Бургомистр пошел по маленькому кругу с пресловутым деревянным ящиком, аристократы один за другим бросали шары в его черное нутро. Наконец, все были обойдены, ящик торжественно водружен на постамент и распорядитель стал томительно долго раскладывать шары и считать.
Казалось, время замерло, и даже оба короля несолидно вытянули шеи, чтобы самим увидеть результаты голосования. Наконец лица обоих посветлели, они согласно переглянулись, и распорядитель громко произнес имя, которое эхом отразилось у Беаты в душе, – Даниэль Глас Глотхорн Третий.
В голове у девушки стало звеняще тихо и пусто, а все вокруг захлопали, зашумели, и даже, кажется, затопали ногами. Она непонимающе оглянулась на Мортера, а тот улыбнулся своей циничной улыбкой и пожал плечами:
– Я разве тебе не говорил? Кандидатура следующего короля уже лет десять как утверждена. Сегодня выбирали принца – кто через десять-пятнадцать лет займет его место.
Беата перевела взгляд вниз и увидела, как на Гласа, напряженного и серьезного, надевают синюю мантию с белой окантовкой, только что снятую с бывшего принца. Одновременно тоже самое проделывали и с королем. Потом бывший принц надел на голову Дана узкий обруч, простой и изящный, почти без украшений, и ту же самую процедуру проделали с ним самим.
Зрелище было завораживающим, но Беата не отрывала взгляда от Гласа. Наконец, перед тем как сесть на резное кресло, тот внимательно обвел взглядом балкон и их глаза встретились. Долгую томительную минуту Беата и Даниэль смотрели друга на друга, непонимание и гордость столкнулись в воздухе и заискрились от напряжения. Дана тронул за плечо бургомистр, он отвлекся, а когда посмотрел снова – Беаты уже не было.
Девушка стояла на балконе замка, вдыхая полной грудью морозный зимний воздух, не боясь простудиться. Среди всеобщего веселья и эйфории начавшегося бала, ей было холодно и пусто, и хотелось плакать. Она сама не понимала, насколько ее глупое сердечко успело привязаться к нахальному ученику и как совместить реальность с ее наивными мечтами не представляла. Сзади раздались шаги, но она не шелохнулась. Даниэль Глас Глотхорн Третий уверенно укутал ее в свой камзол, обнял за плечи и прошептал на ухо: – Скучаешь?
Беата отстранилась, повернулась и, глядя ему в лоб, сказала официальным голосом: – Поздравляю ваше высочество. Вы, наверное, очень рады!
Даниэль Глас, ожидавший чего-то похожего, пристально посмотрел на нее и взял за руку:
– Зато, похоже, ты не совсем рада.
– Ну что ты, как я могу быть не рада тому, что ты обманывал меня всю дорогу!
– Я тебя обманывал? – Он был искренне удивлен.
– Пока мы с тобой общались в Академии, ты ни словом не обмолвился о своих блестящих перспективах! – зло шипела она.
– Позволь я тебе все объясню. Боюсь, ты не совсем понимаешь систему наследования власти в нашем королевстве.
Мужчина был серьезен как никогда, буквально сверля взглядом разъяренную Беату.
– Вот только не надо читать мне лекции о политическом устройстве!
Девушка фыркнула и демонстративно сложила руки на груди, всем своим видом изображая презрение. Глас такое пренебрежение терпеть не стал и мигом прижал ее к балюстраде балкона.
– Ничего, я терпел твои нудные лекции о защитной магии, значит, потерпишь и ты пару минут.
Беата вырываться не стала, но отвернула лицо и стала напряженно смотреть в сторону. Он пресек и этот маневр, повернув ее личико к себе и оставив свою ладонь у нее на подбородке.
– У нас король не обладает всей полнотой власти. Он решает часть политических вопросов, возглавляет войско и принимает дипломатов. Все остальные вопросы экономики и политики принадлежат Высшему Совету, который состоит из бургомистров наших городов и представителей аристократических семей королевства. Поэтому нового короля выбирают каждые десять-пятнадцать лет, чтобы он не сумел как следует укрепиться на троне и не узурпировал власть. Выбирают пятнадцать наиболее знатных семей королевства принца из своего числа. Десть лет он помогает королю, работает не покладая рук, и если все складывается удачно – становится королем. Эта система еще ни разу не давала сбоя и принесла долгожданный покой моей истерзанной гражданской войной стране.
Дан схватил Беату за плечи, стараясь убедить:
– Представители моей семьи не были на троне больше ста лет! И я был в списке претендентов примерно на двадцатом месте. До того момента, пока не обнаружились мои слабенькие магические способности. Обнаружились случайно, но не об этом сейчас речь. Я подумал, что развив свои способности по максиму, я смогу увеличить свои шансы на победу, если не сейчас, то хотя бы через лет двадцать-тридцать. Поэтому я поступил в вашу Академию, где почти сразу нарвался на одну ехидную ведьму.
– Ты сам виноват… – начала защищаться Беата.
Он прижал палец к ее губам:
– Речь не об этом. Я сумел продолжить обучение. И тут в начале этого года начались многочисленные инциденты с нежитью на южной границе. Удивительно быстро главы всех держав смогли договориться друг с другом о совместной военной экспедиции. И получилось так, что я единственный из претендентов мог стать участником этого похода и в результате победы принести Марэвэлу обширные незаселенные земли! Весь этот месяц я как проклятый носился из одного поместья в другое, уговаривая, угрожая и интригуя, хотя больше всего на свете мне хотелось лежать рядом с тобой в теплой постельке!
Из всего этого монолога Беата смогла сделать только один вывод:
– Значит, я очень вовремя подвернулась тебе и помогла получить статус наследного принца?
Пару секунд он непонимающе смотрел на нее, а потом расхохотался!
– Беата, ты неотразима! Я битый час тебе толкую о событиях моей жизни за последние полтора года, а ты делаешь совершенно неправильные выводы и, похоже, вообще не понимаешь, о чем я говорю.
– Я прекрасно понимаю! Ты очень хорошо развлекся за мой счет. Совместил приятное с полезным? Поимел, в результате, и бабу, и корону? – Беату от жгучей обиды несло, и она уже не могла остановиться. Она совершенно забыла о том, что именно Глас сумел спасти ее от заклятья, и, по большому счету, она воспользовалась его мужскими качествами.
– Святые Хранители, что ты несешь!
Его трясло от бешенства. Никто кроме этой глупой ведьмы не мог вывести его из себя за одну минуту!
– Если на то пошло, ты тоже воспользовалась мной. Чуть ли не на шею вешалась и смогла избавиться от заклятья, которым тебя наградил твой никчемный бывший!
– Не смей ничего говорить про него. – Беата не сдерживаясь, орала на него.
– А ты не смей указывать мне, что я могу говорить в своем собственном дворце!
