— А почему в нем?
— А это тоже просто. — встрял Шелковый Человек. — Раньше это был вовсе не университет, а нечто вроде военного лагеря. Да и до сих пор там процветает боевая кафедра. Именно поэтому он набирает в свои ряды всех. Это дань традиции, ибо раньше Шум нуждался в любой помощи и принимал всех.
— И что же вы хотите?
— Наверное что-то ужасное. — хмуро сказал Тим.
— Отнюдь. Мне нужны всего лишь несколько игл дикобраза боли.
— А кто это такой? — спросил Пашка у Тима.
— Тоже монстр. Большой дикобраз серебряного цвета, усыпанный иглами. И один укол такой иглы приносит страшную боль.
— Ну профессор, говорите уж до конца. Дело в том Карл, что укол иглы дикобраза боли заставляет любого сновидца проснуться. И совершенно неважно кто он, и какой силой обладает.
— Он может заставить проснуться даже шерифа снов. — мрачно закончил Тим.
— Это так. — улыбнулся Шелковый Человек. — Но иглы эти обладают еще одной интересной особенностью. Не так ли профессор?
— Если такой иглой уколоть не сновидца, а жителя Азиль-до-Абара, он спустится на уровень ниже в Сон. А это означает вечное изгнание.
— Почему? Они что не могут вернуться?
— Могут. — сказал Шелковый Человек. — Но уже в качестве сновидений и только. А ты ведь помнишь, что становится со сновидениями в Азиль-до-Абаре?
— Они исчезают.
— Да.
— И зачем тебе эти иглы?
— Ну Карл это уж мое дело. — усмехнулся мужчина. — Ваше дело достать их.
— Это невозможно. — твердо сказал профессор. — Во-первых, чтобы срезать эти иглы, необходимы специальные инструменты.
— Да ножницы Атропос я думая подойдут. Но они ведь хранятся в схроне этого вашего образовательного учреждения, если мне не изменяет память. И все в одном месте, так что проблем не будет. Просто сначала загляните в хранилище редких вещиц, а потом в зверинец.
— Даже если и так, зверинец тщательно охраняется. И уж тем более хранилище. Причем охраняется обитателями зверинца. Они убьют нас, как только мы войдем.
— Да, для десантной группы вы, признаться, хиловаты. — согласился Шелковый Человек. — Поэтому я пойду с вами. Так что не волнуйтесь профессор, я, если что, вас прикрою. Да и с таким оружием как ножницы Атропос мы везде пройдем.
— Это мне очень не нравится Карл. — пробормотал пес.
— Мне тоже. — кивнул Пашка. — И поэтому без объяснений, зачем тебе это нужно, и что такое эти ножницы, мы никуда не пойдем.
— Очень сложно объяснить мои цели Карл. — усмехнулся Шелковый Человек. — Скажем так, я очень хочу изменить Азиль-до-Абар. А ножницы Атропос — это ножницы способные перерезать все что угодно. И даже отрезать любому его тень.
— И что это даст?
— Без тени никто не может жить Карл. — сказал Тим. — Но я не позволю, чтобы такое оружие попало вам в руки.
— Да не нужны мне эти ножницы. — отмахнулся Шелковый Человек. — Мне нужны только иглы дикобраза боли, а ножницы потом можете вернуть в схрон. Я умею убивать и без них. Другое дело, что и ножницы и игла дикобраза боли, может понадобиться вам самим. Ведь Карл еще мальчик, а ты — простая собака. Вам надо какое-нибудь оружие и ножницы Атропос вам вполне подойдут. Особенно в Вабаре. Ну так что — по рукам?
— Тим? — Пашка посмотрел на пса. — Все зависит от тебя. Я сам не смогу ничего достать.
— Хорошо. — кивнул пес. — Я проведу вас, но все остальное вы сделаете сами.
— Ну нет профессор. Допустим, я не собираюсь отрезать эти иглы, да и вам не советую. Это должен сделать именно Карл. Если он случайно уколется, он всего лишь проснется, а вот нас с вами ожидает куда более плохая участь.
— А что иглы могут вам навредить?
— Не знаю. Я думаю, что нет, но проверять не хочу.
— А почему тебе самому просто не появиться там и отрезать эти иглы. — спросил Пашка.
— Первая причина это то, что я действительно побаиваюсь трогать иглы дикобраза боли. А вторая я не могу там появиться. Хранилище Подлунного Университета строили джинны, и оно что-то вроде тех ламп, в которых их сажают. Туда нельзя попасть кроме как через дверь. Ну так по рукам?
— Идет. — сказал Тим и глубоко вздохнул.
— Отлично. — сказал Шелковый Человек и оскалился ровными белыми зубами.
Спустя полчаса они садились в флаер Тима. Шелковый Человек устроился сзади, а Пашка с Тимом спереди.
— А чуть не забыл. — сказал Шелковый Человек и полез в карман. Оттуда он извлек хорошо знакомый Пашке и Тиму пузырек воды. — Будет очень некстати, если ты проснешься в самый неподходящий момент.
— Ты украл его? — спросил Пашка, взяв пузырек.
— Да. А что, это тебя смущает?
— Не очень. — и мальчик выпил жидкость. Он как обычно ничего не почувствовал — вкус воды остался никаким.
Тим завел летающий запорожец, и они медленно полетели в Шум.
— По вашей вине мне быть может, придется опять менять Царство. — сказал Шелковому Человеку Тим.
— Почему? — спросил Пашка.
— Вряд ли меня погладят по шерсти, если узнают, что я открыл хранилище Шелковому Человеку.
— Не волнуйтесь профессор, никто не узнает.
Они некоторое время летели молча. Пашка то и дело поворачивался и осматривал пассажира на заднем сидении. Шелковый Человек сидел и смотрел в дали Ночного Царства. Пашка много дал бы, чтобы проникнуть в его мысли. Волосы мужчины шевелились вперед и назад, несмотря на то, что ветер дул в лицо. Как будто волосы Шелкового Человека жили своей собственной жизнью. И еще Пашка впервые обратил внимание, что от него пахнет легким ароматом какао.
— А зачем вы хотите изменить Азиль-до-Абар? — спросил Пашка, не выдержав тишины.
— А он мне не нравится. На мой взгляд, он очень скучный и ему давно нужны перемены.
— К лучшему?
— Все что меняется Карл, меняется к лучшему. Быть может, когда-нибудь, ты это поймешь.
Флаер летел во тьме Ночного Царства, рассекая пространство светом фар. Иногда Пашке казалось, что внизу движутся громадные тени, но как только их касался свет, они пропадали или прятались в черноземе. По спине пробежали мурашки. На горизонте показалось яркое пятно. Это Шум. Город, чьи жители боролись с этими тенями, с самим мраком и смогли, если не победить, то хотя бы отвоевать право стоять на этой земле. Теперь Пашка смотрел на столицу с большим уважением, чем даже на Ахру. Подумаешь волшебный город. Перед ним лежал, может и механический, но настоящий город-герой.
Они пересели границу, и тут же в машине появилось три окна. Перед Шелковым Человеком тоже возникла голограмма, но почему-то тут же почернела и скукожилась. Пашке и Тиму пришлось отключать свои окна голосом. Они полетели прямо к Подлунному Университету. В Шуме ничего не изменилось. Машины летали, на домах сияли огромные экраны, внизу люди скользили на магнитных ботинках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
