отца. Я всегда думала, что лишь бы хорошо учился и устроился на нормальную работу. Вроде и школу хорошую нашла. А они вон выпили с классом после концерта и одноклассники его стали травить. Был бы отец, он бы или бороться его научил, или уши им надрал. А так он пришел домой весь в слезах.
— Ты в каком классе-то, парень? — обратился мужчина ко мне.
— В десятом.
— И пришел домой в слезах?
— Да. Они сначала смеялись надо мной, потом мой друг Женя пнул меня, и я упал. Прямо перед всеми. И они опять смеялись, — честно рассказал я.
— Он у тебя с особенностями, что ли? — без обиняков спросил Виктор Петрович у мамы.
— Нет, отставания в развитии нет, проверяли. Учится так и вовсе на отлично. Просто очень бесхитростный. Людям доверяет. Не понимает, что могут и обидеть, и обмануть. Все знакомые мамочки тащились — какой у вас ребенок хороший и беспроблемный! А он и до сих пор таким остался. Тяжело ему.
— Значит, так, — решил Виктор Петрович, — в понедельник приедешь ко мне. Запишем тебя в секцию по борьбе, в качалку, походишь в группу коммуникации для подростков, ну и давай все анализы сдадим, посмотрим, что с гормонами.
— По борьбе? — охнула мама. — Может, не надо, Вить? Его же изобьют.
— Надо, Оля, надо. Будет настоящим мужиком, а то нюню вырастишь.
Глава 171
Артур.
Виктор Петрович работал врачом в большом детском спортивном центре. Как и договаривались, я пришел к нему в ближайший понедельник, и он записал меня и в тренажерный зал на силовые тренировки, и в секцию по вольной борьбе, и в группу коммуникации для подростков.
Мне было страшно настолько, что я весь покрывался потом и каменел. Как и при Лене, не мог выговорить ни слова. Но у меня вдруг появилось такое горячее желание стать и сильным, и общительным, и просто обычным парнем, что я решил делать все, что скажут, во что бы то ни стало.
Меня били и роняли на борьбе — я поднимался с пола и снова, через силу, отрабатывал упражнения.
У меня до судорог ломило все мышцы после спортзала, но я шел туда опять и опять, превозмогая боль.
У меня кружилась голова до звездочек в глазах на тренингах в группе, но я вызывался на все ситуации, которые предлагала разыграть психолог, и уже к седьмому занятию стало гораздо легче. Также я записывал все, что она говорила, и перечитывал дома.
Я сходил ко всем врачам, о которых сказал Виктор Петрович. Он посмотрел результаты анализов и объяснил, какие витамины включить в рацион, и какие препараты нужно попить.
Через месяц меня стали хвалить и в группе, и в тренажерке, и на тренировках.
Через полтора я понял, что немного похудел, похорошел, и мне стало легче общаться с людьми.
Через два — я вернулся в школу. Одноклассники перестали меня страшить. Более того, они и сами уже забыли о том случае. Мы стали общаться, как раньше.
Учебу я подтянул буквально за неделю, это оказалось легче легкого.
На все тренировки продолжал ходить, и на групповые занятия тоже.
Окончил школу с золотой медалью, поступил в институт. Математику я любил всегда, поэтому, не задумываясь, решил ее преподавать.
В институте я возмужал и похорошел настолько, что стал пользоваться популярностью у девочек. Группа по коммуникациям мне уже к тому времени не требовалась — я вышел из подросткового возраста, да и сам мог научить общаться кого угодно.
Познакомился в институте с Рустамом. Полный веселый парень восхищал меня умением делать деньги буквально из воздуха. Женя тоже всегда был рядом, он общался со мной, как обычно, и даже не подозревал, какую боль мне тогда причинил.
Все изменилось, но кое-что оставалось прежним: моя любовь к Лене и моя обида на бывшего друга.
Я понимал, что не прощу его никогда, и при первой же возможности накажу его, вот только придумаю, как.
Глава 172
Артур.
Прошли годы. Я окончил институт и устроился в школу учителем математики. Женя работал в ней же — преподавал русский язык и литературу. Он предсказуемо женился на Лене, и вскоре у них родился ребенок. Я знакомился с новыми и новыми девушками, но каждую подсознательно сравнивал с Леной. Отношений не получалось. Мама сильно переживала за меня.
Я мечтал, что Женя однажды куда-нибудь исчезнет, и Лена, наконец, поймет, кто по-настоящему любил ее все эти годы.
В кризисные времена столкнулся с нехваткой денег. Начал изучать все доступные книги по бизнесу и саморазвитию.
Друг Рустам в это время, напротив, прокручивал одну денежную схему за другой и ни в чем не нуждался. Я понимал, что все его схемы больше похожи на махинации, и к чему хорошему не приведут, но лишь посмеивался над его умением выходить сухим из воды. Сам же ждал, когда в голову придет подходящая бизнес-идея. Благодаря книгам я уже примерно понимал, как можно будет составить бизнес-план и какие будут первые шаги.
Тоска по Лене иногда затапливала с головой, но однажды и в моей жизни наступила светлая полоса. Сначала я встретил женщину, благодаря которой я смог отодвинуть любовь к Лене на задний план. Более того, эта женщина понравилась маме и согласилась стать моей женой.
Затем Рустам сказал, что запускает новую финансовую схему — «Тринитал Инвест». Я порасспрашивал его немного и даже для вида вложил какую-то символическую сумму. Естественно, я сразу понял, что это классическая пирамида, в которой нет никаких драгметаллов и ценных бумаг. Но на словах похвалил Рустама и даже попросил его устроить к себе на работу одного моего друга, которому очень нужны деньги. Посадил их за один стол на моей свадьбе. Все прошло, как по маслу.
Время от времени виделся с Рустамом, расспрашивал его о бизнесе. Как-то раз он признался, что «Тринитал Инвест» идет ко дну, существовать организации осталось не более трех месяцев. Я сразу понял, что его пирамида лопается. Дальше и вовсе было делом техники.
На примете у меня для этого случая было несколько алкашей с нашего двора. Я решил поговорить с каждым, и с первой же попытки попал в яблочко. Один из них, Ежов, не так давно потерял мать и отчаянно нуждался в деньгах, работая дворником вроде бы в нашей же школе. Он как раз успел вступить в наследство, и квартира, в которой он жил, была в его единоличной собственности.
Я убедил его продать эту несчастную квартиру и даже сам помог ему найти
