кто жаждет крови за свои злоключения. И если бы ему ещё дали сбежать в Рашвил — быть может, он бы ещё простил всё своим преследователям. А так… Чувствую, никому не поздоровится!
— То есть, ты считаешь, что Француз уже труп? — вскинула брови рыжая чертовка.
— Хотелось бы, конечно, чтобы жирдяю, наконец, воздалось за все его прегрешения… — размеренно проговорил Леонард. — Была б моя воля, этот лягушатник уже б давно болтался повешенным на каком-нибудь фонарном столбу, но… Кто ж меня-то спрашивает о судьбе официальных представителей корпораций?
— Ты сомневаешься, что Трой его убьёт? — поинтересовалась Шани. — После всех тех бед, что этот французский жирдяй устроил наёмнику — ты думаешь, он ему простит? Француз, на секундочку, натравил на Троя своего самого мощного робота — R-189 — и ты думаешь, что тот ему спустит это с рук? Вот так, запросто?
Милье вновь затянулся сигаретой и посмотрел на свою любовницу. Какой она всё же была забавной…
…и при этом — какой наивной!
— Видишь ли, Шани… — сказал Леонард своей девушке. — Если бы на месте Француза сейчас был кто другой, я бы на сто процентов был уверен, что не сносить ему головы. Трой — человек злопамятный (то есть, как говорится, злой, и память у него хорошая), но Француз… Эта заразная жирная морда очень хитра и умна, Шани, поверь мне. И обвести его вокруг пальца дело крайне, крайне не простое. Помнишь Адольфа, который пытался расправиться с Французом? Что с ним в итоге стало? Вот именно — прирезал свой же человек, которому Француз просто заплатил вдвое больше. Так и здесь — это только кажется, что всё так просто, что сейчас с толстяка сдерут шкуру за всё то, что он натворил. На деле же этот жирный ушлёпок придумает, как ему выкрутиться, будь уверена…
— Как бы то ни было… — произнесла Шани, подходя к Милье поближе. Её правая рука сексуально припустила чулок на правой ноге. — Трой сейчас занят не нами. Убивать Хейтеров (которые, кстати, пытались его вытащить из западни) у него нет никаких поводов, так что…
— …у нас есть время для наших маленьких вечерних шалостей! — окончил за неё Леонард.
Милье задрал юбку стоящей перед ним любовницы, с силой сжав её ягодицу. Как он и предполагал, трусов под юбкой не оказалось. Леонард, сидя на своём кресле, откинул юбку Шани полностью и уткнулся лицом в её нежное влагалище, облизывая нежный орган свей девушки, заставляя её стонать от удовольствия…
Жизни ведь надо радоваться, пока есть такая возможность, верно?
Из коридора уже доносились звуки выстрелов лазерных пистолетов, а также звон падающих на пол роботов. Француз прекрасно знал, что это Трой с Кэрри уже идут по его душу. Эти двое методично отстреливали всю железную охрану толстого представителя корпорации «Техно»; несмотря на это, Француз лучезарно улыбался.
Он даже не пытался убежать — о нет, с его-то габаритами такой поворот событий вообще приравнивался бы к верной смерти. Трой (или Кэрри, не так важно) подстрелил бы его прежде, чем тот сумел бы добраться до своего автомобиля. Да и потом… Если бы Французу и удалось бы усесться за руль машины, далеко бы он смог уехать от наёмника со скинхедкой на байке, который в полтора раза быстрее автомобиля толстяка? Эти двое нагнали бы его в считанные минуты, да ещё злобу на нём как-то выместили за то, что пришлось за ним побегать. Например, убили бы его помедленнее.
Умирать же Французу пока не хотелось — ни быстро, ни медленно. Именно поэтому он сейчас спокойно сидел в своём кабинете, дожидаясь, когда же, наконец, Трой и Саймс до него доберутся.
И, собственно говоря, ждать долго ему и не пришлось. Дверь в его кабинет разлетелась в щепки под выстрелом лазерного пистолета, и внутрь зашли Трой вместе с Кэрри. Оба они, сверля взглядом Француза, наставили на него стволы.
«Ну, мой выход! — подумал Француз. — Надо сыграть, причём сыграть так, чтобы мне все поверили. Ибо на кону… — он сглотнул. — На кону моя голова!»
Толстяк встал со своего стула и радушно развёл в сторону руки.
Oh, mes amis! — проговорилон. — Je vous attendais…
В тот же момент лазерный заряд просвистел прямо над головой у толстяка. Кэрри была явно недовольна его словам.
— Этот жирный жид ещё пытается нас уболтать! — злобно процедила скинхедка, направив лазерный пистолет прямо на Француза. — Трой, позволь мне его прикончить, и…
— Постойте немного, леди Саймс! — попридержал наёмник свою любовницу. — Лягушатник, каким бы гадом он не был, всё-таки имеет право сказать своё последнее слово. Так пусть скажет его!
Кэрри кинула косой взгляд на Троя, но пистолет всё же припустила — правда что, пусть жирдяй выскажется перед смертью!
— Что ж, это очень благородно с вашей стороны — дать мне слово! — проговорил Француз. — И у меня есть к вам сразу один вопрос: почему это вы называете меня «гадом»?
— Этот жид ещё и издевается! — Кэрри начала вновь поднимать ствол пистолета. — Я убью его, Трой!
— Постой! — одним взмахом руки остановил её Трой и повернулся лицом к Французу. — Ты что, и вправду не понимаешь, за что? Тогда я тебе скажу: ты пытался убить нас, Француз! Ты подослал к нам своего робота, R-189, и тот…
— О, Трой, как же вы со своей подружкой вместе, заблуждаетесь! — с улыбкой сказал толстяк. — Если бы я хотел вас убить, я бы давно это сделал…
Наёмник со скинхедкой направили в сторону Француза непонимающие взгляды. Что? О чём он таком говорит?
— Видишь ли, Трой! — сказал Француз. — На самом деле все роботы, которых я послал за вами, включая, кстати, и самого R-189, даже и близко не имели задачи вас обоих убить! Я подсылал их лишь для вида, что я участвую в Большой охоте; на деле я преследовал совсем другие цели.
«Давно так не врал!» — отметил про себя Француз, с располагающей улыбкой глядя на Троя.
— Он врёт! — Кэрри повернулась к своему любовнику. — Зубы заговаривает, чтобы сбить нас с толку! Трой, надо мочить его, пока не…
— Не верите мне? — вздохнул толстяк. — Что ж,
