу-журналисту, который в данное время в Европе. Он выбрал две книги. Нади разрешила их взять с собой с последующим возвратом. Поблагодарив незнакомку за книги, он сказал ей, что очень торопится. Приготовив быстро кофе, они столь же быстро выпили его по чашке, и он ушел.
Дня через три, вечером, Филатов отправился в магазин за продуктами, который располагался в километре от его местожительства. Возвращаясь из магазина с покупками в руках, он встретил Нади за рулем машины. Они мило поприветствовали друг друга, и она радостным голосом сказала, что нашла очень интересную книгу по этнографии Алжира и готова ему на время отдать, но, правда, нужно заехать за ней домой.
В квартире Нади дала ему объемную книгу на французском языке, он занялся ее просмотром, а она пошла готовить кофе. Поставив на стол кофе и бутылку коньяка, Нади включила музыку. Весело болтая, они выпили, потом еще и еще. Вскоре голыми оказались в постели. От Нади он ушел через час с книгой в руке, хмельной головой и предчувствием какой-то свершившейся большой беды.
Через несколько дней Филатов вечером возвращался из советского посольства домой. На одной из улиц г. Алжира остановилась машина, и сидевший за рулем мужчина лет 45 предложил подвезти его. Филатов сел в машину, где он сообщил о себе, что является сотрудником советского посольства в Алжире. Мужчина представился ему Эдвардом Кейном, 1-м секретарем специальной американской миссии – службы защиты интересов США при посольстве Швейцарии в Алжире.
Недалеко от дома Филатова Кейн остановил машину около столба с фонарем, свет от которого падал прямо в кабину машины. Вытащив из кармана конверт, он предложил посмотреть его содержимое. Филатов увидел около десятка фотографий, которые изображали его и Нади во время полового сношения.
Филатов растерянно смотрел на Кейна, а тот заявил, что хочет его выручить и предложил, чтобы изредка они встречались, обменивались мнениями о событиях в Алжире. Филатов понял, что Кейн предлагал ему стать шпионом. Он высказал опасение, что последствия подобных встреч могут стать для него нежелательными и опасными. Кейн настаивал, что встречи их будут редкими и говорить он с ним будет об Алжире, этом африканском регионе, и предложил ему подумать, назначив день следующей встречи.
Затем они поехали к вилле Кейна, которую он называл «Сан-Катрин» – Святая Катерина. Со стороны вилла выглядела очень большой, необыкновенно зеленой и довольно дорогой. Здесь должна произойти их первая конспиративная встреча. Кейн высадил Филатова за полкилометра от его дома и тот, понурив голову, пошел домой, понимая, что попал в пренеприятнейшую историю.
Будь он сильным и волевым человеком, сообщил бы сразу руководству атташата о случившемся, но Филатов смалодушничал, струсил. Он думал, что если доложит о происшедшем с ним, то его сразу откомандируют в Советский Союз, исключат из членов КПСС, уволят из Советской армии. А у него жена и двое детей. Он их очень любил и боялся нанести им страшную душевную травму.
В назначенный Кейном день на встречу с ним Филатов не пошел, надеясь, что, может, все обойдётся и американец не будет приставать к нему.
Однако надеждам Филатова не суждено было сбыться. В него вцепился мертвой хваткой профессиональный разведчик. В ЦРУ он начал работать с 1951 г., после окончания Гарвардского университета. Затем в 1951—1954 гг. проходил обучение в университетах Стамбула и Анкары, состоя одновременно на службе в отделе анализа департамента армии США. После этого был замечен под «крышей» дипломата на работе в посольствах США в Египте, Турции, Пакистане, Ливии, Сенегале.
С июля 1973 г. под прикрытием 1-го секретаря американской миссии – службы защиты интересов США при посольстве Швейцарии в Алжире он появился в этой стране, где возглавил резидентуру США.
С декабря 1974 г., то есть после установления дипломатических отношений Алжира и США, он 1-й секретарь посольства США в Алжире и одновременно резидент ЦРУ США.
С первых дней пребывания в Алжире Кейн стремился установить контакты среди советских дипломатов, у которых интересовался распределением обязанностей между различными сотрудниками советского посольства. Кейн поддерживал контакты с военным атташе, иногда встречался с некоторыми советниками посольства СССР, корреспондентом ТАСС. Наибольший интерес он проявлял к вопросам алжиро-советского сотрудничества. Свой интерес среди военных атташе объяснял тем, что правительство США поручило ему следить за вопросами в данной области ввиду отсутствия в миссии США военного атташе.
При установлении контактов проявлял навязчивость, в общении старался показать себя этаким простачком, выдвигал тезис об объединении американцев и европейцев, в том числе и советских людей против «желтой расы».
Большую помощь в сборе необходимой информации ему оказывала жена, Кейн Фелис, хорошо владевшая французским языком, образованная интеллигентная женщина, разбиравшаяся в искусстве и литературе. Сам он увлекался коллекционированием ковров и парусным спортом, имел собственную яхту.
Кейн был довольно обеспеченным человеком, имел виллы в Вашингтоне и Нью-Йорке. В 1974 г. купил 20 га земли около национального парка. Здесь невольно напрашивается вопрос: «Не купил ли он этот участок земли за премиальные деньги от вербовки Филатова?»
Вот с таким человеком, профессионалом разведывательного ремесла, судьба столкнула Филатова, недавнего сельского парня, не только неопытного советского разведчика, но и совсем неподготовленного, неискушенного в житейских трудностях человека.
Резидент ЦРУ в Алжире Кейн, осведомленный о жизни в советской колонии и дипломатическом составе советского посольства, хорошо знавший советских дипломатов по фамилиям, занимаемым должностям, выполняемым ими функциям и т.д., обратил внимание на Филатова потому, что сразу по приезде
