жрецов и пытались его изгнать, но утром их находили мёртвыми! Ты думаешь, что святой? Или может бог?
— Я, нет! Но я знаю одну заготовку богов, так что не стоит паниковать раньше времени, — усмехнулся Жора и, указав на площадку для тренировок, пояснил: — Сейчас я расчерчу печать против бестелесных сущностей. Ночь проведём возле костра и будем ждать гостей. Надо же понять, с чем мы имеем дело. Значит так, Чжень, Фуджини, Тай, Талия, Минчжу и дети отправляются в ближайшую гостиницу…
— Это воровской притон, — съязвила Гуй-Мэй. — Там и без призрака их прибьют. Лучше я на страже посижу.
— Нет, так дело не пойдёт, — отрицательно покачал головой Жора. — Я не хочу, чтобы с детьми что-нибудь случилось. Чжень, сходи к соседям и спроси, смогут ли они приютить Минчжу с девочками на ночь?
— А там живут главы воровского сообщества, — вновь съязвила Гуй-Мэй.
— Чжень, Минчжу, кто из вас стал инициатором покупки этого дома? С кого спустить шкуру? Вы понимаете, что если я не справлюсь, у вас будут серьёзные проблемы? — Жора начал злиться и чтобы успокоиться, сделал несколько глубоких вдохов. — Гу, чем опять «порадуешь»?
— Иногда в этом районе случаются стычки между преступниками, и по улице рекой льётся кровь, — с ехидной улыбочкой ответила Гуй-Мэй. — Недавно отец рассказывал, что здесь произошла бойня.
— Минчжу, я с тебя точно шкуру спущу, — пообещал Жора. — Значит так, Гу и Фуджини ходят по комнатам одноэтажных домов и принюхиваются…
— Я что собака? — Гуй-Мэй явно не ожидала, что её заставят выполнять какую-то работу. — Что я с этого буду иметь?
— Большое человеческое спасибо, — ответил Жора. — Если почувствуете призрака, сразу сообщите мне. Только давайте быстрее, а то скоро стемнеет.
— Я вообще-то должна находиться во дворце, — напомнила Гуй-Мэй.
— Просто пройдись вдоль комнат и можешь идти куда хочешь.
— Хорошо, но зачем всё это? — Фуджини с удивлением смотрела на Жору и поинтересовалась: — Не проще ли просто уйти из дома?
— Проще, не значит лучше, — буркнул он. — Давайте на обход, а я пока подготовлюсь к встрече неучтённого постояльца.
Обе женщины отправились бродить по комнатам, а Шико, Чжэнь, Тай и Талия, приглядывая за детьми, наблюдали за тем, как светловолосый бородач ходит вокруг двухэтажного дома и сквозь зубы ругается. Наконец Фуджини и Гуй-Мэй вернулись с обхода и доложили:
— Там нет призрака.
— Хорошо, а теперь все на площадку. Гу, на тебе защита светлой магией. Жаль, здесь нет Айминь, — проворчал Жора.
— А она тебе зачем? — Фуджини вскинула бровь, выражая удивление.
— Показал бы защиту от пламени, — ответил он. — Всё, теперь начнется веселье. Говорят, люди любят смотреть на огонь.
— Ты это к чему?
— Смотри и всё увидишь, — усмехнулся Жора и активировал заклинание…
Глава 23
Жора накрыл двухэтажный дом защитным куполом и поджёг здание со всех сторон. Языки белого пламени начали пожирать стены и крышу, вырываясь из окон, словно щупальца гигантского спрута. Послышался треск ломающихся перекрытий и в ровном гуле огромного пожара прозвучал вопль. Вскоре из огня выскочила горящая гуманоидная фигура. Если внимательно присмотреться, можно различить изгибы женских форм. Это существо попыталось вырваться из купола и прыгнуть в пруд, но наткнувшись на преграду, со всего размаху ударило рукой в энергетический барьер.
— Что это?
— Постоялец, — ухмыльнулся Жора. — И какой живучий. Смотри, он меняет форму. Или это она? Непонятно. На призрака не похож. Раз горит, значит, есть плоть. Давай-ка, мы её отдельно поджарим.
Жора сформировал малый купол в большом и собирался запустить чары, но неожиданно горящая фигура упала на колени и завопила:
— Рабское служение! Клятва богиней Ллос!
— Чего? О чём это она лопочет? — Гуй-Мэй подошла ближе и неожиданно развернулась к Жоре и воскликнула: — Здесь совсем не жарко. Ты что защиту от огня поставил?
— Разумеется, я же дипломированный маг огненной стихии. Неужели ты думала, я собираюсь спалить весь город? Ты понимаешь, что хочет это чудо?
— Она говорит на эльфийском, — прислушавшись к словам горящей фигуры, ответила Гуй-Мэй. — Или, если быть точнее, на языке эльдар.
— Тёмных эльфов, что ли? — Она кивнула и Жора воскликнул: — И что последовательница богини Ллос делает в Кайтае?
А фигура потушила горящую плоть и предстала обнаженной серокожей эльдарой с белоснежными волосами и красными глазами. Она снова заговорила, но в это раз на кайтайском языке с жутким акцентом.
— Я Мэрэдитана, жрица богини Ллос. Прошу милосердия в обмен на служение, — взмолилась девушка и, стоя на коленях, уткнулась лбом в землю.
Жора переглянулся с Гуй-Мэй и поинтересовался:
— Ты ей веришь?
— Нет. У Ллос плохая репутация. Она коварная и непредсказуемая. Проще сжечь эту девку, — ответила Гуй-Мэй. — Она убивала двадцать лет людей.
— Умоляю, пощадите, я буду вам служить!
— Давай так, ты расскажешь, что здесь забыла, и я решу, что с тобой делать, — поставил условие Жора.
История получилась совершенно не захватывающей и с печальным финалом. Дело началось лет тридцать назад, когда Принц Бездны Маргорат создал себе живой доспех в виде голема плоти. Эта аморфная субстанция не имела разума, и пожирала всё подряд, но когда Принц оборачивался в эти доспехи, он становился почти неуязвимым. Богиня Ллос решила, что ей бы не помешала подобная защита и пошла дальше, — она интегрировала выращенного голема плоти в живую девушку. Богиня надеялась, что бывшая жрица сможет так же менять форму и надеваться на тело Ллос, словно платье, прикрывая её от любых атак. Но эксперимент прошёл неудачно, потому что эльдара не могла питаться материей и с большим трудом проводила трансформации, ей мешал скелет, без которого у неё не получалось
