вам — вашей общине. Верно?
— Верно. Все началось с полтысячи нищих работяг, что прибыли сюда с первым кораблем. Хотя сюда их отправлялось больше семисот человек, если верить нашим архивным записям, но до сих пор никто не знает, куда делись еще двести рабочих. Прибывшие начинали с самых низов. И все эти годы упорно трудились, чтобы скопить сил и денег, знаний и умений… а затем разом выстрелить быстрым побегом…
— Не совсем уловил…
— Недвижимость в этом районе Десятого сектора община выкупила совсем недавно, — пояснила Тико. — Недавно, неожиданно и тайно. Думаю, именно это и взбесило Сальвати. Хотя могу и ошибаться.
— С чего бы ему беситься? Вы ведь купили, а не украли или захватили.
— Он… он ненавидит таких, как мы. Ненавидит всей душой китайцев и русских. Он не любит еще многие народности, но русских и китайцев ненавидит всей душой, хотя старается тщательно это скрывать. Его устраивало, когда китайская община умирала во Внешнем секторе, он не сильно злился, когда мы перебрались в Одиннадцатый, но стоило части наших обосноваться в уже чистом и мирном Десятом секторе…
— М-да…
— Повторюсь, Тим — я не уверена. Просто пересказываю тебе мои ночные размышления. Ты выслушаешь просьбу мастера Пэна?
— Куда он хочет отправиться?
— К Солнечной Розе.
— И это?
— Ближайшая транзитная станция. Большая станция. И что самое главное — нейтральная и дешевая. Там община сможет прожить некоторое время, пока наши лидеры будут связываться с многочисленными родичами и искать место для нового дома.
— Хм…
— Просто выслушай старого мастера, Тим, — попросила девушка.
— Но почему именно я?
— Ты сам ответил. Большой корабль с особенным статусом. А еще ты в дружбе с федералами, и, значит, вряд ли здешнее отребье решится преследовать тебя.
— Пираты?
— Их и пиратами не назвать… — с презрением фыркнула Тико. — Так… обычные шахтеры на собственных мелких корабликах с кое-каким вооружением и форсированными движками. Доказательств нет. Но темные слухи доносятся изо всех углов.
— Ясно…
— Говоря о федералах, мастер Пэн посчитал и их добрым знаком судьбы.
— Прибытие дознавателей? — настала моя очередь смеяться. — Их до икоты боится вся вселенная!
— Да. А значит, их боится и Витторио Сальвати, — тихо-тихо произнесла Тико. — И значит, он не будет предпринимать против нас ничего рискового, пока федералы не уберутся. Как только мастер Пэн это понял, он тут же начал тайно распродавать все наши активы. Еще через мои руки прошли документы на три небольших совсем старых корабля. Жалкие скорлупки по сравнению с твоим кораблем-гигантом… Думаю, мастер Пэн надеется отправить большую часть нашей молодежи и скопленного имущества до того, как федеральный крейсер отойдет от Астероид-Сити. И тут появляешься ты…
— Перст судьбы, ага, — буркнул я, массируя начавший болеть лоб.
Вытащив пузырек с таблетками, я забросил в рот одну, надавил пальцами на зудящие глаза и, глядя в звездную темноту, тяжело вздохнул:
— Очередная авантюра. Я ничего не могу обещать, Тико. Но давай поговорим с мастером Пэном… Я подпишусь на это дело, только если буду знать наверняка, что вам всем — и особенно тебе — грозит серьезная опасность. Если не поверю… то с радостью пробуду здесь еще несколько дней вместе с тобой, а затем улечу прочь. Захочешь — отправишься со мной. Это все, что я могу обещать.
Тико с благодарностью улыбнулась:
— Этого более чем достаточно. Хотя я бы предпочла третий вариант.
— Какой?
— Чтобы все проблемы чудесным образом уладились здесь, и нам бы не пришлось никуда улетать. Общине тяжело сниматься с места. Здесь наш дом… какой-никакой, а все же дом. Родина.
— Родина, — вздохнул я, доставая платежную карту и невольно вспоминая ржавую станцию Невезуха — Что ж… будем верить, что твой мастер Пэн нашел способ все уладить миром и вам не придется убегать.
44
Через полчаса я попрощался с Тико, решившей вернуться домой, чтобы позаниматься перед очередным тестом в ближайшем ЭкзТерме. На этот раз она сдавала экзамены на младшего электротехника, что казалось бредом ровно до тех пор, пока она не показала мне полубезумную схему профессий, где было невозможно стать младшим менеджером любой муниципальной конторы, если ты не обладаешь подтвержденными навыками любой рабочей профессии и рабочим стажем минимум в пару лет. Таковы условности корпорационной карьерной лестницы, где всячески поощряется вертикальный рост с самых низов. Это заставило меня вновь порадоваться тому, что я выбрал пусть куда более опасную, но все же куда более простую жизненную стезю. Я обычный гросс и капитан собственного корабля.
Стоп…
Погодите…
Так ведь мое «древо» профессий еще куда запутаннее и проблемнее!
Я на корабле занимаюсь вообще всем — электрикой, сваркой, техникой, прокладкой труб, мытьем полов и даже готовкой еды…
Как там в старину мои предки говорили? Что-то про дуду и игреца… Или там говорили про игрек и дудлинг?
Спрошу потом у Лео, но вряд ли удастся сделать это в ближайшее время — сейчас я скорее сам готовился отвечать на их вопросы, ведь как только романтический вечер внезапно перешел в стадию чуть ли не деловых переговоров, я без малейших колебаний активировал связь с кораблем. Вся команда слушала наш диалог с Тико, описывающий реалии Астероид-Сити. Параллельно с этим Лео искал информацию о китайской общине этого поселения, о службе безопасности, о ее бессменном, как оказалось, главе Витторио Сальвати. Ни малейшего стыда от своего поступка — активации связи — я не испытывал. И не потому, что Тико могла поступить точно так же. Нет. Просто я не собирался принимать подобное решение самостоятельно — учитывая, что его последствия, возможно, лягут очередным тяжким бременем на плечи каждого из нас. На борту корабля уже случались грустные смерти ни в чем неповинных людей, и повторения подобного категорически не хотелось. Опять же у нас совсем другие планы, мы усиленно пытаемся загрузить трюмы нормальными контейнерами с банальными дешевыми грузами, мы хотим вернуться на старый курс.
Как и ожидалось, самый главный вопрос последовал сразу же, как только члены команды получили от меня дополнения по первой части диалога — ведь я не сразу понял, к чему клонит Тико, и чуть запоздал. Рассказав все, я прислонился плечом к серо-синей стене одного из узких переулков Десятого сектора, куда меня завела медленная ходьба — по понятной причине я не хотел что-то говорить в заведении, принадлежащем китайской общине. Там везде уши. Тут же я выбрал обычный проходной коридор, где сплошными рядами тянулись полки с цветущей живой растительностью. Как раз включился имитирующий локальный дождик полив, и по листьям застучали тяжелые капли. Вот тогда-то Вафамыч и выдал, задав вопрос со
