— Прошу прощения, Рен, — сказал он ласково и немного смущенно. — Мне хотелось бы думать, что впредь ты не станешь поступать безрассудно, полагаясь лишь на свое решение. — Он ждал ответа, но его не последовало, и тогда Гавилан продолжил: — Это болото затуманило мой ум. Я, кажется, не могу сосредоточиться, как следовало бы… — Он отошел чуть в сторону.
Рен тихо вздохнула.
— Все в порядке, в этом месте действительно невозможно ясно мыслить. — Она пыталась оправдать его. — Этот остров, кажется, вызывает общее безумие. Я подхватила лихорадку, когда шла сюда, и некоторое время находилась без сознания. Возможно, эта лихорадка передалась и тебе.
Он рассеянно кивнул, будто не слыша ее.
— По крайней мере, ты знаешь правду. Волшебство создало Морровинд и его демонов, и оно же спасет нас от них. Я имею в виду твои камни и жезл Рукха. Подожди. Ты скоро поймешь.
И он снова отошел, причем так резко, что Рен снова не успела задать ему тех вопросов, которые возникли у нее при упоминании о демонах и волшебной силе, допустившей все эти события. Девушка сделала движение, чтобы догнать его, но передумала. Она слишком устала, чтобы задавать вопросы, слишком измучена, чтобы слушать ответы на них.
Им потребовалась целая ночь, чтобы выйти наконец из Иденс Мерка. Рен пришлось еще дважды обращаться к силе эльфинитов. Терзаемая противоречивыми желаниями, стремясь то избежать воздействия волшебной силы, то снова испытать его, она почувствовала, как эта сила, бурля, прошла сквозь нее живительным эликсиром. Синий свет прожег тьму, рассеял туман, показал им путь в Блэкледж, и к рассвету они выбрались из трясины и ступили наконец на твердую почву. Перед ними поднимался Блэкледж, уходя вдаль массивом скал, поднимаясь в небо из буйных зарослей. Они выбрали поляну у основания горы и в середине ее осторожно поставили носилки с Элленрох. Эовен умыла королеве лицо и руки и подала ей пить.
Элленрох шевельнулась, открыла глаза. Окинув пристальным взглядом лица окружающих, она посмотрела на жезл Рукха, который по-прежнему сжимала в руке, и сказала:
— Помогите мне сесть.
Эовен осторожно приподняла ее и подала ей чашку. Элленрох медленно пила воду, часто прерываясь, чтобы отдышаться. Ее грудь вздымалась, лицо пылало в лихорадке.
— Рен, — сказала она тихо, — ты прибегла к силе камней?
Рен встала на колени рядом с ней, остальные окружили их.
— Как ты узнала? — спросила она. Элленрох Элессдил улыбнулась:
— Прочитала по твоим глазам. Волшебная сила всегда оставляет свои отметины. Я знаю.
— Я бы достала их раньше, но я забыла, на что они способны. Прости.
— Дитя, не надо извиняться. — Ее синие глаза лучились добротой. — Я так любила тебя, Рен, всегда, даже до того, как ты пришла ко мне. С тех пор как узнала от Эовен, что ты родилась…
— Тебе нужно поспать, Элленрох, — прошептала провидица.
Королева закрыла глаза и покачала головой:
— Нет, Эовен. Мне нужно поговорить с тобой. И со всеми вами.
Ее глаза открылись, их взгляд был усталым и отстраненным.
— Я умираю, — прошептала она. — Нет, не говорите ничего. Выслушайте меня. — Она приковала всех своим взглядом. — Прости, Рен, что я не могу больше оставаться с тобой. Мне бы этого очень хотелось. У нас с тобой было так мало времени. Эовен, ты всю жизнь была моим другом, и я бы осталась здесь, чтобы не причинять тебе боль, если бы могла, я знаю, что означает моя смерть для тебя; Гавилан, Трисс, Дал, вы сделали для меня все, что могли. Но пришел мой конец. Лихорадка сильнее меня, я пыталась побороть ее, но не смогла. Орин Страйт ждет меня, и я ухожу, чтобы встретиться с ним. с Рен медленно покачала головой:
— Нет, бабушка, не говори так. Ласковая ладонь нащупала ее руку и пожала ее.
— Мы не можем спрятаться от правды, Рен. Ты прежде всех должна узнать об этом. Я совсем ослабела. Лихорадка уничтожила меня изнутри, и не осталось сил, способных поддержать меня. Боюсь, что этого не сможет даже магия. Наберись терпения, Рен. Помни, что мы одной с тобой плоти и крови. Помни, как мы похожи, мы… почти как Аллин…
— Бабушка! — сквозь слезы проговорила Рен.
— Лекарство! — прошептал Гавилан. — Должно же быть какое-то лекарство. Скажи нам!
— Никакого. — Взгляд королевы, блуждая по лицам, казалось, пытался что-то найти. Она закашлялась и вдруг посуровела. — Я еще ваша королева? — спросила она.
— Да, — смущенно пробормотали ее подданные.
— Тогда я должна отдать вам последние приказания. Если вы любите меня, если заботитесь о будущем эльфийского народа, вы не станете обсуждать их. Скажите, что вы повинуетесь мне.
Такое обещание, разумеется, было дано, но лица подданных выражали недоумение.
— Рен, — позвала Элленрох. — Теперь это твое. Возьми.
Она протянула ей жезл Рукха с Лоденом. Рен изумленно посмотрела на нее, не в силах сделать ни одного движения.
— Возьми их! — повторила королева, и на этот раз Рен сделала, как ей велели. — Теперь слушай меня. Я вверяю волшебную силу тебе, дитя. Унеси жезл и камень из Морровинда и верни их в Западную Землю. Возроди эльфов и восстанови их город. Верни нашему народу жизнь. Сделай все возможное, чтобы выполнить обещание, данное друиду, но помни и о своем обещании мне. Позаботься, чтобы эльфы выжили. Дай им возможность начать все заново.
Рен не могла говорить, пытаясь осознать то, что услышала. Она почувствовала тяжесть жезла Рукха, который ей передала бабушка, ощутила его гладкую, отполированную и холодную поверхность. «Нет, — подумала она. — Нет, я не хочу этого».
— Гавилан, Трисс, Дал, — прошептала королева слабеющим голосом. — Позаботьтесь о ее безопасности. Помогите ей выполнить то, что на нее возложено. Эовен, используй свой дар, чтобы уберечь ее. Гарт…
Она хотела что-то сказать великану, но вдруг замолчала, будто чего-то не могла понять. Рен смиренно глянула на своего друга, но его темное, словно высеченное из камня лицо не выражало ничего.
— Бабушка, я не смогу одна выполнить это… — начала Рен, но рука королевы сжала ее запястье.
— Ты сможешь, Рен. Ты единственная, кто может выполнить это. Аллин была моей дочерью и стала бы королевой после моей смерти, но обстоятельства разлучили нас и отняли ее у меня. Она оставила нам тебя, никогда не забывай, кто ты, дитя. Ты из рода Элессдилов. Ты родилась королевой и таковой росла, понимаешь ты это? Когда я умру, ты станешь королевой эльфов.
Рен ужаснулась.
— Этого не может быть, — продолжала она твердить. — Я не та, за кого ты меня принимаешь. Я — девушка-скиталица, не более! Пойми же!
Но Элленрох снова заговорила:
— Придет время, Рен. Все свершится в свой срок. А сейчас тебе нужно позаботиться лишь о том, как сохранить жезл и камень. Тебе нужно найти выход с этого острова. Об остальном не думай.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
