придерживаетесь, и мне показалось забавным…
— Забавным? — прошипела я.
— Ещё как, — хохотнул Бусина. — Не ждите от меня почтения или полного послушания. В этом замке есть только один, перед кем я готов склонить голову. Всё остальное… требует отдельной платы.
— Мне хватит того, что вы перестанете вести себя как… как надутый индюк! Или за это тоже нужно чем-то платить?
Рамон потянулся рукой к шее, но вместо того, чтобы чесать её, вытащил что-то из-под нижнего ряда косичек и дред. Это оказалось перо — коричневое, в крапинку у основания и с белыми полосками сверху.
— Снимаю перья перед тобой, так уж и быть.
Я замерла в недоумении. Опять переводчик как-то хитро извернул мои слова? Или как эту сцену понимать? Мне определённо не нравилось, каким образом он вёл разговор, как хитро сказал с одного на другое. Нить беседы я уже давно потеряла, как и надежду вызнать у него хоть что-то полезное для себя.
— Шад рассказал мне о тебе, — напомнил Бусина. — Немного, но этого было достаточно.
— Достаточно для чего? — машинально спросила я, всё ещё чувствуя, что дурят мне голову мастерски.
— Чтобы я захотел тебя разыграть. Не принимай близко к сердцу — совет тебе от Шада сейчас. У всех свои странности и ритуалы, особенно с новыми людьми.
Я опустила взгляд. Кот на моих руках вновь выглядел донельзя виноватым. Даже более виноватым, чем когда раскрылась правда о нём. Будто бы ему было стыдно за то, через что мне приходилось проходить с Рамоном. Но польза-то от этого какая-то должна быть? Вряд ли бы Шад толкнул меня к не самому приятному человеку только для того, чтобы они вместе надо мной посмеялись.
— Вы проверяли меня? — настороженно уточнила я. — В чём-то подозревали?
— Вывел из себя, чтобы посмотреть, на что ты способна, когда зла, — пожал плечами Бусина, а потом неожиданно стал загибать пальцы. — Ты могла разреветься, могла убежать, могла ударить меня…
— Так вот ты какого мнения обо мне? — немного расстроенно выдохнула я, обратившись к Шаду.
— Могла прикрыться именем Нериса и приказать, — продолжил рыцарь. — Но ты не сделала ничего из этого, поэтому я поверил словам Шада.
— А что он сказал обо мне? — вздохнула я, прежде чем окончательно расстроиться из-за подковёрных игр уже не очень-то верного телохранителя.
— Что ты нуждаешься в защите.
Меня как молнией поразило. Глубоко вдохнув, я не сдержалась и почесала шею кота. Шад всё-таки не пытался насмехаться или издеваться, а озаботился поиском подходящих союзников. Или хотя бы тех, кто присмотрит за мной.
По крайней мере, я поняла, какую цель он преследовал. Какой в этом всём смысл. Не до конца, но хоть как-то.
— Ладно, — процедила сквозь зубы. — Раз с твоим розыгрышем закончили, что теперь? Узнал то, что хотел, и? Что дальше-то?
— Я исполню его желание и стану твоим защитником, — Рамон пощекотал пером ухо кота, и Шад случайно боднул меня. — Ровно до того момента, пока он не вернётся к этой роли сам.
— И для этого нужно было выводить меня из себя? Почему нельзя было просто…
— У всего есть своя цена, — тонко улыбнулся Бусина и, спрятав перо в рукаве, передвинул повязку.
Теперь на меня смотрел рубиново-алый правый глаз, а камень в украшении на повязке сменил цвет с красного на серый. Вздрогнув, я отвернулась. Сколько ни пытайся, к проявлениям магии так просто не привыкнешь.
— Значит, так вы исполняете желания, да? — немного невпопад прошептала я и сделала новый глубокий вдох. — Ведите тогда, где там у вас кухня. А то с голодухи могу начать кидаться приказами…
Глава семнадцатая, в которой кто не работает — тот не ест
К замку и здешним порядкам я привыкла быстрее, чем предполагала. Удобства начались с новой комнаты — той, что раньше принадлежала Шаду. Её не трогали с того дня, как Шад покинул Корбеник, поэтому я ожидала увидеть слои пыли, но наложенная когда-то давно магия исправно держалась. Бусина мимоходом поведал, что чары накладывал сам Шад, в качестве одного из домашних заданий.
Маленькая комнатушка, где от постели до письменного стола всего пять-шесть шагов, а сплавленное из цветных осколков окно не больше пары ладоней в высоту. Кровать пряталась внутри приземистого шкафа, за плотной занавеской, но это выглядело и безопасно, и теплее — ночью не дует, а в случае чего можно спрятаться. Шкафы были утоплены в стенах и закрывались на хитрые магические замки — если кто-то посторонний полезет, не зная особенностей заклинания, то внутри всё мигом превратиться в пепел. Шад рассказал мне об этом через Рамона, и сначала мне показалось это странным и немножко параноидальным, но через какое-то время я разгадала намёк. Скорее всего, среди спрятанных записей могло быть что-то полезное для поисков великого чародея. Но пока Шад не вернёт себе человеческий облик, а вместе с ним и магию, разобраться с заклинанием мог лишь кто-то посторонний. И, сколько бы сильно я ни верила Варше, мой телохранитель придерживался иной точки зрения. А значит, нужно немного потерпеть.
Располагалось моё новое место жительства куда ближе к центральному залу, от которого с лёгкостью можно было выбраться куда угодно — хоть до башни Нериса, хоть до трапезной, хоть до главных ворот. Достаточно было запомнить дорогу до этого зала, чтобы выбраться из любого угла Корбеника. Конечно, существовали возможности срезать через внутренние дворики, смежные галереи, крохотные залы и лестницы, но пока я не освоилась, более долгий путь казался мне куда надёжнее. Бусина тихо посмеивался, когда от его помощи отказывались, а вот Варша отнеслась с пониманием — подруга охотно составляла мне компанию, стоило ей заметить, как мне не совсем уютно один на один с Рамоном.
Впрочем, одна я практически не оставалась — Шад крутился поблизости с былой верностью телохранителя. Осознание его как кота быстро нагнало меня, и брать друга на руки стало неловко. Однако от неловкости и смущения получилось избавиться, видя, как другие то таскают бедного зверька за шкирку, то гладят во всех доступных местах, отчего котик счастливо жмурился.
— Этот облик куда ближе к тому, какой
