старинных ритуалов выбрала две. Одну с названием "Источник сил", на которой вручную было нарисовано нечто, напоминающее усадебный колодец. И другую — про ритуал обновления. Здесь обложку украшал дракон, сбрасывающий старую кожу.
С обеими книгами я устроилась в библиотеке. Завернулась в плед, вспоминая тёплое прикосновение Тейрана, и углубилась в чтение.
Так я и сидела допоздна, разбирая выцветшие буквы на старой бумаге. Пролистала всю историю источника, оказавшейся летописью Драконьей усадьбы. И сама не заметила, как уснула за описанием связанного с ним ритуала обновления.
Утром я, конечно, поругала себя за ночь в неудобной позе и беспечность со свечкой, которая оплыла и залила воском столик. Потом успокоила тревожные мысли о Тейране. В конце концов, и у драконов, как выяснилось из книг, есть предел магических сил. Не так-то просто скакать порталами туда-сюда.
Завтракать одной оказалось скучно, и я вышла на террасу, любуясь тем, как гардокрылы гоняются за утренней мошкарой. А ведь я должна им угощение за спасение!
Вооружившись грабельками, я спустилась в сад и раскопала полосу вдоль недавно устроенных у дорожек клумб. Наверняка медведки уже почуяли, что здесь посадили цветы, и скоро приползут портить их нежные корешки. А мы встретим их медовой ловушкой!
Результат не заставил себя ждать. Пока я отмывала руки, гардокрылы уже устроили драку за насекомых, улетев всей гурьбой в сад и истошно вопя оттуда.
Посмеявшись над ними, я пошла к колодцу. В истории усадьбы говорилось, что когда-то здесь бил источник, исцеляющий драконов от ран и дарующий усиление магии каждому, в ком есть хоть капля их крови. Его зачаровал могущественный дракон, заплатив за это своей жизнью. Мне хотелось оказать уважение его жертве и памяти его потомков, хранивших это место даже тогда, когда драконий род почти вымер, а подлинные знания о семейном долге были утеряны.
Что касается ритуала обновления… Я не была уверена, что он поможет Тейрану, но на всякий случай запомнила непонятные слова из книги и последовательность действий.
Дверь оранжереи со скрипом открылась, и я вздрогнула, вырванная из размышлений. Из сверкающей на солнце постройки бодрым шагом вышел Ланвер. При виде меня его глаза недобро загорелись.
69
— Айрек? Как вы здесь оказались?
Как усадьба его пустила? И гардокрылы не заметили. Я так удивилась появлению барона, что даже не успела испугаться. Пока он не подлетел, прижимая мои руки к туловищу и зажимая рот.
— А я предупреждал, у меня всегда есть козырь в рукаве, — зашипел он мне на ухо и потащил к колодцу. — Это твой последний шанс одуматься и сказать мне "да", Эвалеона Арден.
Рука в перчатке, пахнущей сладковатым парфюмом, ненадолго перестала зажимать мне рот. Я успела сделать глубокий вдох, но мой вопль о помощи тут же заглушили. Вряд ли гардокрылы успели услышать что-то подозрительное.
Не знаю, зачем Ланвер тащил меня к колодцу, но я сопротивлялась изо всех сил. Брыкалась, вырывалась, заставляла траву цепляться за его ноги. Но барон упорно продвигался рывками, таща меня с собой. Впрочем, это явно давалось ему нелегко, в очередной раз он даже выругался.
— Это последний раз, когда ты усложняешь мне жизнь. А могла бы просто согласиться быстренько выйти замуж, пока моя магия совсем не угасла. Я ничем не хуже твоего дракона.
У меня была масса возражений, но моё разъярённое мычание он не слушал.
— Вот увидишь, когда у меня будет сила, мы мало чем будем отличаться. А я её добуду. Не от источника, так от тебя.
Он с силой тряхнул меня. Я успела пожалеть, что засадила газон низкорослым клевером, который не мог ему очень уж помешать. А плющик был слишком далеко. И, несмотря на все мои усилия, в конце концов мы всё-таки добрались до колодца.
Ланвер довольно хмыкнул, осмотрев его.
— Значит, слухи насчёт ключей не врали. Смотрю, ты собрала почти все. Как удачно, что последние у меня с собой.
Он оттолкнул меня в сторону, достал из кармана последние два камешка и вставил их на место. Мозаика вокруг колодца вспыхнула разноцветным сиянием. Расширившимися глазами я смотрела, как от него во все стороны разлилась белёсая волна света.
Это что же, Ланвер украл мою силу?! Мою усадьбу?!
Барон бесцеремонно бросил в колодец пустое ведро, которое оглушительно загремело, ударяясь о стенки.
— Теперь вода. Сила должна признать меня хозяином. Я заслуживаю этого куда больше, чем какая-то девчонка.
— Мерзавец!
Я бросилась, чтобы оттолкнуть его, но Ланвер играючи скрутил меня, снова прижимая к себе. Одной рукой он вращал ворот, доставая полное ведро.
— Что ты сделала с моим цветком? Между прочим, обидно. Хорошо, хоть не догадалась выкинуть горшок с артефактом перемещения.
Я зашипела. Горшок я, действительно, убрала в оранжерею, уверенная, что в хозяйстве всё сгодится.
— А могла бы просто отойти в сторону, — с насмешкой протянул барон. — Или помочь мне и стать женой одного из самых могущественных магов империи.
— Я уже. — Мне удалось дотянуться до кулона Тейрана и сжать его. — Уже жена одного из самых могущественных магов империи.
Ланвер засмеялся.
— Ерунда! Если всё, что я слышал об этом месте, правда, Кайрексу со мной не справиться. Наконец-то я смогу за всё с ним поквитаться.
Ворот скрипнул в последний раз, и Айрек поставил ведро на мозаику. Он снова оттолкнул меня и наклонился к воде, готовый сделать глоток. Но в последний момент лицо барона скривилось, и он отпрянул в сторону.
Из ведра вверх ударил столб зелёной зловонной жижи, поливая Ланвера и всё вокруг. В колодце послышалось бульканье, и через край начала переливаться мерзкая вязкая бурда, покрывая плотным слоем всё вокруг.
Барон с испуганным лицом, как завороженный, глядел на то, как зелёная дрянь заливает его ботинки, быстро впитывается в брюки, словно стремясь добраться до горла.
Так же стремительно она покрывала всё вокруг: газон, белые рамы оранжереи, угол недавно покрашенного дома. Только пятачок, на котором стояла я, тягучая жижа обошла вниманием.
— Идиот, — выдохнула я, когда Ланвер вдруг с воем попытался стряхнуть с себя зелёную дрянь, добравшуюся уже до его груди. — Что ты наделал?
70
Барон вздрогнул, услышав своё
