направившееся к штаб-квартире Народного фронта, предварительно прорепетировало эту атаку, используя недостроенное здание в пригороде Тель-Авива. Однажды ночью, когда начальник штаба Давид (Дадо) Элазар пришел посмотреть на тренировку, к нему подошел молодой красивый лейтенант Авида Шор. «Мы собираемся использовать сто двадцать килограммов взрывчатки, чтобы разрушить здание в Бейруте, — доложил Авида. — Но это не нужно и опасно. Взрыв заденет соседние здания, а там много мирных жителей. — Он достал из кармана записную книжку: — Я сделал кое-какие расчеты. Нужно использовать только восемьдесят килограммов взрывчатки. Это разрушит здание, не причинив вреда жителям окружающих домов». Элазар проверил цифры и согласился с предложением Шора. Он дал указание командующему операцией использовать заряд весом не более восьмидесяти килограммов.
Теперь десантники добрались до штаба Народного фронта. После короткой перестрелки, в которой погибли два израильских спецназовца, десантники захватили вестибюль здания и заложили там восемьдесят килограммов взрывчатки. Взрыв превратил здание в груду развалин, убив десятки террористов, но ни один из соседних домов не пострадал.
Одним из погибших спецназовцев был лейтенант Авида Шор.
Другие подразделения десантников и морской пехоты тогда же атаковали несколько лагерей террористов к югу от Бейрута в рамках отвлекающего маневра по перенаправлению на себя возможного ответного удара палестинских боевиков и ливанской армии. Однако такого удара не последовало.
Точно в это же время бойцы «Сайерет Маткаль» добрались до дома на улице Верден. Они уже собирались войти в здание, как мимо прошли двое ливанских полицейских. Однако полицейские не заметили ничего подозрительного, разве что нежно обнимавшуюся парочку влюбленных. За Ромео был не кто иной, как Муки Бецер, один из лучших бойцов «Сайерет», а его пышной Джульеттой стал Эхуд Барак. Как только полицейские завернули за угол, израильтяне бросились в здание. Они ворвались в квартиры Камаля Адуана на втором этаже, Камаля Насера на третьем этаже и Абу Юсефа на шестом.
У лидеров террористов не было никаких шансов. Когда десантники ворвались к ним, те попытались воспользоваться оружием, однако нападавшие оказались быстрее. В считаные минуты трое террористов были убиты. Жена Абу Юсефа попыталась заслонить его своим телом и тоже была сражена пулей. Еще одной жертвой операции стала пожилая итальянка, жившая через лестничную площадку от квартиры Адуана. Она услышала выстрелы, открыла дверь — и была убита очередью. Во время операции спецназовцы забрали с собой документы, которые обнаружили у лидеров «Черного сентября». После этого они поспешили к машинам, направлявшимся на пляж, где их ждали резиновые шлюпки.
Шестеро «туристов» из Моссада аккуратно припарковали свои арендованные машины на пляже, оставив ключи в замках зажигания. Через несколько дней прокатные компании получили оплату через American Express.
Оперативная группа воссоединилась на судне-носителе и отправилась в Израиль. Операция увенчалась полным успехом. Штаб-квартиры НФОП больше не существовало, лидеры «Черного сентября», в том числе руководитель организации Абу Юсеф, были убиты.
Но спецназовцы не знали, что всего в пятидесяти метрах от дома на Рю-Верден Али Хасан Саламе мирно спал в неприметной квартире. Его никто не потревожил. На следующий день, когда было объявлено о смерти Абу Юсефа, он стал руководителем «Черного сентября».
«Весна молодости» ознаменовала собой конец «Черного сентября». Эта организация так никогда и не возродится после устранения ее лидеров.
Всех, кроме одного.
В Тель-Авиве документы, захваченные во время «Весны молодости», помогли раскрыть тайну, которая занимала Моссад в течение двух предыдущих лет. Это было Пасхальное дело.
В апреле 1971 года две прелестные молодые француженки приземлились в аэропорту Лод и попытались пройти иммиграционный контроль с поддельными французскими паспортами. Служба безопасности аэропорта заранее получила предупреждение об их прибытии. Девушек отвели в боковую комнату, где их обыскали женщины-полицейские и женщины-офицеры ШАБАКа. Обыск выявил нечто странное: одежда девушек, включая нижнее белье, весила в два раза больше, чем обычно. Полицейские обнаружили, что одежда француженок была покрыта каким-то белым порошком. Судя по всему, одежда была погружена в густой раствор, насыщенный неизвестным веществом. Когда одежду встряхивали и терли, большое количество порошка осыпалось. Еще больше белого порошка было обнаружено в каблуках изящных босоножек девушек. В общей сложности они перевозили около пяти килограммов этого белого порошка, который оказался мощной пластичной взрывчаткой. В коробке с тампонами в чемодане одной из девушек полиция обнаружила десятки детонаторов.
Девушки не выдержали допроса и признались, что они сестры, дочери богатого марокканского бизнесмена; их зовут Надия и Мадлен Бардели. В Париже с ними связался один человек, и они в силу своей любви к приключениям согласились контрабандой перевезти порошок в Израиль.
«А кто еще кроме вас в этом замешан?» — спросили следователи.
В тот же день несколько полицейских совершили налет на небольшой отель Commodore в Тель-Авиве и арестовали пожилую французскую супружескую чету, Пьера и Эдит Бургхальтер. Когда полицейские разобрали их транзисторный радиоприемник, то обнаружили там взрыватели замедленного действия, которые используются при закладке зарядов взрывчатки. Пьер Бургхальтер разрыдался.
На следующий день в Израиль прибыла ничего не подозревающая руководительница операции: привлекательная двадцатишестилетняя француженка с паспортом на имя Франсин Аделин Мариа. Ее настоящее имя было Эвелин Барж, она была хорошо известна Моссаду как профессиональная террористка, фанатичная марксистка, которая уже поучаствовала в нескольких террористических актах в Европе. На допросе в полиции члены так называемой Пасхальной команды признались, что намеревались взорвать бомбы в девяти крупных отелях Тель-Авива в разгар туристического сезона и убить как можно больше туристов и израильтян, нанеся тяжелый удар Израилю.
Вся эта милая компания отправилась в тюрьму, но человек, который дергал за ниточки за кулисами, так и не был пойман — Мохаммед Будиа, обворожительный алжирец, актер и директор одного парижского театра. Перед нами снова были доктор Джекил и мистер Хайд: культурный человек, интеллектуал и художник, чья жизнь на сцене была всего лишь прикрытием для преступной деятельности. Он был любовником Эвелин Барж и закрутил столько любовных интрижек, что агенты Моссада прозвали его Синей Бородой. Первоначально Будиа подчинялся приказам Джорджа Хабаша и НФОП. Через год после задержания Пасхальной команды он присоединился к «Черному сентябрю» и был назначен главой организации во Франции. Он был причастен к убийству работавшего в Париже сирийского журналиста Хадера Кану — его подозревали в том, что он был информатором Моссада. Будиа также руководил операциями «Черного сентября» в Европе и планировал нападение на транзитный лагерь для иммигрантов из России. После убийства Хамшари
