напал?!
– Нет, я упала… Нога подвернулась…
Илья скосил взгляд на изящную ножку в туфельке. Высокий каблук был свернут на сторону.
– Господин, вызовите медика для госпожи, – поднял голову Братец Хо. – У нее ушибы и подозрение на сотрясение мозга!
Охранник, не медля, расстегнул рукав и что-то забубнил в свой браслет связи. Но вызвал, скотина, не только местную «Скорую помощь», но и полицию.
Вот здесь просьба о ниспослании милости была очень уместной! Илья вдруг почувствовал, что несмотря на весь драматизм ситуации, его пробивает на хи-хи.
Девчушка, защищая их с Братцем Хо от несправедливых обвинений, подняла такой шум, что полицейские, прибывшие по вызову охранника, стояли ошарашенные, не зная, что им делать. В какой-то момент Илья даже понадеялся, что их отпустят подобру-поздорову. Однако так далеко изумление стражей порядка не распространялось, а может, подобный вариант просто не был предусмотрен их инструкциями.
Перевозчиков все-таки задержали, сковав руки и заткнув рты, но при погрузке в автозак не били, а лишь нежно подталкивали дубинками. По прибытию в участок их рассадили по отдельным камерам.
Наручники с Ильи так и не сняли. Поэтому те полтора часа, которые он провел в одиночке, заключенный развлекался тем, что прикидывал, сможет ли перепилить оковы пилочкой, закрепленной на ногте большого пальца правой руки. Затем можно было попытаться открыть дверь при помощи отмычки со среднего пальца левой. По всему получалось, что получится и то, и другое, но Илья пока не торопился.
Наконец дверь с грохотом отворилась. Не снимая наручников, его отвели (не отволокли, он это оценил) на пару этажей вверх и дали самому переступить порог небольшого кабинета, который выглядел именно нормальным рабочим кабинетом, а не, скажем, допросной. Вот там Илья согнулся в поклоне и провыл положенную формулу испрашивания милости перед местным полицейским начальником.
Отвечая на обычные вопросы об имени, статусе, месте проживания и так далее, Илья втихомолку разглядывал своего визави. Полицейский был довольно молод, лет тридцати с небольшим по земному счету, а на его мундире виднелась одинокая нашивка в виде горизонтального вытянутого прямоугольника – «шпала». Старший офицер третьего ранга, то есть, примерно, капитан. Солидная величина для простого кронта. Это могло быть и хорошо, и плохо.
– Какое отношение ты имеешь к госпоже Маэланн? – наконец перешел полицейский к конкретике.
– Это та госпожа, которая упала с лестницы? – наивно захлопав ушами, уточнил Илья.
– Да.
– Абсолютно никакого!
– А твой приятель?
– Тоже никакого, господин! Мы в первый раз в этом городе, и никогда ранее ее не видели.
Капитан смерил его подозрительным взглядом.
– Тогда почему вы подбежали к ней?!
Вопрос был настолько неожиданный и бредовый, что Илья даже не нашелся, что сказать.
– Э-э-э… Девочка звала на помощь, господин! Могло произойти несчастье!
– Вы осознавали, что она женского пола и относится к кээн?
– Да, господин, – Илья, кажется, начал понимать, что к чему. Его удивленно поднявшиеся уши опали. – Но ведь ей надо было помочь!
Полицейский тяжело вздохнул.
– Вы хоть знаете, чем рисковали? Если бы госпожа Маэланн, убереги нас от этого Звезды, скончалась или получила тяжелые увечья, вас бы казнили! А поскольку вы не являлись ее личными слугами, охранник имел полное право вас застрелить за попытку насилия. Вы должны благодарить молодую госпожу Маэне! За то, что остались живы, и за то, что вас не обвиняют в покушении на ее мать.
– Благодарю и преклоняюсь!
Илья согнулся еще ниже.
Маэне… Маня!
Ну, будь счастлива, Манечка! Пусть судьба воздаст тебе сторицей за доброе дело!
– Так я спрашиваю, по какой причине вы стали помогать госпоже Маэланн? Хотели перейти в домашние слуги?
– Нет, господин. Признаться, мы ни о чем не думали, – выдал Илья чистую правду. – Мы только хотели помочь.
– Кронты! – хмыкнул капитан. – Из какой дыры вы вылезли? Откуда родом?
– Из 92-й провинции, господин.
– М-да, это многое объясняет… Как давно вы оттуда уехали?
– Две с половиной декады назад, господин.
– Впервые на Ферме?
– Э-эм-м… Да.
– И что мне с вами делать, такими неиспорченными? – задумчиво произнес капитан в пространство.
Илья поостерегся отвечать на явно риторический вопрос.
Внезапно в дверь постучали, а затем в кабинет впихнули Братца Хо. Целого и даже без наручников. За ним в сопровождении двух полицейских явился некий гражданский чин в вицмундире с двумя голубыми квадратиками на плечах. Позже всех в кабинет просочился согнутый в поклоне Жабыч.
– Господин старший офицер третьего ранга! – звучно начал чиновник. – Мне сообщили, вы задержали двоих из Братства Перевозчиков!
– Перевозчиков? – капитан вопросительно поднял бровь. – А почему они не мечены?!
– Покорнейше прошу прощения и милости, господин! Эти двое – только стажеры, – почтительно поведал Жабыч, чуть приподняв голову. – Однако Братство берет за них ответственность и просит взять их на поруки, отменив заслуженное наказание.
– Какое еще наказание? – хмыкнул полицейский. – Их впору награждать надо.
– За что?!
Новоприбывшие не закрыли плотно дверь, оставив небольшую щель. Сквозь нее Илья услышал топот многочисленных шагов. Капитан удивленно поднял голову, а затем вскочил из-за стола, торопливо кланяясь.
И без того небольшой кабинет стал совсем тесным. В него вошла целая толпа полицейских чинов, в центре которой находился пожилой кээн в гражданском вицмундире темно-зеленого цвета с аксельбантами на обоих плечах.
– Господин полномочный советник! Старший офицер третьего ранга Сулмуас…
– …Коллежский делопроизводитель Уннэинз, помощник директора транспортного департамента пятой провинции…
«А ведь ничего себе шишку притащил сюда Жабыч!» – отметил про себя Илья.
Интересно, до какого предела простираются возможности Братства?!
И откуда здесь взялся целый полномочный советник – по сути, штатский генерал-лейтенант? Он ведь не из полиции… Темно-зеленый мундир без вертикальных рядов пуговиц, серебряные веточки в голубых петлицах, штаны черные… Да это же Управление по воспитанию – имперский корпус политофицеров!
Комиссар?.. Что же он тут делает?
– Господа, моя внучатая племянница прожужжала мне все уши о двух необычных кронтах, совершивших похвальный поступок!
Слова советника-комиссара заставили уши Ильи удивленно вытянуться во всю длину, а узкие глаза Братца Хо внезапно сделались круглыми, расширившись до максимального дозволенного природой предела.
– Они у вас, эти герои?
– Да, достойнейший, – наклонив голову, ответил полицейский капитан. – Более того, они оба здесь, перед вами.
–
