данный момент им здесь не грозила никакая опасность, он был готов выслушать всю историю.
– Сейчас и об этом расскажу, – заверила Леандра. – Но прежде я хотела бы проинформировать вас о дальнейших мерах предосторожности, которые мы предприняли. В храме есть еще одна защитная руна. Если активировать и ее, наблюдатели извне не смогут увидеть, что происходит внутри.
– Но разве это не привлечет лишнего внимания и не вызовет недоверия?
Леандра самодовольно усмехнулась.
– Наблюдатели даже не замечают, что что-то не так. Они видят своеобразную иллюзию. Для них все выглядит, как самый обычный день храма охотниц.
– Впечатляет, – пробормотал заинтригованный Гвидион. – Неужели все храмы охотниц так защищены?
– Не возьмусь утверждать, знаю наверняка только о нашем. Он старейший из всех существующих.
– А руны вообще кто-то изучал? Исследовал способы их воздействия и влияния? – Любопытство Гвидиона все разгоралось.
– В прошлом пытались изучать, да, но особого успеха не добились. – Леандра пожала плечами. – Возможно, это действительно была работа Арии, и нам, обычным смертным, это просто не дано.
– А можно я взгляну?
Она колебалась.
– Почему бы нет…
Очевидно, уступить ей было все-таки непросто.
– Благодарю вас, – склонил голову Гвидион. – Обещаю ничего не трогать и не ломать.
Леандра слабо улыбнулась, но сразу же после этого снова стала серьезной.
– Но вернемся к Гейре и этой охотнице…
Гвидион кивнул.
– Да, пожалуйста, продолжайте.
– К нам, конечно, нередко приходят охотницы из других храмов, но в этом визите изначально ощущалось что-то подозрительное. Она выглядела напряженной и чрезвычайно настороженной, как будто попала в стан врагов. По мере того как Гейра пыталась узнать о ней больше, она уклонялась от вопросов, в итоге у нас все больше и больше складывалось впечатление, что она – самозванка. Когда же это стало очевидным, Гейра приказала арестовать ее, прежде чем она сможет причинить вред. Она хотела допросить обманщицу, чтобы узнать больше о данном ей задании и его подоплеке. К сожалению, эта женщина оказалась значительно сильнее. Лишь за несколько секунд она смогла обезвредить оперативную группу, которая собиралась ее арестовать. Только Гейре мы обязаны тем, что все охотницы при этом остались в живых. Настоятельница отреагировала интуитивно и оглушила ее заговоренной метательной звездой. Обычно с помощью таких звезд она усмиряла непокорных послушниц. – Леандра фыркнула. – Действенный метод, скажу я вам, после такого еще дважды подумаешь, стоит ли игнорировать указания старших. – Однако ее улыбка быстро угасла. – Как бы там ни было, самозванка потеряла сознание, и мы затащили ее в одну из камер для допросов. Однако она пришла в себя гораздо быстрее, чем мы рассчитывали, и напала на Гейру, которая намеревалась с ней поговорить.
– Я думал, ее заперли в камере.
– Да, именно. Уж не знаю, как она сумела выбраться. В комнате, кроме настоятельницы, никого не было. Прежде чем стоявшие на страже охотницы ворвались внутрь, мошенница ударила Гейру ее же кинжалом. Возможно, усыпляющий эффект метательной звезды еще не развеялся, но она попыталась сбежать, когда заметила подкрепление. На глазах у двух охотниц превратилась в маленькую птичку и улетела в окно. На полу осталась лежать только ее одежда. – Леандра вздохнула. – Это случилось четыре дня назад. И с тех пор жизнь Гейры висит на волоске.
– А вы уверены, что фальшивая охотница ушла, а не прячется где-то на территории храма?
– Вы это о чем? – встревожилась Леандра.
– Если она с такой легкостью превратилась в птицу, полагаю, она и другие обличья способна принимать. Это может быть любое животное. Или же любая охотница.
Рот Леандры приоткрылся и снова закрылся.
– Я немедленно спрошу тех двух охотниц, видели ли они, в каком направлении улетала птица. – Испытывая крайнее потрясение, Леандра уставилась на Гвидиона. – Как нам защититься, если она еще здесь?
Он лихорадочно прикидывал, что можно предпринять.
– По крайней мере, она никому ничего не сможет рассказать об этом месте и его секретах. Магия рун удержит ее в плену. – Гвидион мрачно улыбнулся. – Если повезет, проблема разрешится сама собой, и она поджарится при попытке покинуть храм.
– Нельзя надеяться только на это, – с грустью заметила Леандра. – А если она убьет нас раньше, пока мы спим, например? Или вас?..
Гвидион уже хотел осмотреться, нет ли прямо сейчас какой-либо угрозы поблизости. Возникло ощущение, что в этом храме он как на ладони и спрятаться уже некуда.
– Ну вот что: сейчас необходимо быть крайне осторожными. В каждой комнате выставить охрану, чем больше, тем лучше. Обработать все оружие снотворным. Не ходить по территории храма в одиночку, только парами или даже тройками. – Гвидион запнулся, вспомнив что-то. – Да, а вы случайно не обратили внимания на цвет глаз той девушки?
Глаза Беррона выглядели необычными, почти жуткими, как он теперь осознал.
– А что такое?
– Судя по всему, ульфаратцы не способны изменить цвет глаз. По крайней мере, у того обличья, у которого имеются глаза.
Леандра на миг задумалась.
– Насколько я помню, глаза у нее были зелеными.
– Какого оттенка? Изумрудно-зеленые, бирюзово-зеленые, может быть, как трава? Этот цвет сильно выделялся?
– Я ее глаза не рассматривала, – заметила Леандра. – Но я могу поспрашивать других. Возможно, Керия что-то об этом знает, она очень долгое время была одна и довольно быстро сблизилась с лазутчицей… – Леандра неловко закашлялась, испугавшись, что болтает слишком много о личной жизни одной из своих сестер.
– Да, узнайте у нее, пожалуйста, – серьезно попросил Гвидион. – Крайне важно обращать внимание именно на этот цвет глаз у любого живого существа, которое встречается на пути, будь то птица, ящерица или человек. А мелких животных и насекомых, у которых сложно определить цвет глаз, придется убивать сразу.
– Что? – Леандра потрясенно уставилась на него. – Но это противоречит учению…
– Сожалею, – перебил Гвидион. В этом вопросе он был непреклонен. – Мы не знаем, в кого именно может превратиться лазутчица, а рисковать нельзя.
Тяжело сглотнув, Леандра побелела как снег. Кажется, только сейчас она осознала, с кем они имеют дело.
– Тогда сейчас же отправлю наших послушниц очистить все комнаты от пауков и прочих ползающих или летающих.
– Спасибо.
– Да чего уж там, не стоит. – Леандра собралась вставать.
– Я серьезно. – Гвидион наклонился к охотнице и крепко сжал ее руку. – Я вам очень благодарен за вашу помощь и доверие. Ведь было бы гораздо проще отвергнуть меня, посчитав безумцем, или вообще выдать врагу. А тут такая поддержка. Я это очень ценю.
На щеках Леандры проступил легкий живительный румянец.
– Рады стараться, Ваше Величество.
– Гвидион, – машинально поправил он.
Она смущенно улыбнулась.
– Наверное, это не слишком уместно…
– А как сейчас уместно? Вы ведь и в нашу последнюю встречу называли меня
