Порция была удивлена и тронута, она не знала, как отвечать на такие слова.
– Я должна все обдумать, – продолжала Виктория. В этот момент в гостиной появилась Мерси с подносом и присела в глубоком поклоне. – Сейчас я подкреплюсь, потом отдохну. Мы продолжим разговор позже.
– Да, мадам. – Порция взглянула на Мерси, давая понять, что комната должна быть готова в срок. Домоправительница выглядела несколько ошеломленно, но Порция не усомнилась в ее расторопности.
Когда Виктория в сопровождении служанки благополучно устроилась наверху, Порция отправилась на поиски Марка. Она должна была сообщить ему, что именно рассказала королеве, чтобы их истории совпадали. Но Марк может вообще не захотеть с ней разговаривать, не говоря уж о том, чтобы жениться.
Она застыла на месте. Ветер цеплялся за полы ее плаща, трепал волосы. Бледные щеки Порции раскраснелись. О Боже, какая неразбериха! Она понятия не имеет, как ей выпутаться, да и можно ли выпутаться из этой истории.
– Мистер Уорторн.
Марк узнал этот холодный протяжный голос, но не отвел глаз от разложенных на библиотечном столе планов и карт. Земли поместья изображались на них в прежнем виде – мириады каналов, проток, ворот. Рассмотрев их, Марк понял, как много еще предстоит сделать.
– Полагаю, вы не слишком разочарованы, что ваше маленькое приключение с Порцией подошло к концу? – Арнольд был настолько полон самодовольства, что, казалось, лопнет от гордости. – Надо сказать, что вы забрались в чужие угодья.
– Подошло к концу? Не думаю. Мы скоро поженимся. – Марк наконец обернулся к вошедшему. – Неужели вы проделали столь долгий путь только для того, чтобы высказать эти соображения?
Арнольд расхохотался с таким видом, как будто не мог поверить в подобную чушь, но Марк заметил, как сжались его кулаки.
– Леди Эллерсли имеет слишком большое значение для всего народа, чтобы выйти замуж за такого субъекта, как вы, – с апломбом заявил Арнольд. – Вы доставили мне массу хлопот, Уорторн. Не думайте, что это сойдет вам с рук. Солидный срок по приговору суда будет очень кстати.
Марк присел на край стола и сложил руки на груди.
– Чего вы хотите, Гиллингем? Не могу поверить, что вы явились сюда, да еще убедили приехать королеву только для того, чтобы заставить Порцию вернуться в Лондон? Королева не любит вас. Она ни за что не станет помогать вам в карьере. Вам не видать тех высот, к которым вы стремитесь. Вас ведь влечет к Порции, правда? Влечет тайно. Жаль, но я должен сказать, что она скорее ляжет в постель с бродягой, чем с вами.
– Ну разумеется. Она же спит с вами.
Марк расхохотался.
Внезапно взгляд Арнольда переменился. В нем появилось что-то жесткое и дикое, словно под элегантным сюртуком лондонского денди скрывался какой-то опасный, коварный зверь.
– Отец научил меня честолюбию, – напыщенно произнес Арнольд. – Внушил, что для достижения большой цели надо много трудиться. Я много трудился, а вы почти разрушили все, что я создал. Но вам нечем гордиться. В конце концов вы мне помогли. Здесь идеальное место для осуществления моего плана.
– Я не понимаю, о чем вы говорите, – начал было Марк.
– Разумеется, не понимаете, – с вызовом бросил Арнольд и вышел из библиотеки.
Марк покачал головой.
– Совсем рехнулся, – пробормотал он себе под нос, но в глубине души осталась тревога. Что-то в Арнольде Гиллингеме его насторожило.
– Миледи, мне надо вам что-то сказать. – Голос Хетти звучал странно. Порция посмотрела на горничную в зеркало. Хетти кусала губы. Сейчас она помогала Порции одеться к столу в бальное платье. Мерси сумела приготовить обед, поистине достойный королевы, и Порции хотелось выглядеть соответственно случаю. Конечно, бальное платье будет выглядеть несколько странно, но не более странно, чем те наряды, которые она носила в последнее время. Кроме того, Порция рассчитывала предстать перед Марком во всем блеске, напомнить ему, что, кем бы она ни была в прошлом, сейчас она – леди Эллерсли.
Может быть, они смогут восстановить то, что погубила ее неуместная скрытность, и все еще будет хорошо? Королева, по всей видимости, на ее стороне. Будет глупо, если они раздумают жениться.
«Кого я обманываю? Мое сердце будет разбито».
Порция вздохнула и вернулась мыслями к горничной.
– Так о чем ты хочешь со мной поговорить?
– Я думаю, миледи, вы меня никогда не простите.
– Ну я не верю, что дело так плохо.
«Да и кто я такая, чтобы винить других за скрытность», – думала Порция, наблюдая, как Хетти добавляет последние штрихи к ее безупречной прическе.
– Вы помните день, когда Арнольд и Лара Гиллингем явились в дом на Гросвенор-сквер? Они как будто знали, что вы в клубе «Афродита» с мистером Уорторном?
– Как же я могу такое забыть? Это была самая ужасная ночь в моей жизни.
Хетти помолчала, потом тряхнула головой.
– Миледи, это я им рассказала.
Порция застыла. Вероломство Хетти поразило ее до глубины души.
– Ты рассказала? – прошептала она. – О, Хетти, ты рассказала?
– Простите меня, миледи. Я думала, что стараюсь для вашего блага. Я тогда не понимала… – В глазах Хетти была горечь. – Если бы я тогда знала то, что знаю сейчас, я никогда, никогда бы этого не сделала. – У нее задрожали губы. – Простите меня, дорогая.
Порция никак не могла осмыслить случившееся.
– О, Хетти…
– Простите меня, – зарыдала служанка. – Я не могу больше жить, скрывая от вас правду. Простите, или мне придется уйти от вас. В любом случае мне надо уйти. Я не смогу вынести, если вы будете меня ненавидеть. Я всегда вас любила, с того времени, как вы вышли замуж за лорда Эллерсли. Всегда старалась все делать самым лучшим образом. Но я не прошу вас вспомнить об этом. Я приму любое наказание, какое вы сочтете необходимым.
Порция молча проглотила свое разочарование. Хетти говорила правду. Она любила свою хозяйку, всегда была ее верной наперсницей. Разве можно забыть об этом? Ведь бедная Хетти действовала из лучших побуждений. Она доверилась Арнольду. Это, конечно, ее ошибка, но она ведь так страдает! И Порция решила, что сделает для своей верной служанки то, что Марк должен сделать для нее самой.
– Нет, тебе не надо уходить, – мягко проговорила она. – Кто будет ухаживать за мной лучше тебя? Я прощаю тебя, Хетти.
В ответ Хетти зарыдала еще громче. Порция взяла ее руки и стиснула их в своих ладонях.
– Ну успокойся, Хетти, успокойся, иначе ты заболеешь. Пойди приляг. Тебе незачем меня дожидаться.
Хетти утерла слезы рукавом.
– Благодарю вас, миледи.
– Подожди, может быть, ты не захочешь благодарить меня, если мы проживем здесь всю зиму, – с улыбкой сказала Порция. – Думаю, погода здесь бывает очень неспокойная.
