Охотники начали косится на меня. Нет, они не боялись, но дискомфорт от моей слабо выпущенной ауры ощущали.
Выдохнув, расслабился и успокоил рвущуюся наружу ярость. Ни к чему будоражить народ, пусть воспоминания и накатывали с каждым мигом. Да… Всё Охотники разные, и если каждый из нас по-своему раздолбай и шутник, то и другие эмоции нам знакомы. И пусть Старина Мак иногда весело называл меня берсерком, а не щитом Ордена, я не отрицал этого факта. Злоба и ярость на врага очень хороши, когда находишься по колено в крови. А те, кто говорит, что сражаться в серьезной бою нужно с холодной головой или улыбкой на лице, лишь сдерживают себя.
Голос Багратиона всё продолжал торжественно звучать. Приставленные к награде один за одним подходили к нему и получили свои ордена, а также грамоты. Каждому из них он пожимал руку с улыбкой заботливого отца и начальника, который и правда заботился о каждом Охотнике Центра. Эмоции князя ощущались отчётливо и не были фальшью.
— … не побоюсь этого слова — рекорд! Каждый из нас знает, кто закрытие Разломов и сражение с тварям опасное занятие, сопряженное с риском! Но здесь и сейчас я хочу приставить к награде юношу, который не только исправно выполняет свой долг перед империей и защитой людей, но и сделал то, что удавалось лишь некоторым из Охотников! За одни сутки он закрыл больше шести красных и оранжевых Разломов, сделав это практически в одиночку! Белов Дмитрий Борисович, прошу ко мне!
Меня слабо пихнули локтем, выбивая из мыслей. На плаце стояла тишина, люди смотрели на меня, как и Багратион. Он широко ухмыльнулся и кивком показал подойти к нему.
Мне не в первой находится на публике, а потому какого-то волнения не было и в помине.
Начальник центра открыл чёрный махровый футляр, внутри которого на красном бархате лежал Георгиевский Крест третей степени.
Толстыми пальцами он вынул его, после чего проколол мой мундир булавкой и прикрепил орден.
Мы пожали руки и народ разразился овациями, ликуя и радуясь успеху. М-да, а я даже особо и не вникал, что закрытие большого количества Разломов за короткое время это нечто экстраординарное. Ещё больше добавляло непоняток то, что Разломы то вполне себе обычные. Красный и Оранжевый — не тот уровень, который должен вызывать фурор. Вот если бы это были Радужные, да ещё и ранга Колос, то да… Впрочем, я же до сих пор официально считался Архимагом, да и кольцо Охотника моём пальце было красного цвета. Наверное из-за этого и такой шквал эмоций.
Когда с награждением было покончено, то журналистка решила взять интервью у каждого из нас. В основном удар сразу же пришелся на Тихомирова, который и так был любимцем в Московском Центре, а теперь вообще являлся центром внимания. Мне не особо хотелось тратить время и что-то там говорить на камеру, а потому я двинул в главное здание. Не один конечно же, а в компании двух жандармов, которые любезно решили проводить меня в один из кабинетов, где ждал Долгов.
Весь наш разговор с начальником Службы Безопасности Империи крутился вокруг Красновки и тех, кто на меня напал. Служивые, что прибыли в деревню и всё там разнюхивали предоставили Сергею Викторовичу информацию, но он желал услышать всё из моих уст. Как было? Что происходило? Видел ли я что-то странное? Обычная беседа, которая больше походила на допрос. Он понимал, что я расскажу ему ровно то, что посчитаю нужным. Давить на меня с позиции силы и закона бесполезно, ведь я ничего не нарушил и вообще считаюсь пострадавшей стороной.
Особо что-то скрывать я не собирался изначально, сухо и по фактам выдав то, что заметил в америкосах и то, как они действовали.
Долгова так же заинтересовали Бессмертные, которых с удивлением заметили в рядах моей гвардии его Жандармы. В особенности его интересовало откуда у меня подобные технологии и всё в таком роде. Да-да, он принял их за роботов, как и Ярик. Разубеждать его и что-то рассказывать я не стал, обозначив, что это секрет рода Беловых. Такой ответ его не устроил, ведь само появление подобной техники в корне меняло военную картину. Сила — абсолют, а потому начальника безопасности очень интересовало возможное усиление Империи. Он даже обмолвился, что государство готово выкупить у меня Бессмертных и предложение это поступало от одного конкретного лица. Разумеется я послал его на хрен, но в культурной форме. Своих не предают и не продают, да и будь Бессмертные бездушными машинами, то все равно бы не отдал. Моё и точка. Отказ Долгов воспринял вполне спокойно и с улыбкой. Попробовать приобрести у меня подобную «технику» он должен был попытаться, но заведомо знал, что ничего у него не получится. Только обозначил сам факт того, что и другие рода тоже заинтересуются откуда у Беловых взялись такие роботы. Что ж, пусть интересуются, а с особо ретивыми и наглыми разговор будет короткий.
Да, у родов в первой десятке, а то и пятёрке, достаточно сил, чтобы надавить на мой род угрозами или чем-то ещё. Но пусть пытаются — флаг им в руки. Бункер строится, гвардии у меня пусть и не много, но достаточно после появления Перуна. Бессмертные с Гримлоком и Славиком один из факторов, который даст прикурить даже сильным Одарённым. А там, где не справятся они — есть Я, Лилит, Ефрем и Заебос. Не стоит забывать и про Безликих, нынешний глава которых вышел со мной на связь через посредника Организации и предлагал встречу. Условились через два дня в Царицыне.
Ну и на крайняк оставался Живой Лес, который только-только начал зарождаться. Привезённая мной шишка Ели Жизни была посажена, Тренты упорно занялись выращиванием, а значит вскоре весь лес вокруг моего поместья станет натуральной мухоловкой. Одно только вытянувшееся в полном шоке лицо Снежинки чего стоило, когда она уловила отклик энергии Жизни из леса. Ну оно и не мудрено, ведь она эльф а у них с Древами Жизни отдельная связь.
Но пусть все эти меры безопасности и были готовы вдарить по неприятелю, я всё же больше рассчитывал на разумность Долгова в этих вопросах. Именно его задача пресекать неофициальные стычки аристократов, а если вдруг такая произойдёт и он ничего не сделает… Что ж… Всегда можно создать своё маленькое, но гордое королевство.
Наконец-то закончив со всеми делами и пропустив пару кружек чая с Багратионом, который с усмешкой слушал мою версию истории официального выхода, я поехал в
